Дельта моргнула.
– Ты же понимаешь, что я не это имею в виду.
– Тогда объясни мне, чтоже ты имеешь в виду.
– Все, что я делала, — это кормила людей и вмешивалась в их жизни. У меня нет ни единого доказательства, что я действительно изменила чью-либожизнь. Люди меняются сами по себе. Тебе не была нужна я, чтобы указывать, как жить дальше. Тоже самое с Томасом. Я кормила тебя, вот и все. А теперь не могу даже этого.
– То есть я для тебя была просто развлечением? Ты отдавала дань вежливости своей звездной кузине? И ты не считала, что моя жизнь стоит того, чтоб ее спасли и перестроили? Тебе действительно было наплевать, убьет ли себя Томас? Для тебя мы всего лишь еще одна пара клиентов?
– Прекрати искать болевые точки! Говорю тебе: с возней и этим кафе покончено! От вида этих горелых руин меня просто тошнит! Это все равно что труп. Я не умею воскрешать мертвецов! Оставьте меня в покое!
Я придвинулась ближе.
– Ты научила меня никогда не сдаваться. Ты вернула меня к жизни, даже несмотря на то, что мне тогда этого не хотелось. Теперь пожар забрал у тебя твое видение себя, точно так, как это в свое время случилось со мной. Я общалась с миром с помощью своего лица. Тебя соединяло с ним твое кафе. Томас говорил, что однажды ты сказала ему, что я заблудилась в темноте и он должен стать для меня светом. Теперь я собираюсь стать твоимсветом. Даже если ты этого не хочешь.
– Я продаю это место. И не спорь. Выметайся!
– Хорошо, если ты настаиваешь, я куплю у тебя кафе. Назови цену. — Я достала сумочку, которую перед тем уронила на кафельный пол, вытащила чековую книжку и ручку и подписала чек. — Вот. Цифру впиши сама. — Я положила чек на ее украшенную розовыми чашками грудь. — Я покупаю землю, название, право на все твои рецепты и развалины. Томас уже работает над чертежами полной реставрации — с современной кухней и некоторыми другими новшествами. Однако мы собираемся использовать все уцелевшие материалы.
– Ты никак не сможешь вернуть этому месту его прежнюю атмосферу, — фыркнула Дельта. — Ты даже не умеешь печь бисквиты.
– Мне не придется готовить. Я найму Беку и Клео, чтобы они занимались этим и вели дела. Даже если их бисквиты хуже твоих, ничего страшного. Знаешь, главное в ресторанном бизнесе — это создание имиджа. Людям не обязательно знать, что ты больше не стоишь на кухне. Им достаточно того, что кафе Кроссроадс снова работает.
Она пристально смотрела на меня.
– Хочу посмотреть, как ты с этим управишься. Вперед. Договорились.
У меня сердце оборвалось. Не выходя из роли, я нацепила на лицо подходящую случаю улыбку и протянула ей руку, ту, что со шрамами.
– Отлично. Скрепим сделку рукопожатием.
Мы пожали друг другу руки. Я схватила свою сумочку и вышла.
Пайк мерил шагами переднее крыльцо. Томас прислонился к крылечному столбу, стараясь не попадаться ему на пути. Оба смотрели на меня с надеждой.
– Ну что, тебе удалось уговорить ее взяться за разум? — спросил Пайк.
– Нет, но я купила кафе.
– Что ты сделала?
– Следовало знать, что с Дельтой блеф не работает. Поэтому переходим к плану Б. Мы отстроим кафе, сделаем первый шаг и будем надеяться, что Дельта передумает. Томас уже работает над чертежами.
Пайк повернулся к Томасу:
– Томми, сынок, ты правда можешь это сделать? Возродить это место таким, как оно было?
Томас покачал головой:
– Нет. Я только могу создать иллюзию этого места. Остальное зависит от Дельты.
– А что, если она на это не клюнет?
Я обняла Пайка.
– Она не сдалась в случае со мной, она не сдалась в случае с Томасом. Мы тоже не должны сдаваться, когда дело касается ее. Она проглотит наживку.
Я посмотрела на Томаса. Он уверенно кивнул, чтобы ободрить Пайка, но затем уже не так уверенно, тайком взглянул на меня.
Теперь священный бисквит надежды был в наших руках.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
Будущее принадлежит тем, кто верит в красоту своей мечты.
Элеонор Рузвельт
Это просто чудо, когда просто милая женщина обретает индивидуальность и становится истинно прекрасной.
Миньон МакЛафлин
Куда важнее то, что находится в лице женщины, а не на нем.
Клодетт Кольбер
Глава 28
КЭТИ
Восстановление
Каждый в округе сделал свой вклад в новое кафе; всем хотелось возродить веру Дельты в бисквиты. Альберта и Мэси пришли первыми, привели свою бронебойную женскую команду.
– Мы будем работать, даже если тебе это не нравится, — проворчала Альберта, явно злившаяся на то, что я купила кафе. — Тебе не придется даже платить.
– Отлично. Обожаю выслушивать словесные оскорбления бесплатно.
– Ты ведь не собираешься им заниматься, когда мы вернем кафе? Это же просто шутка?
– Как мне нравится твоя безоблачная вера в мои способности...
– Нельзя же просто построить ресторан, придать ему внешний вид старого, сделать косметический ремонт и верить, что Дельта купится на твои фантазии.
– Увидим. Хорошая косметика способна изменить жизнь женщины.
Альберта яростно фыркнула.
– Ты можешь думать о чем-то кроме этого своего косметического дерьма? Мир не исправишь новой прической и правильным оттенком теней. И внешность — это еще не все. Ты так ничему и не научилась после гриля в своем «Транс-Ам»?
Я шагнула к ней так быстро, что Альберта моргнула и попятилась.
– Собственный образ — не пустяк, а макияж нам не враг, — прошипела я. — Некоторые женщины чувствуют себя сильными благодаря своим мозгам, некоторые — благодаря мускулам, но остальным поднимает самооценку их макияж. Тебе бы хорошую зеленую подводку и бежевую основу под макияж, и даже ты сможешь избавиться от красноты на лице. Имидж склочной лесбийской богини при этом не пострадает.
Альберта прошипела:
– Поцелуй мою накрашенную задницу.
– Не сомневаюсь, что ей тоже не помешала бы пара средств. А еще крем от целлюлита и восковая эпиляция.
Я думала, Альберта меня ударит. И сжала кулак, чтобы ответить ей тем же. А затем произошло чудо. Из ее рта вырвался смех, похожий на отрыжку. Она пыталась его побороть, но тщетно. Бу-га-га-га.
– Неверно. Я склочная сучка-богиня.
На лице наблюдавшей за нами Мэси проступило облегчение. Я протянула правую в шрамах руку Альберте.
– Извинения приняты.
Ее смех испарился.
– За что?
– Только не вынуждай меня оглашать весь список.
Она посмотрела на мою ладонь.
– Ты больше не протягиваешь левую руку, как слабая жеманная девчонка. Это рукопожатие настоящей женщины.
Мэси толкнула ее. Альберта вздохнула.
– Хорошо. Ты оказалась сильнее, чем я думала. Неплохо для королевы красоты и гетеросексуальной актрисы третьего плана. Но тебе далеко до Анжелины Джоли.
– Не заставляй меня гоняться за тобой с парой острых щипчиков для ногтей.
Мы пожали руки. Это больше напоминало армрестлинг, но для начала сойдет.
ТОМАС
Я знал, что могу отстроить кафе заново, сохранив весь его индивидуальный шарм. Меня волновало не это. Все люди знают, что они хотят видеть в зданиях и что у старых зданий своя атмосфера, которую не повторит никакое внимание к деталям.
– Хорошо, вот что мы сделаем, — объявил я толпе, в передних рядах которой стояли Кэти и девочки. Мы вооружились старыми ножами и вилками и собрались на стоянке кафе возле стопок новых, гладких досок и балок. Царапайте эти доски, тыкайте их ножами, делайте все, что вам вздумается. Когда мы закончим, эти доски должны выглядеть так, словно им сотня лет. Воздух наполнился звуками терзающих дерево столовых приборов. Кэти вогнала нож для мяса в доску и вопросительно взглянула на меня.