То, что выяснилось, повергло комиссию в шок. Оказалось, управляющий полетами челноков космического центра К. Р. Сайк и директор запуска «Челленджера» Д. Томас даже и не слышали, что инженеры компании «Мортон тайокол» возражали против запуска челнока из-за холодной погоды на мысе Канаверал. Большинство экспертов постепенно пришли к заключению, что авария произошла из-за возгорания кольца из синтетической резины, герметизирующего сегменты ракеты-носителя. Эти кольца предназначались для того, чтобы выхлопные газы ракеты не выходили через щели в соединениях.
За день до запуска «Челленджера» инженеры компании «Мортон тайокол» и сотрудники НАСА обсуждали возможные проблемы полета. Специалисты единодушно просили отложить запуск «Челленджера». Они опасались, что кольца от холода потеряют эластичность и плотность в пазах вокруг ракет будет нарушена. Правда, речь шла о температуре ниже 50 градусов мороза, а в ту ночь она опустилась всего до 30 градусов. Но, очевидно, хватило и этого.
Споры затягивались, и тогда руководство компании «Мортон тайокол» приняло решение поддержать запуск челнока. Глава инженерного корпуса компании А. Макдональд, отказавшийся подписать официальное разрешение на запуск корабля, вспоминал позднее: «Я спорил с ними до хрипоты, – сказал он репортерам. – Но не смог их переубедить». Казалось, руководство НАСА не интересовали предположения и предостережения, оно требовало «доказательств», что запуск может быть опасен.
Позднее против НАСА было выдвинуто обвинение в том, что оно, «очевидно, приняло политическое решение и поспешило осуществить пуск, несмотря на сильные возражения». Впоследствии руководители НАСА признали, что с 1980 года их беспокоило состояние уплотнительных колец между секциями ракет-носителей. Например, во время первых полетов челнока кольца четыре раза частично обгорали. Космическое агентство начало применять новый тип мастики для защиты соединений. В результате кольца стали разрушаться еще быстрее. Несмотря на все это, ведущие инженеры и управляющие НАСА не считали изъяны уплотнителей достаточно серьезными, чтобы приостановить или отложить полет космического челнока. Комиссия по безопасности пришла к заключению, что трагедия вызвана «падением давления в кормовом соединении правого ракетного двигателя», но одновременно заметила, что «была совершена серьезная ошибка при принятии решения». В пространном докладе президенту Рейгану комиссия отмечала, что руководство НАСА очень хотело поскорее вывести «Челленджер» на орбиту из-за серии задержек, которые произошли раньше. Ведь первоначально запуск планировался на 25 января. Но над аварийной посадочной полосой в Сенегале бушевала песчаная буря. Затем на мысе Канаверал шел дождь, который мог повредить огнеупорную изоляционную плитку корабля. В понедельник отказал запор наружного люка. Потом ветер, несущийся со скоростью 35 миль в час, отодвинул старт до утра.
Но комиссия не возложила ответственность за трагедию на Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства. Она отметила, что ряд полетов, предложенных НАСА, Вашингтон никогда соответствующим образом не финансировал. Поэтому бюджет организации был настолько скромен, что денег не хватало даже на запчасти.
Через четыре дня после трагедии Америка прощалась с отважной семеркой. Под серым небом, нависшим над космическим центром, расположенным в окрестностях Хьюстона, где тренировались космонавты, собрались родственники погибших и около шести тысяч сотрудников НАСА. С речью выступил президент Р. Рейган. «Жертва, которую принесли любимые вами люди, до глубины души взволновала американский народ. Преодолевая боль, наши сердца открылись перед тяжелой правдой: будущее не свободно от потерь… Дик, Майк, Джуди, Эл, Рон, Грег и Криста. Ваши семьи и ваша страна оплакивают вашу смерть. Мы прощаемся с вами, но никогда не забудем вас».
Американский народ конечно же не забудет своих героев. Космическое агентство, когда-то служившее источником национальной гордости, подверглось длительной и тщательной ревизии. Ему вменялось в обязанность учитывать все технологические и человеческие ошибки, чтобы предотвратить будущие катастрофы. В целом была пересмотрена вся программа челноков. 29 сентября 1988 года Америка вздохнула с облегчением после успешного полета «Дискавери». Он ознаменовал возвращение страны к полетам в космос с астронавтами на борту.
Но 1 февраля 2003 года Америку снова потрясла страшная трагедия – взрыв космического корабля «Колумбия». Сразу после катастрофы в НАСА был проведен ряд служебных расследований катастроф и внештатных ситуаций, имевших место за все время космической программы США. Из официального заявления НАСА для средств массовой информации, датированного 5 ноября 2003 года, достоянием общественности стали любопытные факты, касающиеся и печально известного «Челленджера». Новые данные были получены после анализа видеосъемки «Челленджера» в ноябре 1985 года, за год до катастрофы. На фотографии астронавты С. Нейджел (США) и Э. Мессершмидт (ФРГ) производят профосмотр систем терморегуляции корабля. На заднем плане четко видно так называемое «предостережение „Челленджера“» – изображение грустного, печального «лица». Многие специалисты сходятся во мнении, что «лицо», однажды проступившее на фотографии с Марса и «лицо» на «Челленджере» – дружественные акции одной из вселенских цивилизаций. По их мнению, если бы «предостережение» было вовремя замечено и правильно понято, катастрофу можно было предотвратить. Увы, этот шанс, как и все другие, был упущен, и катастрофа оказалась неизбежной. «Будущее не свободно от потерь…»
ГИБЕЛЬ В КОНЦЕ ТУННЕЛЯ, ИЛИ СКАЗКА С ПЕЧАЛЬНЫМ КОНЦОМ
Есть люди (их не так уж много), которые становятся знаменитыми благодаря личному обаянию, особому характеру. Они наделены даром сопереживания и, может быть, поэтому никого не оставляют равнодушным. Именно такой осталась в памяти англичан леди Ди. С момента гибели принцессы Дианы в автомобильной катастрофе прошло уже семь лет. Но она так много значила при жизни, что обстоятельства ее смерти до сих пор обсуждаются в самых разных кругах. Что же это было – несчастный случай или тщательно спланированное убийство?
Диана Фрэнсис Спенсер родилась 1 июля 1961 года в имении Сандринхем (Норфолк), некогда принадлежавшем королеве Елизавете П. Она рано рассталась с матерью (Фрэнсис Шанд-Кидд), бросившей троих детей и мужа в поисках новой любви. Ее отец – виконт Элтроп – через восемь лет унаследовал титул лорда и стал восьмым графом Спенсером. Его дочь стала именоваться леди Дианой. Отец сделал все возможное, чтобы дать дочери достойное ее титула образование: она обучалась в частных школах в Великобритании и Швейцарии. Затем переехала в Южный Кенсингтон (Лондон), где стала преподавателем в детском саду при престижной школе в Пимлико. Вполне естественно, что, общаясь с людьми своего круга, Диана неоднократно встречалась с членами королевской семьи. Однажды во время охоты случай свел ее с принцем Чарльзом. Они были знакомы и раньше. Но, видимо, в этот раз Чарльз и Диана взглянули друг на друга по-новому. Тридцатидвухлетнему принцу пора было подумать о продолжении рода. Его давняя любовь – Камилла Паркер-Боулз – никак не могла считаться подходящей партией. А вот Диана казалась королевской семье идеальной кандидатурой: и по происхождению, и по характеру. Девушка была прекрасно осведомлена о том, что она займет в сердце принца только второе место. Но со свойственным юности оптимизмом согласилась на брак. 29 июля 1981 года в лондонском кафедральном соборе Святого Павла состоялась пышная церемония венчания, обошедшаяся английской казне в 1 миллиард долларов. Телевизионную трансляцию из собора смотрели примерно 750 миллионов зрителей в 74 странах. Счастливое лицо невесты, которое то и дело показывали крупным планом, завоевало симпатию множества людей во всем мире. Но впереди новобрачную ожидали далеко не радостные дни.
Первой неприятной неожиданностью стало повышенное внимание ко всем ее поступкам. Некогда принцесс крови готовили к придворной жизни с детства, и к своему совершеннолетию они свыкались с тем, что каждая смена наряда, каждая фраза или жест становятся объектом обсуждения. Диану к этому не готовили, и в первое время ей просто необходима была чья-то поддержка. Ее муж не понимал, в чем проблема: он-то жил в этой атмосфере с детства. А остальные члены семьи не считали нужным вмешиваться до тех пор, пока дело не касалось репутации всей королевской семьи. По воспоминаниям ее брата и сестры, Диана казалась испуганной, взвинченной и очень одинокой.