– Ну и? – спросил Байджлоу.
– Наемный убийца убрал случайную свидетельницу у почтового ящика Франклина. Камачо пару раз говорил с ней, но ее убили до того, как мы успели предъявить ей фотографии. Профессиональная работа. Две пули двадцать второго калибра в черепе. Мы сделали вскрытие, привлекли криминалистов, говорили со всеми соседями. Никаких следов. Здесь у нас полный тупик.
– Что еще?
– Вот что, – продолжал Дрейфус уже слегка раздраженным тоном. Он начинал выходить из себя и не считал нужным скрывать этого. – Один из офицеров, работающих во флотском проекте УТИ, некий капитан 3-го ранга Джуди, пытается продать секретную информацию заинтересованным фирмам. Мы занялись этим офицером, когда в начале февраля в Западной Вирджинии был убит руководитель проекта. Убийство осталось нераскрытым – никто ничего не делает, а Камачо, похоже, не собирается разрабатывать контакты Джуди. Он даже не передал его дело в контрразведку флота. Мы знаем кое-кого, с кем общался Джуди, и… – Дрейфус в отчаянии опустил руки.
– У вас все?
– Да, думаю, я осветил вопрос.
– Значит, вы попросились на прием, чтобы доложить мне, что Камачо дезинформирует меня о работе своего отдела, намеренно срывает поиск этого крота, впустую тратит миллионы долларов и тысячи человеко-часов непонятно на что. – Дрейфус открыл рот, чтобы возразить, но Байджлоу резко поднял руку. – Допускаю, что вы формулируете это мягче. Как видите, я не считаю, что вы пришли сюда, чтобы накапать на начальника и добиться собственного продвижения. Я думаю о вас лучше. – Он сокрушенно вздохнул. – Конечно, возможно и другое. Возможно, вы хотели удостовериться, что я действительно такой дурак, что доволен ходом расследования.
– Я… – Поднятая рука снова прервала его.
– Так вот, я действительно доволен. Камачо полностью информирует меня о действиях своих подчиненных, в том числе и ваших, кстати говоря. Тактику следствия он выбирает с моего ведома и, если нужно, одобрения. Он сообщает о своих предположениях мне, а я о своих ему. Все приказы он выполняет точно. Я полностью удовлетворен его работой. Он один из лучших руководителей во всем бюро.
Дрейфус разинул рот от удивления.
– Прежде чем вы вернетесь на рабочее место, может, вы хотите, чтобы я устроил вам прием у директора? – Байджлоу придал своему лицу выражение ироничной заинтересованности. – Да, Ллойд, вы жалкий, нелояльный, пугливый болван, вы сдуру прыгнули с крутого утеса, но, похоже, вам повезло и вы зацепились за кустик, который остановил ваше падение. Может, помочь вам свалиться в пропасть?
Дрейфус покачал головой.
– Надеюсь, вы никому не будете рассказывать об этой душеспасительной беседе.
– Слушаюсь, сэр.
– В следующий раз вы появитесь в этом кабинете, Дрейфус, только когда я сам вас вызову, или вместе с вашим начальником.
– Слушаюсь, сэр.
– Давайте займемся работой. – П.Р. Байджлоу указал, кивком на дверь, и Дрейфус понял намек.
К середине мая танец гномов в Пентагоне достиг критического накала. Тысячи веревочек начали сплетаться в узел. В июне состоится выезд в пустыню для испытания прототипов. Оба самолета давно перегнали на полигон Тонопа в Неваде – тот самый, где ВВС испытывали прототипы своих самолетов «стелс». Аэродром, известный также как 58-я зона или Грум-Лейк, находился в ста пятидесяти километрах к северу от Лас-Вегаса, на громадной территории, принадлежавшей федеральному правительству, где сама природа обеспечивала соблюдение секретности. Здесь заводские техники готовили самолеты в отдельных ангарах и устанавливали устройства телеметрии.
Бабун и Рита вылетят в Неваду на две недели раньше Джейка и остальных членов группы. Им предстояла большая работа с заводскими летчиками и инженерами, чтобы узнать как можно больше о самолетах и о том, как управлять ими. В субботу перед отлетом Джейк и Кэлли пригласили их на обед в свой загородный домик в Рехобот-Бич.
– Как вам семейная жизнь? – спросила Кэлли Риту в кухне.
– Жаль, что у меня не было брата, – призналась Рита. – Мужчины такие странные. Они мыслят совсем не так, как мы.
На застекленной веранде Джейк и Бабун попивали виски, а Эми тянула через соломинку кока-колу.
– Как тебе семейная жизнь, Бабун?
– Да как вам сказать. Не совсем то, что я думал, но что в жизни бывает точно так? Старушка Рита выдумывает мне работу быстрее, чем я успеваю ее выполнять, а ведь у нас всего лишь квартира. Если бы у нас был отдельный дом с гаражом и лужайкой, она загоняла бы меня до смерти.
Эми-Кэрол это показалось очень смешным, и она хихикнула.
– Почему бы тебе не помочь маме и Рите?
Она гордо встала, теребя волосы.
– Я, видимо, присоединюсь к дамам, но она мне не мама. И, пожалуйста, не называй ее так. – Она упорхнула на кухню.
– В тот день, когда она, – Джейк показал рукой вслед убегавшей девочке, – выйдет замуж, я встану на колени и воздам хвалу Господу.
– Вот так плохо?
– Она доводит Кэлли до белого каления. Бедная женщина даже не представляла, во что вляпалась. Сколько бы любви она ни изливала на Эми, девчонка все делает по-своему. Она нарочно не слушается и делает все, чтобы злить Кэлли. А та никогда не срывается на крик, никогда не выказывает ей ничего, кроме любви. Боюсь, она сойдет с ума.
– Может, ей стоило бы разок выйти из себя.
– И я так думаю. А Кэлли уперлась и твердит, что ей не нужно от меня ни советов, ни помощи.
– Все они одинаковы, – подытожил Бабун, у которого теперь был большой опыт.
Эми вернулась через пять минут, прыгая от возбуждения на одной ноге.
– Можно сейчас запустить планер, чтобы я показала Рите? Она же летчица.
Бабун выкатил глаза:
– Да ну?
– Вы меня дразните. – Эми топнула ножкой.
– Ветер не тот, – заметил Джейк. – Нужен морской ветерок, а сейчас дует с суши.
– Дэвид говорит, при ветре с суши можно водить планер над домом. Ветер закручивается вокруг него.
– Мне это не приходило в голову. Ладно, сбегай к нему и спроси, не уделит ли он нам полчаса для консультации.
Когда Эми унеслась вприпрыжку, Джейк пояснил Бабуну:
– Тут рядом живет большой знаток авиации, который время от времени дает мне кое-какие советы.
Большой знаток, очевидно, был свободен. Он явился в майке с нарисованным грузовиком-людоедом и надписью «Чавк-чавк-авеню». Шнурки на ботинках развязаны, вихры торчат во все стороны, на лице обычная проказливая ухмылка. Он внимательно выслушал Джейка.
– Похоже, может получиться, кэп, – важно произнес он, искося поглядывая на Бабуна. – Правда, ваш самолет может запросто врезаться носом.
– Я рискну, если ты обещаешь починить.
– Кэлли! Рита! – восторженно завопила Эми. – Идемте, мы будем летать.
На переднем дворе Джейк под бдительным взором Дэвида подготовил планер к полету. Восемь резиновых лент крепили двухметровые крылья к фюзеляжу. Проверили и вставили батарейки, закрыли крышку, с помощью пульта привели в крайние положения механизмы управления. Эми следила за тем, как Джейк выполняет каждую операцию, а Дэвид объяснял Бабуну процедуру запуска. Через пять минут все было готово.
Бабун приставил лестницу со стороны гаража и, вскарабкавшись по крутому скату крыши, уселся на коньке с планером в руках.
– Здесь неплохой ветерок, – сообщил он собравшейся внизу толпе, к которой присоединились Кэлли и Рита.
– Ты только не свались оттуда, герой, – крикнула Рита, пока Бабун, послюнив палец, проверял направление ветра.
– Как видишь, дорогая женушка, я сейчас не надел крылья, – весело ответил Бабун, расставляя локти. – Как когда-то в старину, удивлю я всю страну! Полетаю над лесами, над домами и лугами, с колокольни ринусь вниз и возьму я главный приз, – декламировал он, принимая нарочито опасную позу, чуть ли не танцуя на коньке крыши с крепко зажатым в правой руке планером.
– Может, лучше сразу вызвать скорую помощь, – со смехом предложила Кэлли.