Он вздрогнул. Вот холера, постарался! В самом деле на миг провалился куда-то.
Он поворочался, поудобнее устроился в кресле и больше уже не спал, а как-то оцепенел. Думал о чем, не думал, сам не знал.
В бортовых динамиках зашуршало, мягкий женский голос произнес:
— Уважаемые пассажиры! Через несколько минут наш самолет начнет снижение…
Игорь открыл глаза, зевнул:
— Снижаемся навстречу судьбе?..
Виктор пожал плечами.
…Уже из аэропорта Игорь позвонил Шумакову:
— Борис Михайлович? Здравствуйте. Да, я. Новости? О да, и еще какие! У вас тоже? Рад слышать… Да, разумеется. Прямо к вам. — Он отключился, взглянул на друга: — Нас ждут.
Немо. Все еще Немо
Он встал, посмотрел на свой рабочий стол. Усмехнулся.
Обычно на этом столе царил нерушимый порядок. Немо не терпел ни малейшей небрежности и даже, повседневно работая с документами, складывал их в специальные папки, а те собирал в ровные стопки… идеальный образец педантизма.
Но теперь на темной лакированной поверхности было разбросано множество исписанных листов.
Он собрал их, сложил один к одному, полюбовался немного. Увесисто! Первая часть задания выполнена.
Позади была бессонная ночь, но он удивительным образом не ощущал усталости. Ни малейшей! Значит, все верно. План в действии.
Он навел на столе привычный порядок, папку со своим творением поместил в портфель — и направился к встроенному в стену сейфу…
Через час вышел на крыльцо. «Мерседес» стоял, ждал. Хозяин жестом поманил водителя:
— Я пройдусь пешком. Прогуляюсь. Отправляйтесь в офис.
Сказано было так благодушно, как давно водила не слыхивал. Удивился, но долго удивляться не рискнул.
— Понял, — кратко сказал он.
…Немо шагал по улицам, помахивал увесистым портфелем. Настроение — умиротворенное. Он был готов.
Зачем-то он вздумал считать шаги — сколько их до угла. Потом — от перекрестка до здания какого-то банка…
Считал, развлекался. Что-то немного мешало ему, но он старался не обращать на это внимания. Стараться-то старался, да эта помеха не отставала, такая навязчивая, она липла, липла… Он хмурился, легонько мотал головой… Но на самом подходе к бизнес-центру вдруг дошло — что же это.
Мир потемнел.
Это ведь прежний сумрак настиг его. А он не сразу понял!
Или не хотел понимать?..
Такой странный вопрос был впору. Откуда взяться сумеркам — ведь все решено, сценарий запущен, обратного хода нет…
Вот это и пронзило. Назад хода нет! А вдруг это обман? Вдруг это страшная ошибка, а исправить ее нельзя?!
Он замедлил шаг. Но все же шел вперед. Механически поднимался по ступеням. С ним здоровались, он как будто отвечал, но тут же забывал, что и кому сказал.
Очнулся уже на седьмом этаже. С недоумением смотрел на знакомый коридор так, точно видел его в первый раз. Что, мол, это я здесь делаю?.. Кое-как овладел собой, зашагал к офису.
Открыл дверь. Референт и секретарша привычно вскочили. Референт перехватил на изготовку папку с утренним докладом.
Прошло какое-то время. Секунды, десятки секунд, минута?.. Он смотрел на них, они — на него. В обоих лицах, мужском и женском, мелькнула растерянность. Ему почудилось, будто они его не узнают что ли… Идиоты! Он нахмурился.
— Вы свободны, — велел референту. А секретарше сказал, четко расставляя фразы: — Меня — ни для кого — нет.
Идентификация
Шумаков встретил гостей многообещающей улыбкой:
— Прошу, прошу!.. Любовь Петровна, кофе нам, — распорядился он и пояснил: — Пусть у нас будет атмосфера уюта и творческого поиска! Мне есть что вам поведать. Но! Но начнем с вашего доклада, Игорь Николаевич. Вот кофе, притом превосходный. Смакуйте, наслаждайтесь. А мы будем очень внимательно вас слушать.
Коротин пригубил из чашечки: кофе действительно был выше всяческих похвал.
— Серьезно, — признал Игорь и стал рассказывать.
Борис Михайлович действительно слушал очень внимательно, даже позы не изменил. А когда Коротин закончил, олигарх подтвердил свою репутацию человека, подмечающего все:
— Значит, если я вас правильно понял, вы обратили внимание на то, что обстановка первого и второго визитов несколько отличается?
Коротин взглянул с пониманием и интересом:
— Совершенно точно. Вы… кажется, видите в этом известную закономерность?
Шумаков чуть помедлил с ответом.
— Кажется, — тонко улыбнулся он. — Но пока оставим это. Вот более важный пункт. Лицо этого… э-э, деятеля вы, полагаю, запомнили хорошо?
— Навсегда, — коротко ответил Игорь.
— Не сомневался. Ну-с, теперь позвольте мне отчитаться о проделанной работе. Должен признаться: у меня более чем товарищеские отношения с руководителем одного из крупнейших наших детективных агентств. Отношения эти позволяют многое — вы понимаете, что я имею в виду, и достаточно об этом. Так вот, к этому человеку я и обратился и изложил ему все вводные данные. Задача: из предложенного списка — список приглашенных мы, разумеется, подняли — идентифицировать лицо мужского пола в возрасте сорока пяти — пятидесяти лет, ростом от ста восьмидесяти до ста восьмидесяти пяти сантиметров, предположительно посещавшего психотерапевта Коротина… предположительно по базовому образованию химика. Или биолога. Все так?
— Полностью, — подтвердил Игорь.
— Отлично! Ну-с, и я должен признать, что наши пинкертоны с задачей справились. Просеяли множество кандидатур, из коих отобрали троих. Основной критерий… впрочем, догадываетесь?
— Химическое образование. И рост.
— Именно! Таковых обнаружилось трое. Один окончил химфак университета, двое — нефтехимический институт. Правда, один из этих двоих все больше в комсомольских вожаках ходил, так что в его профессиональных знаниях я сильно сомневаюсь… Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вот здесь, — он легонько хлопнул по столешнице, — у меня краткое досье на всех троих. Плюс свежие фотографии. Смотрите и сравнивайте с вашим лесным покойником.
Из стола Шумаков выхватил и перебросил Игорю три фото — как банкомет карты, рубашкой вверх.
— Прошу! — сказал он так, что Коротин ощутил себя почти Германном из «Пиковой дамы». Дрожь волнения ощутимо передернула его.
Он перевернул первую карточку.
Понятно, что сотрудники агентства отщелкивали фигурантов навскидку, на улице. Но качество фотографии было отменным — видно, и техника, и профессионализм у частных сыщиков были на высоте.
С глянцевой поверхности фото на Игоря смотрел мордатый лысоватый мужчина с чем-то неизъяснимо лукавым во всем облике.
— Комсомолец, — даже не спросил Игорь.
— В десятку, — а Шумаков даже не улыбнулся.
Игорь откинул карточку, перевернул вторую. Сердце слегка екнуло.
Высокий. Худощавый. Явно молодящийся. Темные волосы гладко зачесаны назад. Элегантнейший светлый костюм…
— Нет, — твердо сказал Коротин. — Это не он.
И взял третью фотографию.
Силы небесные!
В последний раз Немо
Сумерки сделались полны неясных, нехороших голосов. Он старался не оглянуться. Бледный, сжав губы, он строго смотрел перед собой. Голоса еще не угрожали, они предупреждали — но он-то знал цену таким предупреждениям. Назад пути нет! Нет и выхода отсюда. За порогом кабинета сумерки станут мраком, где сгинет все.
Значит, капкан. Значит, конец пути.
Ну ладно.
Он резко расстегнул портфель, выхватил рукопись.
Ладно! Будет вам прощальный поклон.
Имя
Усилием воли Игорь унял дрожь. Все! Станция конечная.
— Это он. — Голос стал хриплым.
Шумаков потянулся через стол, взял карточку. Виктор вскочил, стараясь сбоку заглянуть в фото… Шумаков чуть повернул руку, показав молодому человеку лик убийцы.
Виктор смотрел молча, затем сказал:
— Никогда бы не подумал.
Борис Михайлович усмехнулся:
— А я, правду сказать, подумал.
— Вы его знаете? — живо спросил Виктор.
— Разумеется. Коллега. Конкурент. Заклятый… ну, не друг, но сподвижник. Владелец финансовой группы… — Шумаков вновь на секунду залез в стол, вынул тощенькую папку. — Нежданов Игорь Дмитриевич. Офис — здесь же, в бизнес-центре. Седьмой этаж.