Такова история возникновения наименования американского материка.
Но почему же все-таки Америка, а не Колумбия? Почему был забыт истинный первооткрыватель нового континента? Почему было допущено отступление от негласно установившейся традиции называть вновь открытые земли именем того, кому принадлежит истинная честь открытия? Почему в этом случае было отдано предпочтение человеку, который не только не совершил этого открытия, но даже и не подозревал, что ему приписывают такие великие заслуги?
То, что название Америка очень удачно, не может вызвать возражений, но достаточно ли такого аргумента для увековечения имени человека, заслуги которого в открытии и исследовании нового континента более чем сомнительны.
Кто повинен в появлении этого названия на географических картах? Меркатор, распространивший название Америка на весь новый материк, или же молодой Мартин Вальдземюллер, впервые введший его в употребление?
Ни тот и ни другой. Оба они, как и многие другие, оказались жертвой непоправимой ошибки.
Вернемся к тому, с чего начинал свою работу Вальдземюллер. Вспомним, что Базен, его собрат по кружку в Сен-Дье, через несколько дней после памятного собрания в герцогском дворце принес сделанный им перевод с итальянского издания, выпущенного в Виченце. Этот сборник был озаглавлен «Новый мир и новые страны, открытые Альберико Веспуччи из Флоренции».
Были ли основания у молодого ученого подвергать сомнению справедливость изложенного в этом сборнике? Никаких! Да, ему было известно, что Христофор Колумб первый открыл на западе новые земли. Но эти земли сам Колумб считал частью Азии и так упорно старался всех в этом уверить, что на некоторое время преуспел в этом. Следовательно, к Новому Свету его открытия не имели никакого отношения. Кто же открыл Новый Свет? На этот вопрос давал ответ заголовок сборника: Америго Веспуччи. Таков примерно был ход размышлений Вальдземюллера.
Как же обстояло дело в действительности?
Истинным виновником следует считать того самого издателя из Виченцы, который выпустил в свет сборник, попавший в руки Вальдземюллера. В него вошли описания путешествий Васко да Гамы, Кабрала, Кадамосто, трех плаваний Христофора Колумба и письма Веспуччи о его плаваниях к берегам Южной Америки. Из всего собранного им материала издателю представляются наиболее интересными письма флорентийца. Они написаны увлекательно и содержат множество любопытных сведений, которых нет во всех других описаниях. Более того, автор писем утверждает, что описываемые им страны не принадлежат ни к одному из известных европейцам материков, он заявляет, что земли, им виденные, можно с полным правом считать новым миром, «ибо южнее экватора я обнаружил материк, где некоторые равнины гораздо гуще населены людьми и животными, нежели в нашей Европе, Азии и Африке, к тому же этот континент обладает более приятным и мягким климатом, чем другие, знакомые нам части света».
Вот эти слова флорентийца, сказанные им с такой уверенностью, побуждают издателя из Виченцы озаглавить сборник именно так, как он озаглавлен, и тем самым он закладывает фундамент бессмертия Америго Веспуччи.
Ошибка издателя из Виченцы повлекла за собой ошибки всех других упомянутых здесь людей, и имя Америго Веспуччи, ничего не открывавшего, но впервые высказавшего смелое предположение о существовании четвертой части света, навеки вошло в историю.
В то время как имя этого итальянца присвоено целому континенту, истинный первооткрыватель этого континента, Христофор Колумб, должен довольствоваться малым — его именем названа одна из республик в Южной Америке.
Маленькая Венеция
![О чем молчит карта i_010.png](https://litlife.club/books/160742/read/images/i_010.png)
Изумленным взорам мореплавателей представилось поразительное зрелище: с юго-востока с огромной скоростью и грозным рокотом приближалась волна, навстречу которой шла другая. В месте их столкновения образовался гигантский водяной хребет. Одна из каравелл очутилась на гребне образовавшегося вала, другой, хоть она и была несколько в стороне, также пришлось лавировать, чтобы выйти из водоворота.
Начальник экспедиции Охеда и сопровождавший его в плавании флорентиец Америго Веспуччи смотрели с недоумением и страхом на это грозное явление природы, что, впрочем, не мешало Охеде отдавать необходимые приказания.
Когда опасность миновала и корабли продолжали плыть по успокаивающемуся проливу, Веспуччи, хлопнув себя по лбу, воскликнул:
— Чему мы удивляемся? Ведь мы находимся в тех местах, которыми проходил в прошлом году адмирал Колумб! С ним произошло то же, что и с нами только что, причем он утверждал, что вода в этом проливе, который он назвал Змеиная пасть, пресная. Не хотите ли в этом удостовериться?
Охеда кивнул головой и отдал необходимое распоряжение. Через несколько минут матрос, которому предложено было зачерпнуть воду, возвратился с сообщением, что действительно вода в проливе пресная.
Чем дальше на северо-запад продвигались корабли, тем ýже становился пролив, тем сильнее бурлили в нем течения, а вода делалась все более пресной и приятной на вкус.
Наконец, пролив остался позади, и флотилия Охеды продолжала двигаться вдоль побережья земли, лежащей по левому борту. Цветущие долины, орошаемые полноводными реками, оживлялись многочисленными селениями, возделанными полями, пальмовыми рощами.
Время от времени корабли останавливались, и тогда их моментально окружали десятки каноэ. Туземцы поднимались на борт каравелл, с любопытством рассматривали их устройство, одежду испанцев, их вооружение. Большинство посетителей было задрапировано в пестрые яркие ткани — оставались открытыми руки, шея и ноги до щиколоток. У некоторых мужчин мореплаватели с радостью замечали висящие на шее куски золота, а многие женщины носили на руках браслеты, составленные из белых и красных жемчужин.
Показывая на украшения, об истинной ценности которых их владельцы не догадывались, Охеда и Веспуччи жадно расспрашивали о местах добычи золота и жемчуга. В ответ они слышали, что золота много в соседней стране, лежащей дальше к западу, но что в тех краях небезопасно, так как тамошние жители будто бы поедают людей. Что же до жемчуга, то его добывают здесь, чуть севернее.
Эти остановки вносили приятное оживление в однообразную жизнь мореплавателей, а сообщения местных жителей подогревали их и без того разгоревшиеся аппетиты.
Так проходили дни, недели. По-прежнему слева тянулась земля. Уже корабли миновали еще один остров, густонаселенный и живописный. Охеда и его спутники были так поражены высоким ростом островитян, что назвали обнаруженный ими новый клочок земли островом Гигантов. Впрочем, это название за островом не удержалось, впоследствии его стали именовать Кюрасао, что на португальском языке означает «исцеление». Такое название этот остров, по всей вероятности, заслужил за исключительно здоровый климат.
Время шло, и флотилия Охеды продвигалась все дальше на восток вдоль берегов земли, казавшейся бесконечной.
Но вот побережье сделало поворот, и взорам испанцев открылся залив, глубоко вдававшийся к югу. Корабли повернули и проследовали вдоль восточного побережья этого углубления, подлинных размеров которого нельзя было угадать, так оно было обширно.
Берега этого залива, который Охеда назвал заливом Святого Варфоломея и который теперь именуется Венесуэльским, были также густо населены. Но что это? Первое же селение, которое увидели испанцы, располагалось не на земле, а на воде. Жилища индейцев, окруженные со всех сторон водой, стояли на сваях, высоко поднятые над поверхностью залива. Строители предусмотрительно обеспечили безопасность своих построек от возможного затопления приливом.