– Вы слишком категоричны!
– Вы попросили совета, и я искренне ответила Вам.
Танец кончился, и Роджер, смущенный и задумчивый, поблагодарил мисс Брайерли и ушел в другую комнату.
…Время близилось к полуночи, тут и там еще кружились в танце пары, но уже чувствовалась усталость и неторопливые приготовления к отъезду. Жюстина села в кресло возле леди Данмор, чтобы немножко отдохнуть перед дорогой. Матрона выглядела не лучше, чем всегда, – в облегающем цвета ржавчины ситцевом платье с башней-тюрбаном на голове.
– Этот мистер Роджер плохо кончит, попомните мои слова, – громогласно обратилась леди к девушке.
– Совершенно с Вами согласна, если, конечно, не изменит образ жизни, – поддержала разговор мисс Брайерли, обмахиваясь веером.
– Говорят, Нора после родов стала просто красавицей? Я постараюсь навестить ее в ближайшее время. Так хочется увидеть малышку Диану. А Вы еще долго собираетесь гостить в наших краях?
– Думаю, что нет, – ответила Жюстина и почувствовала вдруг смертельную тоску от того, что скоро расстанется с сестрой и гостеприимным домом Алленсонов.
– А правда, что лорд Левингтон целый сезон в Лондоне добивался Вашего расположения и сейчас в Олдхэвене не оставляет своих попыток?
– Не стоит слушать досужие сплетни, леди Данмор, – разозлилась не на шутку мисс Брайерли. – Я никогда и ничего не испытывала к этому человеку и тем более своим поведением не давала ему повода…
– Мне кажется, что Вы совершили ошибку, не воспользовавшись его вниманием к себе. Он – прекрасная партия, и все мамаши в Англии мечтают заполучить лорда Левингтона в зятья. Жюстина нервно замахала веером. Ей меньше всего хотелось говорить о Дамиане с этой крикливой женщиной, но не было повода встать и покинуть ее.
– Думаю, старания мамаш – тщетны. Лорд Левингтон, по-моему, не собирается жениться, иначе сделал бы это давно…
– По всей видимости, Вы правы. Он еще не насытился свободой. Кстати, – леди Данмор засмеялась и показала веером на дверь, – а вот и он, легок на помине!
Жюстина оцепенела, словно пораженная громом, сердце замерло в груди. Она боялась повернуть голову и посмотреть на вошедшего лорда.
– Я думала, он уехал по делам в Лондон, – проговорила она заплетающимся языком. Леди Данмор усмехнулась и повернулась к сидящей с другой стороны даме. Девушка оглянулась вокруг, словно в поисках пути к бегству. Она видела краешком глаза, что Чэрити и ее отец о чем-то мило беседуют с Дамианом. Жюстина молилась, чтобы силы не оставили ее, чтобы не выдать своего волнения, вновь овладевшего всем ее существом. «Это судьба или злой рок? Сколько можно терзаться? Я устала от этого постоянного напряжения, хотя иногда мне казалось, что я в состоянии забыть этого человека! И все напрасно!»
– Посмотри, кто к нам пожаловал! – голос Чэрити вывел Жюстину из оцепенения. Она подняла голову и посмотрела на подругу.
– А мне показалось, что ты не приглашала лорда Левингтона, – сказала мисс Брайерли холодно.
– Вы, кажется, не очень рады нашей встрече? – проговорил Дамиан жестко и, повернувшись к пожилым дамам, галантно раскланялся с ними.
– Обожаю такие сюрпризы! – Чэрити посмотрела на подругу с лукавой улыбкой.
Вновь заиграла музыка, и Роджер увлек Чэрити танцевать, оставив Жюстину в обществе Дамиана. Девушка внутренне напряглась, готовая защищаться от любых попыток лорда заглянуть ей в душу.
– Не понимаю, почему Вы не танцуете под такую приятную музыку? В вашем возрасте грешно пропустить хоть один танец, – Дамиан протянул ей руку. – Могу ли я пригласить Вас на вальс?
«Отказать лорду – значит дать повод для домыслов и сплетен этим старым кликушам», – подумала мисс Брайерли с неприязнью, принимая приглашение.
– Почему Вы так печальны, Жюстина? – спросил Дамиан, увлекая девушку в танце.
– Я пытаюсь сообразить, чем Вы собираетесь досадить мне на этот раз. У Вас поразительная способность выводить меня из душевного равновесия.
– Мне много надо Вам сказать, мисс Брайерли, поэтому я стараюсь использовать любую возможность…
Дамиан легко и умело кружил девушку, и она не чувствовала веса собственного тела, словно в свободном полете. Первый раз за весь вечер Жюстина получила от танца такое удовольствие.
– А мы – прекрасная пара, и мне хотелось бы надеяться, что не только в танце…
– Напротив, и тому доказательство – наши постоянные ссоры.
– В жизни не бывает все гладко, и наши размолвки делают ее, по-моему, еще интереснее. Иначе мы давно бы наскучили друг другу!
– Я устала от постоянных споров с Вами, Дамиан. Избавьте меня от них!
– А я полагаю, что в Вас не угас интерес ко всякого рода риску и острым ощущениям, иначе Вы бы давно уехали из Мильверли к себе домой…
Жюстина промолчала. Ей действительно надоело без конца пререкаться и пикироваться с этим человеком. Усталость давала о себе знать, хотелось уйти, уехать, отдохнуть… Дамиан удивленно посмотрел на девушку.
– У Вас кончились отравленные стрелы, мисс Брайерли?
– Лорд Левингтон, давайте прекратим эту словесную дуэль, и как только кончится танец, разойдемся в разные стороны!
Теперь замолчал Дамиан. Он снова был удручен неприступностью Жюстины, ее упорством и сопротивлением всем его попыткам приблизиться к ней.
Танец кончился, но лорд твердо взял мисс Брайерли за руку и повел мимо компании вдов и мамаш на террасу. Здесь уже прогуливалось несколько пар, и Жюстина вздохнула с облегчением – в присутствии посторонних он не позволит себе никаких вольностей.
Они медленно прохаживались по каменным плитам террасы. Дамиан крепко держал Жюстину за локоть, будто опасаясь, что девушка вывернется и убежит. Но мисс Брайерли была удивительно спокойна и даже наслаждалась прохладой и тишиной вечера. И общество Дамиана не угнетало ее сейчас.
– Я порвал свои отношения с той женщиной, которую Вы видели возле «Счастья рыбака», и не собираюсь заводить никаких других романов, – прервал молчание лорд Левингтон. Сердце девушки радостно забилось.
– А зачем Вы мне говорите об этом?
Дамиан резко остановился, повернул девушку лицом к себе и прижал к перилам террасы, заставляя ее сесть.
– Вы хотели доказательства того, что я переменился? Вот одно из них! – в его голосе слышалась решимость.
– Может быть, эта женщина просто очень досадила чем-нибудь вашей тетушке? – Жюстина не нашлась, как еще опровергнуть его слова.
– Моя тетушка даже не знала о существовании этой женщины.
– Это Вы так думаете. Слухи в ваших краях распространяются со скоростью света и давно уж достигли ушей миссис Траубридж! Ваши слуги наверняка позаботились об этом.
– Я отказался от аренды комнат в Сент-Джеймсе и намерен поселиться в Лондоне. У нас будет уютный семейный дом в Мэйфэйре.
– И Вы для этого ездили в столицу?
– И для этого – тоже. – Дамиан печально вздохнул. – Я не знаю, чем еще доказать Вам, что у меня самые серьезные намерения, что я покончил со своим прошлым. Остается только вырвать из груди сердце и бросить его к Вашим ногам!
Жюстина неожиданно для самой себя нежно прикоснулась к его щеке.
– Вы все уже доказали прежде всего самому себе, и меня это радует. Я готова поверить Вам. И все-таки меня не оставляет сомнение, что Вы не до конца откровенны со мной, Дамиан. Вы что-то утаиваете от меня?
Дамиан смутился и отвел глаза в сторону.
– Что Вы имеете в виду? – голос прозвучал неуверенно, и девушка поняла, что попала в точку.
– Я чувствую, что знаю о Вас и Ваших делах далеко не все. Вы никогда почему-то не рассказывали мне, что участвовали в войне с Наполеоном. Я слышала, что Вы работали в министерстве иностранных дел у герцога Веллингтона…
Жюстина втайне надеялась, что Дамиан закончит ее фразу словами: «…в разведывательной службе…», и вопросительно посмотрела на лорда, но он промолчал. Девушка слегка отодвинулась от него, давая понять, что не довольствуется изложенным. Лорд был озадачен.
– Я не совсем понимаю, почему Вас волнуют мои служебные дела? Да, я работал у Веллингтона во время войны и выполнял его задания потом, когда он командовал войсками во Франции. Он занимался сверхважными делами, связанными с разведывательной миссией, – нужно было выявить и ликвидировать сторонников Бонапарта, которых осталось еще повсюду видимо-невидимо… Они «перекрасились» под сторонников Бурбонов, но это на время, пока во Франции находится Веллингтон с союзными войсками. Но как только они уйдут, бонапартисты снова попытаются захватить власть.