– Нет проблем, – заявил Роман, не обращая внимания на мои переживания и смущенные взгляды коллег. Он сел на стул и посадил меня на колени. – Мы поделимся.
Энди сходил в бар и принес пиво всем, кроме Сета, который воздерживался не только от кофеина, но и от алкоголя. Мы с Романом рассказали, где были, и назвали сальсу последним писком моды, после чего коллеги потребовали, чтобы я начала второй курс уроков танцев.
Вскоре на сцену вышла группа Дага, и мы дружно захлопали в ладоши, приветствуя превращение Дага – заместителя заведующего – в Дага – солиста группы «Ночной прием». Пиво лилось рекой. Ничего хуже придумать было нельзя, но я уже не могла остановиться. Кроме того, у меня появилось множество других забот. Например, избегать взгляда молчаливого Сета. Смаковать близость тела Романа, прикосновение его груди к моей спине и его рук к моей талии. Его подбородок лежал на моем плече, что позволяло ему шептать мне на ухо и время от времени проводить губами по моей шее. Выпуклость под моими бедрами свидетельствовала, что эта поза доставляла удовольствие не только мне.
Во время антракта к нам подошел потный и возбужденный Даг. Увидев меня на коленях у Романа, он сказал:
– Кинкейд, ты слишком вырядилась. – А потом подумал и добавил: – Или наоборот. Трудно сказать.
– На себя посмотри, – огрызнулась я, допивая вторую бутылку пива.
Или третью?
На Даге красовались красные виниловые брюки в обтяжку, солдатские ботинки и длинный пиджак из фиолетового бархата, оставлявший грудь обнаженной. На его голове косо сидел рваный цилиндр.
– Крошка, я принимаю участие в представлении.
– Я тоже, крошка.
Кое-кто из присутствующих хихикнул, Даг неодобрительно посмотрел на меня, но ничего не сказал и стал обсуждать с Бет количество публики, пришедшей на концерт.
Я достигла такого состояния, что собственные ощущения стали для меня главным, так иногда бывает при сильном опьянении. Голоса и звуки, раздававшиеся вокруг, превратились в какофонию, лица и цвета слились в сплошное туманное пятно. Я чувствовала только Романа. Каждый мой нерв ныл, мне хотелось, чтобы руки, лежавшие на моем животе, скользнули вверх и стиснули мои груди. Я чувствовала, как затвердели соски под тонкой тканью, и мечтала повернуться и оказаться к нему лицом.
– Туалет! – вдруг воскликнула я и неуклюже слезла с Романа. Моему мочевому пузырю оставалось только поражаться. Еще минуту назад было терпимо, а теперь… – Где здесь туалет?
Коллеги странно посмотрели на меня. Впрочем, может, мне показалось.
– Вон там, – кивнула Кейси. Она была совсем рядом, но ее голос доносился откуда-то издалека. – Ты в порядке?
– Да. – Я поправила спустившуюся бретельку. – Просто мне нужно воспользоваться туалетом. – «И оказаться подальше от Романа», – мысленно добавила я, – чтобы прийти в себя. Конечно, если такой подвиг мне еще по силам».
Роман сделал неловкую попытку подняться, хотя был пьян не меньше.
– Я провожу тебя…
– Я сам это сделаю, – быстро вмешался Даг. – Мне все равно по дороге. Пора начинать второе отделение.
Он взял меня за руку и повел через толпу к менее забитому коридору. Заметив, что я слегка спотыкаюсь, Даг замедлил шаг и помог мне.
– Сколько ты выпила?
– До концерта или уже здесь?
– Черт побери, тебя совсем развезло.
– А ты против?
– Ничуть. Как, по-твоему, чем я сам занимаюсь в свободные вечера?
Мы остановились у дамского туалета.
– Держу пари, Сет думает, что я пьяница.
– С какой стати?
– Ты хоть раз видел, чтобы он что-то пил? Чертов святоша. Ни кофеина, ни алкоголя. Дерьмо…
Темные глаза Дага блеснули. Мой лексикон его удивил.
– Знаешь, не все непьющие презирают пьющих. Кроме того, Сет беспокоит меня меньше, чем мистер Рукастый.
Я вытаращила глаза.
– Ты имеешь в виду Романа?
– Ты долго отказывалась ходить на свидания, а теперь чуть ли не залезаешь на него на глазах у всех.
– Ну и что? – с жаром ответила я. – По-твоему, я не имею права с кем-то встречаться? Не имею права делать то, что мне хочется, а не то, что нужно? – Мои слова прозвучали более горько и громко, чем следовало.
– Имеешь, имеешь, – успокоил меня Даг, – но сегодня ты не в себе. Если забудешь об осторожности, то наделаешь глупостей, о которых потом пожалеешь. Попроси Кейси или Бет отвезти тебя домой…
– Ну, ты и тип! – Я знала, что несу чушь, знала, что могу положиться на рассудительность Дага, но уже не могла остановиться. – Ты пытаешься вмешиваться и защищать мое целомудрие только потому, что я не встречаюсь с тобой и предпочитаю спать с Уорреном и другими. Если не мне, то никому, верно?
Даг побледнел. Люди уставились на нас.
– О господи, Джорджина, ты…
– Ханжа долбанный! – крикнула я. – Ты не имеешь права указывать мне! Никакого права, твою мать!
– Я не…
Я не дослушала, что он хотел сказать. Развернулась и влетела в дамский туалет – единственное место, куда можно было сбежать от этих проклятых мужиков. Закончив свои дела, я пошла мыть руки и посмотрела на свое отражение в зеркале. Меня что, действительно развезло? Щеки разрумянились, из прически выбилось несколько локонов, лоб покрылся испариной. Ничего страшного. Бывало и хуже.
Я не торопилась выходить из туалета, боясь, что у дверей ждет Даг. Говорить с ним мне не хотелось. Тут вошла женщина с зажженной сигаретой. Я стрельнула у нее одну, закурила и забилась в угол, чтобы скоротать время. Когда снова раздались звуки музыки, я поняла, что больше мне ничто не грозит.
Я вышла из туалета и тут же налетела на Романа.
– Ты в порядке? – поддержав меня за талию, спросил он. – Когда ты не вернулась, я начал волноваться.
– Да… в порядке… э-э… нет… Не знаю, – вцепившись в него, призналась я. – Не знаю, что происходит. Я чувствую себя как-то странно.
– Все о'кей, – заверил он, поглаживая меня по спине. – Все будет хорошо. Ты хочешь уйти?
– Не знаю… – Я слегка отстранилась, посмотрела в его сине-зеленые глаза, утонула в их глубине, и мне стало наплевать на все.
Я не знала, кто начал первым – это мог быть любой из нас, – но мы стали целоваться прямо в коридоре. Объятия становились все крепче. Алкоголь усиливал желание, но притуплял ощущение поглощения энергии. Должно быть, это все же происходило, потому что внезапно Роман резко отстранился и с ужасом посмотрел на меня.
– Странно… – Он провел ладонью по лбу. – Я почувствовал… У меня вдруг закружилась голова. – Он немного помедлил, а затем снова привлек меня к себе.
Так же, как поступали и все остальные. До них никогда не доходило, что это дело моих рук. Я причиняла им вред, но им было этого мало.
Эта крошечная пауза позволила мне на мгновение развеять пьяный дурман и собрать остатки здравого смысла. Что я делаю? Что себе позволяю? Каждая встреча с Романом заставляла меня выходить за рамки дозволенного. Сначала я сказала, что мы не будем встречаться. Потом согласилась встречаться время от времени. Сегодня вечером поклялась, что не буду пить, а сейчас еле стою на ногах. Целуюсь, нарушая собственное табу. И все это ведет к неизбежному…
Я представила себе, что с нами случится после секса. Роман лежит бледный и измученный, лишенный жизненной силы. Окутывающая меня энергия потрескивает, как электрический ток, а он с недоумением смотрит на меня, не догадываясь, что произошло. Это обойдется ему в несколько лет жизни. Все будет зависеть от того, сколько энергии я украду у него. Не для кого ни секрет, что некоторые небрежные суккубы даже убивали своих жертв, слишком быстро выпивая из них жизнь.
– Нет… нет… не надо.
Я оттолкнула Романа, не желая, чтобы осуществилось то, что рисовало мое воображение, но он не отпускал меня. Внезапно за его плечом я увидела идущего по коридору Сета. Заметив нас, он остановился, однако я была слишком занята, чтобы обратить на это внимание.
Я собралась уже снова поцеловать Романа, увести его туда, где мы окажемся наедине, разденемся и я смогу сделать с ним все, о чем мечтала. Еще один поцелуй… всего один, и я бы не смогла остановиться. Я слишком хотела этого. Хотела быть с тем, кого желала сама. Впервые за долгие годы.