– Итак, – начала я, – о чем ты хотел поговорить? – Я поднесла кружку к губам и сделала глоток.
– Я хотел просто попросить прощения за все то, что делал. Прости меня.
Я издала нервный смешок.
– Прощения? – переспросила я. – А тебе не кажется, что уже поздно просить прощения? Столько всего произошло, а ты решился на это только сейчас? Поздравляю, Майк.
– Сью, выслушай меня. Прости. Я струсил. Ты же знаешь меня. Я слабый. Вот я и убежал, оставив тебя с Джули.
– Убежал? Ты знаешь, что нам пришлось пережить?! Как мы голодали? Денег не было вообще! Все уходило на погашение долгов!
– Да, я знаю. И не могу простить себя за это. Ты должна меня простить!
Я посмотрела на него уничтожающим взглядом, и сказала:
– Я никогда и ни за что на свете тебя не прощу! Ты плюнул на нас в самый трудный период нашей гребаной жизни! Ты ушел. Зачем пришел сейчас? И вообще, каким образом ты попал сюда?
– Я не могу тебе объяснить, как попал сюда. Мне сказали, что ты должна все понять сама.
Я чуть не поперхнулась собственной слюной вперемешку с чаем.
– Что?! – удивилась я. – Кто сказал?
– Это не важно, – ответил Майк. В его голосе было равнодушие. – Главное сейчас – найти Джули.
– Не смей говорить о ней! – крикнула я. Меня охватила ярость.
– Я могу сказать, где она. Только поехать туда ты должна сама.
– Выкладывай.
– На «Грин роуд». Но прежде чем ты туда поедешь, я хочу дать тебе кое-что. – Он встал, вышел из кухни в коридор. Потом вернулся. В руках у него был пистолет, который он протянул мне. – Вот, держи! На всякий случай. Неизвестно, что может случиться.
Я взяла его. Проверила обойму.
– Семь патронов, – сказал Майк. – Думаю, для того, чтобы защитить себя, хватит.
– Спасибо, – поблагодарила я его. Получилось холодно.
– Пожалуйста. Всегда рад помочь.
И все. Майк исчез. Просто испарился в воздухе, словно его и не было.
В глубинах сознания
Прежде чем отправиться на поиски Джули, я зашла в свою комнату. Легла на кровать и подумала, что ведь сейчас, на самом деле, я лежу на такой же кровати где-то там вдалеке – в настоящей жизни. Там, где меня избили; где я лежала в больнице, из которой потом сбежала. Где потеряла Джули. Где меня мучил Джо своими бесконечными звонками и внезапными появлениями. Где я задушила свою мать. Не много ли для одной реальности? Или все это был бред, а на самом деле реальность выглядит совершенно по-другому? По правде говоря, я не знала ответа. До сих пор. Как бы там ни было, здесь мне нравилось больше. В конце концов, я здесь одна, и это мой мир, где возможно все. К тому же, скоро я вновь увижу Джули.
Помнится, Джо говорил, что мы умерли. Что я напилась таблеток и после этого якобы скончалась в больнице. Возможно, это было так, а возможно, жизнь – ад. Может быть, мы все давно умерли, просто не замечаем этого.
Я попыталась было сложить все события в определенной последовательности, однако ничего не вышло. Моя жизнь была загадкой, и чтобы ее понять, мне надо было разобраться в самой себе.
Интересно, подумала я. Какой сюжет в том романе, который я написала и спрятала? Неужели я так сильно пыталась его забыть, что с трудом вообще вспомнила о его существовании? И то с помощью Джо.
«Вот именно – с помощью Джо!..»
Я приподнялась, села на край кровати.
«Откровение Сьюзан Кэрролайн». Может быть, это была всего-навсего моя автобиография?
Джо говорил, что в ней есть ответы на все мучившие меня вопросы. Может быть, ее тоже следует отыскать?
«Да, конечно! Но сначала Джули! Или ты уже забыла, что хотела ее спасти?!»
Конечно же, я не забыла. Лишь Джули держала меня здесь – в моем бреду. Я хотела ее спасти, еще раз увидеть. Обнять, поцеловать и сказать, как сильно я ее люблю. Ведь при жизни мы редко говорим это тем, которые потом внезапно уходят…
Теперь настало время ехать.
Я встала, прошла в коридор. Засунула пистолет в карман куртки, затем надела ее. Вышла из дома, села в машину и поехала.
«Грин роуд».
Туман стал еще гуще. Свет фар еле выхватывал из мглы кусочек дороги, поэтому я ехала очень медленно. Казалось, он был против того, чтобы я туда попала.
Я доехала до назначенного места через час. Заехала прямо в лес. Словно на автомате включила аварийку и вышла из машины. Потом начала медленно продвигаться к рыбацкому домику у озера. На всякий случай вытащила пистолет.
Мало-помалу в тумане начал вырисовываться дом. И тут, справа от него, я увидела фигуру маленького человечка. Сомнений не было. Это была Джули.
– Джули! – крикнула я. – Я тебя нашла! – Хотела было побежать к ней навстречу, однако повелительный тон мне сказал:
– Стой, где стоишь, иначе она будет мертва.
Голос был до боли знакомый. Он принадлежал женщине.
Я предположила, что это, возможно, была моя мать, но ошиблась. Из тумана вышла я.
«Какого хрена?!»
Я подняла пистолет и направила на саму себя.
У «Сьюзан номер два» тоже было оружие, и она направила его на Джули.
– Опусти оружие, Сьюзан! сказала она.
– Нет. Я не знаю, как такое возможно, но Богом клянусь, выстрелю в тебя! Отпусти Джули.
– Мама! – из ее глаз потекли слезы. – Что здесь происходит?
– Джули, – сказала я. – Не плачь! Все будет хорошо! Мама позаботится о тебе!
– Не слушай ее, Джули! Она лжет. Я твоя мать, – сказала «Сьюзан номер два».
– Если бы она была твоей матерью, она бы не направляла на тебя оружие, милая! Я никогда не направлю на тебя пистолет.
– А это она точно подметила. Какая же ты все-таки сука!
– Отпусти ее! – крикнула я. – Я не знаю, кто ты, но отпусти, иначе будет хуже!
– Нет. Не отпущу. Мне нравится играть с тобой, Сьюзан!
«Знакомые слова. Не правда ли?!» – промелькнуло у меня в голове.
И тут послышался выстрел. «Сьюзан номер два» спустила курок, и тело Джули упало на землю.
– Ах ты тварь! – крикнула я. Мои руки начали дрожать. Из глаз потекли слезы.
Я вновь потеряла ее.
– Упс! Я не хотела. Палец сам дернулся, – она улыбнулась. – Глянь на себя, Сьюзан Кэрролайн. Беззащитная. Вечно рыдающая! Страдающая особа! Неужели ты думаешь, что сумеешь спасти свою дочь хотя бы в бреду? Спасти Джули уже невозможно! Ведь ты сама виновата в ее смерти! И где-то в глубине души ты это осознаешь. Поэтому сейчас ты видишь саму себя.
Я подавила дрожь в руках, крепче сжав рукоять пистолета.
– Заткнись! Я тебя убью!
Она рассмеялась. Ее смех отозвался вдали леса эхом.
– Не получится, дорогуша! Убьешь меня, помрешь сама. Так что, очень не советую.
– Пошла ты!
Я спускаю курок. Раздается выстрел. Пуля входит ей в голову, и выходит сзади вместе с кровью и кусочками мозга. Я чувствую боль в голове, и прежде чем упасть на землю, ощущаю, как пуля проскакивает у меня в голове и выходит сзади. Она была права. Я хотела убить ее, но померла вместе с ней. Какая ирония…
…мы ее теряем…
…слишком большая доза успокоительных…
…разряд…
…разряд…
…разряд…
Свет ударил мне в глаза. Какие-то лица надо мной. Смотрят на меня.
– Пульс есть…
Вот так я пришла в себя после передозировки успокоительных. Меня привезли из психушки в городскую больницу, и мне предстояло провести здесь несколько дней, пока я полностью не приду в себя.
На следующий день я проснулась в палате. Мне делали капельницу. Рядом равномерно пикал какой-то аппарат. Я повернула голову налево и увидела детектива Вуда. Он сидел на стуле, рядом с моей кроватью. Голова опущена – видимо, в такой позе он проспал всю ночь. Я глянула направо. Через окно в палату увидела двух патрульных полицейских.
– Это, чтобы вы не сбежали, – услышала я детектива Вуда.
– Уже проснулись? – спросила я, не глядя на него.
– Да. Охранял вас. Должен сказать, вы спите неспокойно.