(Не меньше десяти оболов весил он),
Худее Филиппида.
- Что же мне сказать?
Придумано умно, чтобы похвастаться.
Был и в нашем городе хвастливый нищий: серебра у него не набралось бы и на драхму, а раб был у него один-единственный, но откликавшийся на [d] несчетное множество имен; {41} и хозяин кричал ему: "Раб! Стромбихид! Не ставь нам нашу зимнюю серебряную посуду, вынеси летнюю!" Подобный же персонаж есть и в пьесе Никострата под названием "Цари" [Kock.II.222]. Это хвастливый воин, {42} о котором говорится:
{41 ...несчетное множество имен... — Чтобы со стороны показалось, что у него много рабов: в тексте он назван πτωχαλαζών — «хвастливый нищий».}
{42 ...хвастливый воин... — Один из любимейших персонажей среднеаттической и, в особенности, новоаттической комедии. То, о чем говорится дальше, — по-видимому, все, что ему удалось сохранить из полученного за военную службу. Причин бедности воина могло быть две: или он плохо воевал, или уже успел промотать нажитое имущество (оба мотива нередки в комедии).}
Лишь уксусник, да лишь псиктер серебряный,
Что тоньше ткани на плаще порфировом.
Действительно, даже в те времена серебро умели выковывать тонким, как пленка.
18. И Антифан пишет в "Женщинах с Лемноса" [Kock.II.70]:
Треногий стол был перед нами выставлен,
[e] На нем - о, божества высокочтимые! -
Лежал пирог медовый на серебряной
Тарелке.
И пародист Сопатр в "Оресте":
Серебряный поднос с сомом протухнувшим.
И в пьесе "Чечевичная похлебка":
Но для обедов у него есть уксусник
Серебряный, с змеиными фигурками.
Такой же был когда-то у Танталова
Фиброна {43} мягкосердного, богатствами
{43 ...у Танталова Фиброна... — Место, сложное для перевода. Буквально сказано, что Фиброн был замучен недостатком денег, причем повинны в этом были сами деньги (откуда сравнение с мифическим Танталом: стоя по горло в воде, среди изобилия земных плодов он страдает от голода и жажды). О Фиброне — спартанце, правителе Кирены — известно (Библиотека Фотия. 70а. 10-29; Диодор. XVII. 108; XVIII. 19-21), что он коварно убил своего друга Гарпала, присвоившего еще при жизни Александра Македонского его богатства, и, в свою очередь, ограбил его, отняв сокровища. Впоследствии Фиброн в битве за Кирену потерпел поражение и был убит.}
Замученного.
[f] Феопомп Хиосский пишет в "Советах Александру" о своем земляке Феокрите [FHG.I.325]: "Теперь он пьет из золота и серебра и ест с таких же блюд, а ведь раньше у него не то что серебряной посуды не было, но и бронзовой, а была только глиняная, да и то зачастую битая". Дифил в "Живописце" пишет [Коск.II.555; cp.231d, 300с]:
(231) Отборный завтрак весь так и приплясывал -
Всё свежее, желанное: и устрицы,
Какие хочешь, блюда, выстроенные
Фалангой, а за ними мясо грудою
Со сковородки прямо, и с приправами,
Растертыми серебряными ступками.
Филемон во "Враче" [Kock.II.487]:
И ранец, полный блюд серебряных.
Менандр в "Самоистязателе" [Коск.III.42]:
Служанок, воду и кувшин серебряный.
И в "Гимниде" [Kock.III. 136]:
Пришел я за серебряной посудою.
Лисий же говорит в речи "О золотом треножнике", если она подлинная: [b] "Следовало еще дать серебряную и золотую посуду". Однако ревнители чистоты эллинского языка считают, что правильнее было бы сказать "серебряное и золотое убранство (κόσμος)".
19. После того как Эмилиан всё это высказал, слово взял Понтиан: "Действительно, золото у эллинов в древности было большой редкостью, да и серебра добывалось в рудниках очень мало. Поэтому, как рассказывает Дурид Самосский [FHG.II.470; ср. 155с], даже отец Александра Великого Филипп, приобретя золотой фиал, держал его у себя под [c] подушкой. Да и знаменитый золотой агнец Атрея, из-за которого произошли затмения солнца и крушения царствующих домов, давшие обильный материал трагическим поэтам, {44} представлял собой, как говорит гераклеец Геродор [FHG.II.41], лишь серебряную чашу с золотой фигуркой ягненка в середине. Анаксимен из Лампсака в сочинении, озаглавленном "Первые вопросы", пишет, что и ожерелье Эрифилы {45} прославилось только из-за того, что у эллинов тогда было мало золота; да ведь и серебряная чаша тогда казалась чудом. Изобилие началось только после того, как фокейцы захватили дельфийскую сокровищницу. {46} А прежде даже люди, слывшие богатеями, пили из медной посуды, и отсюда посудные стойки получили [d] название халкотек {47} (склад меди). И Геродот [11.151] пишет, что египетские жрецы пили из бронзовых чаш; когда же тамошние цари совершали однажды публичные жертвоприношения, у них не хватило на всех серебряных фиалов {48} - поэтому и пришлось Псамметиху, самому младшему из царей, совершать возлияние из бронзового фиала, тогда как у остальных были серебряные. Вот так-то первый блеск золота сверкнул у эллинов только после разграбления пифийского святилища фокейскими тиранами. Тогда же явилось в оборот и серебро. И лишь позднее, когда величайший [e] Александр опустошил азиатские сокровищницы, поистине взошло светило, по словам Пиндара [Пиф.5.1], "широковластного богатства".
{44 ...давшие обильный материал трагическим поэтам... — Поводом к ссоре братьев Атрея и Фиеста послужил (как обычно пишут) золотой барашек в стаде Атрея. В борьбе за царскую власть в Аргосе Атрей убил детей Фиеста и накормил отца их мясом; при виде этого солнце с середины неба поворотило вспять. Преступление навлекло проклятие на последующие поколения дома Атридов, несчастия которых легли в основу целого ряда трагедий («Орестея» Эсхила, «Электра» Софокла, одноименная трагедия Еври-пида и др.).}
{45 ...ожерелье Эрифилы... — Эрифила, жена Амфиарая, наделенного пророческим даром и предвидевшего свою гибель в войне Семерых против Фив, послала мужа на войну, польстившись на ожерелье Гармонии, которое впоследствии было принесено в дар Дельфийскому богу.}
{46 ...фокейцы захватили дельфийскую сокровищницу. — Событие, положившее начало так называемой Священной войне (356-346 гг. до н.э.).}
{47 ...получили название халкотек... — Халкотеками (собственно, «хранилищами меди») стали называться вообще ящики для хранения дорогой посуды.}
{48 ...не хватило на всех серебряных фиалов... — Как об этом рассказано у Геродота, фиалы (чаши) были золотые, Псамметиху же не хватило чаши не из-за недостатка драгоценной утвари, а из-за ошибки жреца.}
20. А самые первые золотые и серебряные приношения в Дельфы были сделаны лидийским царем Гигом: {49} до его царствования Пифийское божество не имело ни золота, ни серебра - это утверждают и [f] Фений Эресийский [FHG.II.297], и Феопомп в сороковой книге "Истории Филиппа" [FHG. 1.314]. Эти авторы пишут, что пифийское святилище было украшено Гигом, а после него Крезом, после же них сицилийцами Гелоном и Гиероном: первый во время нашествия Ксеркса на Элладу {50} пожертвовал сделанные из золота треножник и статую Ники, второй повторил его приношения. Феопомп пишет: "В древности святилище было украшено бронзовыми приношениями, причем это были не статуи, но котлы и треножники из бронзы. И когда лакедемоняне решили (232) позолотить лицо Аполлона в Амиклах, {51} то, не найдя золота в Элладе, послали вопросить оракул, у кого следует его купить. Им было велено отправиться к лидийскому Крезу; и они отправились к Крезу и купили у него. А когда [b] Гиерон Сиракузский, желая поднести в дар божеству треножник и Нику из переплавленного золота, долгое время не мог его раздобыть, он в конце концов отправил своих людей на розыски в Элладу. Когда после долгих блужданий они прибыли в Коринф, то обнаружили золото у коринфянина Архитела, который долгое время скупал его понемногу и накопил большой запас. Он продал посланцам Гиерона столько золота, сколько им было нужно, и еще сверх того полную горсть. Гиерон за это прислал из Сицилии корабль с хлебом и многими другими дарами". [c] 21. То же самое рассказывает и Фений в сочинении "О сицилийских тиранах" [FHG.II.297], а именно, что в древности приношения были из бронзы: и треножники, и котлы, и кинжалы; на одном из них была сделана надпись: