В отношениях любовников наступил «период отлива». Нет, последние, решающие слова еще не были сказаны, но они разъехались на некоторое время. Любовь Александровна отправилась к себе на родину — в Чернигов, Блок уехал в Шахматово. Они посылали друг другу редкие письма, понимая, что прошлого уже не вернуть. Поэт был благодарен своей возлюбленной за краткий миг счастья, подаренный ему. Решив, что все закончилось, Блок вернулся к жене.
Дельмас пережила разрыв с улыбкой. В силу своего характера она сохранила к поэту дружеские чувства. Иногда они встречались, иногда певица отправляла ему корзину роз, заботилась о нем, пытаясь как-то поддержать. Но Блок, неумолимо приближавшийся к своей гибели, без энтузиазма принимал знаки ее внимания. Последние годы его жизни они практически не виделись. Иногда поэт проходил мимо ее дома, с тоской глядел в заветное окно.
Добровольно отказавшись от счастья, Блок жалел об этом до самого последнего дня. Он умер в 1921 г. Дельмас пережила его почти на полвека. А от их любви остались лишь прекрасные строки:
Дитрих Марлен
![50 знаменитых любовниц i_011.jpg](https://litlife.club/books/157991/read/images/i_011.jpg)
Настоящее имя — Мария Магдалена фон Лош (род. в 1901 г. — ум в 1992 г.)
Известная немецкая киноактриса, ставшая легендой и идолом киноэкрана. Автор книги «Азбука моей жизни»
(1963 г.) и мемуаров «Размышления» и «Возьми жизнь мою». Всю жизнь она состояла в законном браке, но отдавала предпочтение любовным отношениям с талантливыми, интеллектуальными мужчинами.
Если лунной ночью поднять глаза к небу, то можно погрузиться в нескончаемое звездное море. Его красота завораживает и притягивает. Астрономы упорно прослеживают зарождение, небольшой участок пути или смерть каждой звезды. Говорят, что когда звезда умирает, она прекращает пульсировать, но ровный свет летит сквозь космическую бездну еще тысячи лет. Астрологам звезды сообщают по секрету о невидимой, сокровенной сути личности. Особенно всем интересно, что же осталось «за кадром» в биографии какой-либо земной экранной звезды, что послужило причиной ее вспышки и неугасающей славы.
Астролог Феликс Величко, составив гороскоп Великой Марлен, сразу же заметил, что настоящую Дитрих не знал никто. «Очень скрытный, сдержанный человек, в тихом омуте которого водятся черти. Скорее всего, имя и фамилия у нее вымышленные, и родилась она, вероятно, в дворянской семье… У нее чувства были подчинены рассудку. В душу свою она вряд ли кого-то пускала — это типичный одинокий путник на дороге жизни, которая, чем ближе к концу, тем ухабистее. Подсознание актрисы — это кипящий ад, причиняющий ей много страданий, начиная с разрыва с семьей и кончая одиночеством наедине с депрессивным состоянием… Марлен Дитрих сильно влекло к мужчинам, хотя бы для того, чтобы показать свою власть над ними… и наказать за дерзость. Люди с сильной Черной Луной в гороскопе, при всей их талантливости, обычно проживают трагическую жизнь. Но, к счастью, именно в творчестве могла приоткрыться плотно закрытая заслонка ее души…»
Актриса в своих сердечных и, на первый взгляд, искренних мемуарах поведала миру о том, что посчитала нужным, чтобы ее неувядаемый образ не потускнел. «Мое настоящее имя Марлен Дитрих. Это не псевдоним, как все утверждают. Спросите любую мою школьную подругу, она подтвердит вам это!» На самом же деле вторую дочь родовитого высокопоставленного военного звали Мария Магдалена фон Лош. Она родилась 27 декабря 1901 г. в маленьком городке неподалеку от Берлина. Имя Марлен девочка придумала себе в 13 лет, соединив вместе два настоящих, а сценическая фамилия Б^псИ («отмычка» — нем.) обозначает ключ, открывающий старые замки. Детство Марлен прошло в прекрасном доме на Линденштрассе, рядом с богатым ювелирным магазином «Конрад Фельсинг», принадлежавшим по наследству ее матери Жозефине. Отец (он погиб в Первую мировую войну) и два отчима в воспитании девочки участия не принимали, всем занималась мать. Как достойная представительница немецкой аристократии, она без особой нежности и теплоты, но с исключительным вниманием следила, чтобы дочь следовала ее строгим и ясным жизненным принципам: чувству долга, любви к любому делу, верности и контролю над своими чувствами. Мать стала для Марлен образцом стойкости, а бабушка — эталоном вкуса, элегантности и очарования.
Семья ни в чем не нуждалась, и девочка получила прекрасное гуманитарное образование: хорошо знала и любила французский и английский языки и литературу, увлекалась поэзией и философией, занималась гимнастикой и, особенно серьезно, музыкой. Она часами играла на рояле и лютне, педагоги пансиона-интерната в Веймаре и профессор Флеш из музыкальной академии считали, что будущее Марлен — это скрипка. Однако музыкальное образование пришлось прервать из-за серьезного воспаления сухожилий руки. Это стало первым ударом в жизни, крушением юношеских надежд. Она перенесла его стойко, не раскисла и решила попробовать свои силы в известной театральной «Рейнхардт-школе». Актриса из Марлен получилась на редкость заурядная. «В течение одного вечера я могла играть служанку в первом театре, затем автобусом или трамваем добиралась до второго театра, в спектакле которого играла одну из амазонок, в третьем театре, например, играла роль проститутки». На грим уходило больше времени, чем на исполнение роли. Но девиз матери: «Не расслабляйся, делай что-нибудь!» — не позволял Марлен упасть духом.
Для поисков собственного стиля и места в жизни времени у Дитрих было предостаточно, тем более что в театре она играла не ради куска хлеба. Марлен все было интересно испытать. Первые съемки в кино, первая любовь. Помощник режиссера в фильме «Трагедия любви» Рудольф Зибер был «высоким, красивым, белокурым и умным». Несмотря на протесты матери, спустя год после помолвки они поженились (1924 г.) и вскоре радовались рождению дочери Марии.
Марлен вернулась к работе в театрах, кино и выступлениям в кабаре и ночных клубах. В 1926 г. она выступала в ревю «Из уст в уста» с Клэр Вальдорф, которая ввела Дитрих в загадочный мир бисексуалов и научила ее небрежной и упрямо-нагловатой манере поведения на публике. Вместе с элегантной француженкой Марго Лион она исполняла развлекательно-лесбийский дуэт в ревю «Носится в воздухе». Презрев нормы аристократического поведения, Дитрих в коротком нижнем белье смело фотографировалась для рекламы у известного фотографа М. Бадикова.
Марлен прекрасно осознавала, что как актриса она была «полным нулем», но на одном из спектаклей своей неуловимой эротичностью привлекла внимание знаменитого американского режиссера Джозефа фон Штернберга, снимавшего в Берлине первый звуковой фильм. Он стал для Дитрих Пигмалионом, вылепившим и оживившим неповторимый экранный образ, с боем утвердив ее на роль Лолы, певички из портового кабака, в фильме «Голубой ангел». «О нет, — утверждал режиссер, — я не открыл Дитрих, я только учитель, взявший на роль прекрасную женщину, усиливший ее шарм, маскирующий ее недостатки и в результате выкристаллизовавший подлинный образ Афродиты».
Марлен беспрекословно следовала каждому его повелению: вырвала коренные зубы, чтобы на фоне широких скул образовались впадины щек, села на голодную диету, не говоря уже о таких «мелочах», как форма бровей. Лицо с «самыми голубыми в мире немецкими глазами» получило то скульптурное очертание и ореол загадочности, которые так притягивали зрителей. «Ренуар кинематографа» (так называли Штернберга коллеги) научил Марлен красоте порока, красоте искусственного мира, он окутал ее покрывалами из газа и заставил смотреть на мир сквозь полуприкрытые веки. Она вызывающе глядела в камеру, в то время как остальные три были направлены на ее ноги — единственное, что осталось из ее родовой «конюшни». Теперь Марлен даже не приходилось играть: она стала «женщиной в стиле Рубенса, крепкой, жизнеутверждающейся, полной секса, о которой мечтали все нормальные мужчины». Ее кинообраз был обречен на успех, но он стал неотделим от Дитрих и в жизни.