- Во-первых, Виктор Леонидович, соболезную. Мне искренне жаль вашего сына. Мы немного повздорили на "вертолетке", но это было чистое недоразумение. Я не держал на него зла, как, надеюсь, и он на меня.
- Спасибо, - серьезно кивнул в ответ Седой, - убийцы не уйдут от ответа.
- Как, - удивился я, - он же один.
- Есть большие подозрения о целом сговоре за моей спиной, но это мои, личные проблемы, - пахнет паранойей, придется усилить нажим - вы от... - нахмурился, вспоминая.
- Во-вторых, я из Москвы от Глеба... - замолчал, ожидая реакции.
- Подождите, вы же с Паровозом... - сказал он недоуменно, - я с Вердерскими работаю.
Он расскажет мне все, сам того не заметив, даже то, что забыл. Но мне большего не надо, только имя скупщика.
Я не зря три дня безвылазно сидел в интернете. Прочел все статьи и блоги о незаконном обороте драгметаллов, нашел несколько московских группировок, занимающихся золотом с каналом поставки из восточной сибири. Несколько раз мелькала Кутинская обогатительная фабрика в сочетании с Глебом - Пашей Глебовским, Вердером - Гиви Вердалиани и небезызвестными Солнцевскими. Эти мелькали везде, во всех видах деятельности. Сведения являлись непроверенными слухами, скорее чистой воды сплетнями. Ни одного факта. Сайты, на которых размещались статьи, тоже не внушали доверия, но я спешил и решил рискнуть.
Можно было зайти к Седому, вовсе не подготовившись, но не факт, что он сможет выполнить мои пожелания после моего ухода. К тому же он не один и если начнет в своем окружении городить явную чушь - все сорвется.
- Как раз о Паровозике и пойдет речь. Я не зря лег в реанимацию и симулировал потерю памяти, я специально поселился у бывшей жены Славика, я наблюдал и слушал.
Взял значительную паузу. Седой буквально смотрел мне в рот, веря каждому слову.
- Славик - приближенный Паровоза, он много знает и ничего не скрывал от любимой жены. Наши подозрения подтвердились, Паровоз хочет нас кинуть. Он и раньше мутил, но мы закрывали глаза, теперь точка. Глеб очень не любит, когда его кидают, поэтому старается решить проблему заранее. И вот я здесь. Вы хотите спросить: зачем я все это вам рассказываю?
Седой кивнул.
- Дело в том, что у нас большие планы. Мы получили прямой выход на биржу с полной легализацией. Представляете, что это значит? - снова кивок, - объемы представляете? - глаза Седого сверкнули алчностью.
- Нам нужна вся фабрика, весь неучтенный металл. И вы. Вопросы.
Седой откинулся на спинку и через секунду снова нагнулся к столу:
- Э-э-э...
- Называйте меня Егором.
- Послушайте, Егор, я все понимаю, но я работаю с Вердером, и меня это устраивает...
- Устраивает? Ой, ли. Эти национальные банды непредсказуемы. А почем он товар берет? Я уполномочен предложить половину биржевой цены, - снова алчность в глазах, - и будем покупать в любых количествах, - Седой задышал возбужденно.
- Но это получается, что я их кину... - сказал с хрипотцой от волнения.
- Это у него натуральная жадность, я ни при чем! - удивленно пояснила Фиона.
- Пусть вас это не волнует, мы разберемся с Гиви. На вас Паровозик и его товар. Решать надо немедленно.
Седой снова откинулся на спинку кресла, но расслабиться не мог. Сейчас воздействие Фионы минимальное, пусть сам сообразит, так вернее.
- Я не могу так сразу. Предложение очень заманчивое. Я верю, что вы решите проблему Вердера, но Паровозик... это война, он вор в законе.
- Глеб не вор и не собирается покупать это звание. Причем здесь понятия? Это многомиллионный бизнес, давайте думать как бизнесмены. Воры в законе - анахронизм. Согласны?
- Я тоже так думаю, но пока... как вы себе это представляете?
- То есть в целом вы согласны?
- Да, - решительно произнес он после секундной паузы.
- Я представляю дело так. Лично сам Паровоз нам безразличен. Будет жить - хорошо, не будет - еще лучше, - Фиона чуть усилила внушение, - сразу с крови начинать не стоит, попробуйте договориться. Пообещайте ему большую долю, он не знает о новой цене. Еще раз повторю: с ним лично мы не хотим иметь дел, весь металл должен пойти только через вас.
- Договориться! Не раз пробовал, бесполезно!
- А вы еще попробуйте, порядок цен вы теперь представляете. Пока он работает с нами, но хочет соскочить на сторону. Это непростительно. Не переживайте, когда Сема завернет ласты, это случится не в вашем районе.
Седой давно царапал ногтем подлокотник и вдруг перестал.
- Хорошо, я попробую договориться. А если не получится?
- Тогда мы с вами встретимся снова и обсудим дальнейшие действия. Я сам позвоню вам, скажите ваш личный телефон.
Он на память продиктовал номер сотового и доверительно вздохнул:
- У Паровоза все по старинке, никак не привыкнет нормально общаться, как деловой человек. Что ни разговор, так обязательно стрелка, терки. Тьфу.
- Что делать, Виктор Леонидович, пока такие типы в силе, - я огорченно вздохнул, - где обычно стрелку забивает?
- За городом, за заброшенным судоремонтным. Эх, такой завод развалили! Я начинал на нем...
- Потом поговорим на эту тему, а пока слушайте сюда, - Фиона резко усилила воздействие, - стрелку забивайте на послезавтра. Обещайте Паровозу все, что угодно главное, чтобы он согласился встретиться именно послезавтра, в воскресенье. Обо мне никому ни слова, о Глебе не заикаться, с Вердером не общаться. Если вам скажут, что меня видели по пути на дачу в день убийства Толика, пропустите эти слова мимо ушей, забудьте о них, но остальным скажите: "Сейчас есть дела поважнее, а та гнида, или как вы обычно говорите, подождет, никуда не денется".
Я немного перевел дух и продолжил.
- Через пять минут после моего ухода, начинайте прием. Охранникам и Верочке прикажите обо мне не болтать. Все, я пошел.
В дверях я сам шепнул секьюрити и Верочке, чтоб не болтали. Так надежней. Поредевшая очередь проводила меня негромким ворчанием. Охрана на выходе обо мне забыла. Я целый час у Седого просидел! Ничего, пусть поработает допоздна, а вы, люди, простите меня великодушно.
Теперь мозг Седого сам переработает все нестыковки и неувязки, выдаст своим соратникам только явную выгоду от предложения таинственной организации. Срочность со стрелкой объяснит спешкой нового покупателя, убедит в безнаказанности кидалова старого партнера. С ним согласятся. По словам Сергея, он своих в кулаке держит. Кроме сына, которого совсем разбаловал вот и поплатился.
Дело за Паровозом. Тот более "либеральный", делает вид, что прислушивается к советам. На этом и попробуем сыграть.
Сергей высадил меня за крутым поворотом на полпути к местной "рублевке". Народ так называл местный коттеджный поселок "Речной" на красивой излучине реки Куты. Скоро по дороге должен проехать Славик, Сергей целый день его пас.
Смеркалось. Звонок от Сергея:
- Один в машине, через пять минут появится из-за поворота. Готовься. Конец связи.
Проверил свободным сознанием - все верно и других машин в моем направлении... пропустил одну, больше нет. Вышел на трассу.
День у Славика выдался просто великолепный! Рука не болела, кисть работала, солнце разогнало тоскливые облака, красота! Скоро и на перевязки не надо будет ездить, раны заживали, как на собаке и главное колдун две ночи не снится, чтоб он провалился с этой паскудой Зинкой, чем не жизнь! А до этого и водка не спасала. Но главное, появился свет в конце тоннеля: скоро он отомстит, скоро!
Папа - Паровозик, улыбаясь, дал добро на отстрел этих любовничков, ребят разрешил привлечь. Какого стыда это стоило, но Славик решился. Теперь братва посмеивалась за спиной, а плевать! С колдуном он один не справится, духу не хватит. Какими бы ни был он гордым, как ни боялся оказаться посмешищем, Славик перешагнул через себя. Жажда мщения росла с каждым днем, буквально выворачивала наизнанку.