— Ой, да какая же вы толстая! — тактично воскликнула Кало. — Я с легкостью понесу вас. Вы же знаете, мы, пещерные совы, очень выносливы. К тому же, нас четверо. Будем меняться по дороге.
— Я тоже вас понесу, Октавия. Я непременно хочу вас нести! — поспешно выпалил Кори.
Корин медлил с ответом, задумчиво гладя на Кори. Да, брат Кало был очень молод, однако храбр и энергичен. Он мог справиться с трудностями. Он доказал это, когда добровольно отправился искать и спасать свою сестру в страшные времена владычества Стриги.
— Ладно, — решил король. — Ты можешь лететь с нами, Октавия. — Он помолчал, глядя в ее пустые глазницы. — Ты нам очень пригодишься. Мне не следовало ставить под сомнение твои знания Северных царств и существ, которые там живут. Прости меня.
Если бы Октавия не была слепа, она бы прослезилась. «Наш Корин — не просто благородный король, — растроганно подумала она. — Это чудесная сова! У него щедрый и добрый желудок».
Решено было начать подготовку к немедленному вылету. Если бы Корин в этот момент бросил взгляд в огонь, он увидел бы там нечто очень интересное. Ибо в маленьких язычках огня появились странные образы, похожие на трех сов с круглыми головами и радиально расходящимися лицевыми перьями, как у бородатых неясытей.
— Сир! — воскликнул вестовой, влетая в дупло, и Корин, уже собравшийся взглянуть на огонь, повернулся к нему. — Зашифрованное сообщение от Лучика!
Корин поспешно распечатал и перевел письмо. Уголь вынесен из дворца. Три совы, под номерами один, два и три, продвигаются разными маршрутами. До сих пор вражеские и подозрительные совы в окрестностях дворца замечены не были. Сова номер один проделала уже половину пути до цели. «Это Руби!» — сразу догадался Корин. Сова номер два преодолела четверть пути. «Это Венцель». Сова номер три на треть продвинулась вперед. «Фритта».
Корин скомкал письмо и бросил его в огонь. Послание было намеренно туманным, однако на этой стадии о конкретных результатах было еще рано говорить. Хорошо уже то, что уголь удалось забрать из дворца.
«Если бы его можно было бы уничтожить навечно! — подумал Корин. — Я знаю, что не смогу обрести покой до тех пор, пока моя связь с углем не будет разорвана. Но какая сила может разорвать ее?»
Глава XVII
Неожиданный воин
Отулисса и Клив летели через глубокий каньон, прорезавший скалы Ледяных когтей. «Где-то здесь, за этими ледяными стенами с венчающими их грозными шпилями, хранятся страшные яйца, в которых пульсирует жизнь… Глаукс упаси! Страшно даже думать об этом!» — одернула себя Отулисса.
Они до сих пор не знали, удалось ли совам-убийцам переправить сюда свои страшные сокровища. Отулисса и Клив тщательно прочесывали местность, ища любой след, малейшее указание на то, где следует искать тайное укрытие. Но пока все их поиски были тщетны. Те, кто ухаживали за яйцами (а Отулисса уже не сомневалась в том, что за этим стоят Нира и Стрига), явно предпочитали оставаться незамеченными. Отулисса понимала, что у врагов было достаточно времени, чтобы долететь до Ледяного дворца и затеряться в лабиринте трещин, каналов и изгибов, глубоко врезавшихся в скалы, образовывая уютные пещерки, идеальные для устройства ледяных гнезд. «Идеальные гнезда для выведения птенчиков хагсмаров!» Отулисса едва не прыснула от этой мысли. Само выражение «птенчик хагсмара» казалось ей извращением.
Сбылись самые страшные страхи Отулиссы — в хуульский мир прибыла не одна синяя сова, а несколько. Возможно, целая шайка. Каким-то образом они ухитрились найти выход из дворца Панцю. Но, рассуждая логически, что в этом удивительного? Если Стрига сумел избавиться от целого шлейфа роскошных перьев, то почему этого не могут сделать другие? Как ни крути, а Стрига был очень сильной, харизматической совой. Не зря же ему в свое время удалось так быстро объединить вокруг себя множество недовольных хуульских сов! Нет ничего невозможного в том, что он сумел оказать такое же воздействие на своих сородичей. Нет, эту сову ни в коем случае нельзя недооценивать.
В следующий миг синяя тень упала на белые стены ледяного каньона.
— Снижаемся! — прошипел Клив, и они с Отулиссой нырнули к самой поверхности воды, узкой зеленой лентой врезавшейся в лед со стороны моря Вечной зимы. Отулисса запрокинула голову. Четыре огромных совы с оперением всех оттенков синего — кобальтового, сапфирового, лазурного и цвета ночного неба — кружили в небе, глядя на незваных гостей пронзительными желтыми глазами. «Они над нами! У них преимущество высоты!» — сообразила Отулисса. Но, присмотревшись повнимательнее, она поняла, что все четверо сов были вооружены боевыми когтями. Итак, они были свирепы, готовы к бою и вооружены! Однако совы почему-то не бросились преследовать Отулиссу и Клива. Вместо того чтобы броситься вниз, синие совы выстроились над головами своих противников, отрезая им путь к свободному небу. Судя по всему, они собирались заставить их отступать вдоль узкого канала во льдах. Канал опасно петлял и изгибался. «В любой момент он может стать еще уже, и тогда они…» — но Отулиссе не хотелось даже думать о том, что смогут сделать враги в этом случае. Нужно было думать не о «тогда», а о «сейчас». Кто знает, что ждет их на другом конце каньона? Может быть, выход с той стороны блокирован еще более многочисленным отрядом драконовых сов? В любом случае они с Кливом могут залететь в слишком узкое пространство, в котором нельзя будет развернуться и вернуться туда, откуда они прилетели. И все-таки, почему эти совы не спускаются, чтобы добраться до них? Это противоречило основам военного искусства! Отулисса отстегнула свои боевые когти. Новая модель — двойные выкидные, их еще иногда называли «измельчители желудков».
— Да уж, бывают ситуации, когда всерьез позавидуешь тупикам, — пробормотал Клив. — Они хоть под водой умеют плавать!
«Бывают ситуации, когда хорошо иметь боевые когти! — с ожесточением подумала Отулисса. Но ее Клив был убежденным мирным желудком. Он отрицал войну. — Идиот!»
— Смотри, Отулисса! Чем ниже мы спускаемся, тем выше они поднимаются. Ты заметила? Продолжай делать так, как делаешь!
— Как я делаю? — сердито огрызнулась Отулисса, все еще взбешенная тем, что Клив оказался безоружным перед лицом врага.
— Так, как сейчас! Хвостом! — прокричал Клив. Они с Отулиссой скользили так низко над каналом, что их кроющие перья царапали воду, поднимая целый шлейф брызг. — Они не хотят спускаться сюда, Отулисса. Они боятся!
— Чего, интересно? Твоих боевых когтей? — едко спросила Отулисса.
— Да нет же, Отулисса! Они боятся воды. И не хотят подлетать к ней.
И тут Отулисса наконец начала понимать. Синие совы, как и хагсмары, испытывали инстинктивный ужас перед соленой водой. В следующий миг ей показалось, будто из каньонов вдруг выжали весь воздух. Она пошатнулась на лету и увидела, как Клив стремительно взмыл вверх.
«Ой, снегопад начался, — растерянно подумала Отулисса. — Но почему это снегопад из синих перьев?»
Глава XVIII
Рассеянная сова
А в это самое время высоко-высоко в небе, в самой толще слоистых облаков, пронизанных ледяными кристаллами, Сорен внимательно прислушивался к полету Венцеля, мчавшегося в двухстах футах внизу.
— Эта безумная сова опять отвлеклась! — сердито процедил Сорен, обращаясь к Гильфи, летевшей под его левым крылом.
— Ты уверен? — спросила Гильфи, прекрасно понимая, насколько глупо звучит этот вопрос. За долгие годы их дружбы она должна была бы усвоить, что Сорен всегда абсолютно уверен во всем, что слышит.
— Художник! — процедил Сорен.
— Слишком развитое воображение, — тактично поправила Гильфи.
Они оба были совершенно правы. Чувствительный, талантливый и смелый Венцель сбился с курса почти на четверть лиги. Сорену не нужно было видеть гонца, чтобы понять, что его сносит на юго-восток. Казалось, он слышал даже невысказанные мысли, крутившиеся в творческом мозгу Венцеля, пуская вскачь его желудок. «Клянусь маховыми перьями, он ломает голову над тем, не в его ли тубусе лежит уголь Хуула!» — вздохнул Сорен. Слава Глауксу, нижний слой облака уже начал стремительно редеть. Скоро Сорен сможет вылететь из тучи, спикировать на Венцеля и как следует встряхнуть его, чтобы напомнить о задании!