– Мне ситуация представляется так: у меня диск, и вы не выйдете отсюда, пока я не увижу деньги.
– Когда вы скопировали файл?
– В пятницу днем.
– Когда явился адмирал?
– Примерно через десять минут.
Олбрайт присмотрелся к окружающим, затем снова повернулся к Джуди.
– Если даже вы считаете, что записали файл – я допускаю, что вы в это верите, – я серьезно сомневаюсь, что в нем содержится нужная мне информация. Вряд ли вам удалось ее получить в пятницу днем, когда десять минут спустя явились ВМКР и ФБР. Они вас ждали. Это была ловушка.
– Я записал файл, – настаивал Джуди.
– Нет. Думаю, что нет. – Олбрайт начал вставать из-за столика. Что-то твердое уперлось ему в ногу, и он остановился.
– Там то, что я думаю?
– Не знаю, что вы думаете. Пощупайте рукой, только осторожно.
Олбрайт пощупал.
– Понятно.
– Повернитесь. Лицом ко мне.
Олбрайт подчинился. Он отпил еще пива.
– Что дальше?
– Дальше мне нужны деньги.
– Как вы рассчитываете их получить?
– Вы лучше думайте быстрее, черт бы вас побрал, или вы не выйдете отсюда. Первой пулей я оторву вам член, вторая вонзится в солнечное сплетение. Может, скорая помощь успеет, и вы останетесь живы. Но всю оставшуюся жизнь вы проведете в инвалидном кресле, и писать вам придется сидя.
Не было похоже, что Олбрайт испугался.
– Ваши предложения?
– Предлагать должны вы. Даю вам одну минуту.
– Гм.
– Мне нечего терять, Олбрайт. Я нажму курок. Можете мне поверить!
– Вас арестуют.
– Возможно, но коль меня будут судить за убийство вице-адмирала, всем будет наплевать на то, что я отстрелил член коммунистическому шпиону. Кто знает, не исключено, что сделав это, я заслужу снисхождение. У вас сорок секунд.
– Кто знает. Действительно, кто знает, – размышлял Олбрайт.
– Тридцать секунд.
– Тихо. Я думаю, – Он глубоко вздохнул, затем шумно выдохнул. – Посмотрите налево. Через стойку. Там сидит парень в майке Калифорнийского университета. Взгляните на его руку.
Чад неохотно посмотрел налево, затем повернулся к Олбрайту. Человек с другой стороны стойки с любопытством наблюдал за ним. Джуди взглянул еще раз.
Тот человек держал пистолет, нацеленный прямо на него.
– Я пришел не один. Если вы спустите крючок, второго выстрела он сделать не даст.
Джуди с явной неохотой снова посмотрел в ту сторону. Похоже, настоящий пистолет, автоматический, и тот человек держит его низко, прячась от Джуди за соседа. Парень с пистолетом смотрел ему прямо в глаза.
– Вот так, – продолжал Харлан Олбрайт. – Сейчас вы сделаете вот что. Положите ваш пистолет обратно в сумку. Мы пройдем к моей машине – да, я действительно на машине. Вставим диск в портативный компьютер и проверим. Если там действительно файл «Афины», я отдам вам деньги. Если нет, пожмем друг другу руки и пойдем каждый своей дорогой.
– Лучше я пристрелю вас тут.
– Как вы изволили заметить, я могу остаться в живых. А вы уж точно нет. Выбирайте.
– Я разорен. У меня ничего нет. Они… – Он проглотил комок. По его лицу текли слезы. – Они вычистили файл. Все было подстроено. Там ничего нет, кроме титульных страниц тридцати документов, каждый на одной странице. Честно. Я принес то, что вы заказывали. Я в отчаянии. Мне нужны деньги.
Олбрайт кивнул:
– Понимаю.
– Послушайте, мистер, – взмолился Чад. – Я вам предлагаю кое-что. Титульные страницы ведь чего-то стоят. Дайте мне пятнадцать зеленых. И все! Пятнадцать вшивых долларов. – Он зарыдал.
– Не дам. – Олбрайт осмотрелся. Посетители оглядывались на Джуди. Пора сматываться. Олбрайт достал бумажник и бросил на стол все деньги, которые там были. – Тут примерно сто сорок. Возьмите.
Джуди схватил бумажки. Он сгреб их левой рукой, затем полез под стол.
– Я достаю сумку. Вот, – он протянул дискету. – Возьмите. Мне она не нужна.
– Желаю удачи, – произнес Олбрайт, встал и направился к выходу, а Джуди с дискетой в руках ошеломленно глядел ему вслед. Когда Олбрайт вышел в дверь, человек с пистолетом последовал за ним.
Джуди уронил голову на стол.
– Мистер, – услышал он чей-то голос. – Мистер, вам надо уйти, – настойчиво продолжал тот. – Вам нельзя тут оставаться.
Глава 28
– У сенатора Дюкена есть копия вашего личного дела.
– Что-о? Как она к нему попала?
Капитан 3-го ранга Роб Найт пожал плечами.
– Это известно одному Богу, а он не скажет. Что в вашем послужном списке может оказаться выигрышным для него?
– Понятия не имею, – пробормотал Джейк Графтон.
– Он может использовать что угодно, а может, и не сделает этого. Но он проговорился помощнику своего коллеги, рассчитывая, что вам это станет известно и вы испугаетесь.
– Ну и тип.
– Это игры на кубок высшей лиги, Графтон. И перед вами будет выступать этот сдвинутый Сэмюэль Доджерс, сразу после министра обороны и адмирала Данедина.
– Он играет в русскую рулетку. Доджерс – это гений с кругозором навозного жука.
– Он явно ведет к тому, чтобы потопить А-12. Насколько я понял из разговоров помощников сенаторов, считается, что коль «Афина» вносит такие революционные изменения в технику боя, ее необходимо изготовить и испытать прежде, чем давать флоту малозаметные самолеты, а значит, не закупать ни тот, ни другой прототип. Тогда «Консолидейтед» сможет участвовать в новом конкурсе на более традиционную конструкцию самолета с максимальным использованием возможностей «Афины». Утверждают, что традиционная конструкция, для которой единственным прикрытием будет служить «Афина», сэкономит правительству миллиарды долларов.
– И с этим он собирается подъехать к Каплинджеру?
– Нет. Он намерен дать выступить Каплинджеру и Данедину, потом выжать все, что можно, из Доджерса и вывалить все это вам на голову в надежде, что вы взорветесь.
– У него есть сторонники?
– Пока нет. Многие выжидают, куда ветер подует, так что вопрос повис в воздухе. Мы протащили А-12 через сенат и палату представителей до появления «Афины», но в свете последних событий и огромного дефицита бюджета любой способ экономии денег выглядит привлекательным.
Джейк знал, о каких событиях говорит Найт. Советы при Михаиле Горбачеве отказались от претензий на мировое господство, и это эхом отдавалось в столицах всего мира. Горбачев уверенно становился самой популярной личностью на планете, затмевая всех рок-звезд, спортсменов и, в некоторых случаях, самого Господа Бога.
Холодная война, по заявлению некоторых комментаторов и политиков, преследовавших собственные цели, кончилась. Как бы там ни было, ощущение коренных перемен в «империи зла» оказывало заметное влияние на внутреннюю и внешнюю политику каждой из демократических стран Запада, в первую очередь Соединенных Штатов.
Оба офицера все утро обсуждали смету затрат на А-12, основанную на оптимальной схеме поставок. Любое предложение, сводившееся к тому, чтобы продлить службу А-6 на несколько лет больше планируемого срока, было связано со все возраставшей стоимостью обслуживания и ремонта стареющих фюзеляжей. Эти затраты также были учтены. Наконец, любое предложение о разработке какой-то новой конструкции означало опять-таки еще большие затраты по сравнению с программой А-12, и аннулировать ее – значило выбросить на ветер громадную сумму уже истраченных денег.
После ленча Найт, сотрудник управления законодательных процедур и работники из группы Джейка собрались в конференц-зале и проиграли заседание комитета Конгресса. Целый день они терзали Джейка. Вконец измученный, к пяти часам он уже не мог говорить.
Кэлли читала Эми рассказ на сон грядущий, когда зазвонил телефон. Девочка бросилась к аппарату, затем передала трубку Джейку.
– Капитан Графтон слушает.
– Это Луис Камачо. У вас работает некий Роберт Э. Таркингтон?
– Что он еще натворил? – Таркингтон сегодня участвовал в репетиции слушаний и не очень старался. Сердце у него явно не лежало к этой комедии.