– Напьются и за руль, ездюки хреновы!
Выругался Александр выезжая на дорогу с обочины. Михаил не был уверен на сто процентов в том, что видел именно своего знакомца. Показалось? Действительно пьяные какие-то? Здравый же смысл его закричал «Остановись, Миша. Ты, что делаешь?! Зачем ты, как последний идиот, продолжаешь эту игру абсурда? Ты ведь не только будущую жизнь ставишь на кон, но свое прошлое». А теперь вот и Сашина жизнь оказалась под угрозой. Раз пять у него возникала решимость остановить все это. Он уже открывал рот, чтобы все рассказать Саше и вернуться домой. Но слова застревали в горле. Перед глазами вставали картины увиденные в пещере. Ну и где же тут свобода выбора?
Глава 18
Люди разные и одинаковые.
Аэродром МЧС встретил их привычным с юности запахом керосина. Оба вдохнули его с ностальгией. На КПП Александр позвонил кому-то через коммутатор. Вышли, закурили. Молчали. Минут через десять подъехал газик и из него к ним подошел мчсовец примерно их возраста.
– Добрый вечер. Я старший отряда Валентин Иванов.
Поздоровались. Александр, указав на Михаила, представил его.
– Вот ваш новый боец, Михаил Тихомиров. Любите и жалуйте. Он в вашем распоряжении, а я поехал домой.
– Прошу в машину. Едем сразу к самолету. Все уже загружено. Вылет через сорок минут.
Александр и Михаил подошли к «Вектре», достали сумку и обнялись.
– Удачи тебе! По возвращении жду звонка.
– Спасибо тебе, Сашка! Большое!
Пока ехали к самолету, Михаил, сидя сзади, рассмотрел Валентина. Крепкий, загорелый не по сезону и совершенно седой мужик. Все мысли уже где-то впереди, возможно в Мексике в глуши, накрытой бедой. Подъехали к двум Ил – 76. Турбостартеры уже свистели, распространяя керогазный дух. Вокруг сновали авиатехники, делая свою работу. Отряд догружал в самолеты всякую мелочь. Вся техника уже была в грузовых отсеках, закрепленная в штатных местах. Михаил отметил деловитость и спокойствие членов отряда. Оно передалось и ему, немного волновавшемуся. Он тут же стал что-то таскать в самолеты, кому-то помогать, поддерживать. Словом вернулся в годы службы в авиации. Таких погрузок на его веку было много, а работа в команде это особое состояние, дающее ощущение уверенности в том, что ты нужен.
Наконец все погружено и объявлено общее построение. Михаил встал в строй и так же как все гаркнул «я», услышав свою фамилию. Погрузились в самолет. Нашел себе место и уселся. Руление, взлет, шасси, механизация, долгий набор высоты. Задремал, как делал это всегда, перелетая на транспортниках. Часа через три проснулся. Народ занимался кто чем. Читали, играли в нарды, карты. Он походил по салону. В иллюминаторах ночь. Подался к кабине экипажа. Не пересекая дозволенной границы, понаблюдал за работой пилотов и штурманов. Спросил сколько лететь, условия по маршруту? Вышел командир экипажа. Хлопнул по плечу весело.
– Что, интересно?
– Да. Нравится.
– Что хотелось быть пилотом в детстве?
– Еще как!
– И что помешало?
– Да ничего не помешало. Стал.
– А чего не летаешь?
– Отлетал свое.
– На чем летал?
Михаил назвал все типы и где служил.
– Так ты истребитель. А сколько налет?
– Три тысячи часов.
– Ну ни хрена себе? Сейчас и в транспортной авиации столько не всякий налетает.
Завязался профессиональный нескончаемый разговор, продолжившийся в кабине пилотов, куда Михаилу уже был разрешен доступ в любое время. Чем он и воспользовался, чтобы не слишком мелькать перед глазами мчсовцев. Последние часа три перед посадкой съел харч, заготовленный Сашей. Спал. Все спали, кроме экипажа.
Изменение режима полета вытолкнуло из сна. Началось снижение с эшелона и маневры в воздушном пространстве большого аэропорта Мехико. После посадки долго рулили в дальний угол аэропорта к отдельно стоящей группе разнотипных разгружающихся транспортных самолетов.
Зарулили на стоянку и вышли в теплый и влажный воздух Мексики. Вокруг сновали грузовики и люди, разгружавшие самолеты. Мчсовцы приглядывались к самолетам и людям. Затем стали приветливо выкрикивать имена узнанных знакомых. Те махали приветственно в ответ. Валентин подошел и объяснил, что это самолеты таких же отрядов из Германии и Франции. Будут работать там же. Встречаются уже не первый раз в местах, где нужно спасать людей.
– Ну, что, Михаил, я знаю о вашем деле. Вы можете ехать и успеха вам. Отлет в Россию неизвестно когда. Вы можете узнавать информацию у диспетчеров аэропорта и в местном министерстве по чрезвычайным ситуациям в Мехико. Сейчас подойдите к той группе – он показал рукой – там местные пограничники ставят отметку о проходе границы. Любой водитель грузовика вас подбросит к аэровокзалу, где они выезжают за пределы аэропорта, а там вы разберетесь. В случае экстренных обстоятельств обращайтесь в посольство. Я пошел – очень много работы.
– Спасибо вам большое, Валентин, до встречи. Все будет в порядке. Удачи.
Михаил подошел к столу установленному прямо рядом с самолетом, где сидел усталый мексиканский пограничник и, не глядя на подателя, шлепал печатью в паспорт. Отстояв короткую, быстро идущую очередь, он получил шлепок в свой паспорт делающий его пребывание в Мексике легальным. Михаил, забрав свою сумку, остановил грузовик, делающий очередной рейс и попросил подбросить до аэровокзала. Си сеньор! Улыбчивый смуглый мексиканец.
– Туу хот.
Сказал он, показывая все свои зубы в улыбке, тыча пальцем в свою рубаху с короткими рукавами и в куртку Михаила. Тот понял, что ему мешало уже полчаса и начал разоблачаться. Мексика! Проезжая ворота с полицейским, открывающим шлагбаум, несколько сжался. Что тот будет спрашивать? Полиция тоже улыбалась. Рашн сейфти сервис вэлкам! Метров через двести от шлагбаума водитель остановился, показав на здание аэровокзала пальцем. «Спасибо, браток». Идти пришлось недолго, но разница температуры в Москве и Мехико дала о себе знать. Еще не пройдя полпути стал мокрый как мышь. Снял и нижнюю куртку, оставшись в одной футболке. Книгу и паспорт для надежности переложил в брюки. Зайдя внутрь вокзала, нашел обменный пункт и обзавелся местной валютой. Приглядел телефон – автомат и по памяти набрал номер. Было немного боязно, а вдруг не ответят?
– Хэлоу.
– Простите, я Михаил Тихомиров. Могу я услышать мистера Роберто Ривейра?
– О, Майкл, я вас ждал, мне позвонил Алекс. Садитесь в такси и приезжайте ко мне. Езды около часа. Адрес помните?
– Да, спасибо. Помню.
Спустя час глазения по сторонам оказался на тихой улице респектабельного района города, перед калиткой двухэтажного красивого дома облицованного белым камнем в глубине небольшого дворика. Нажал кнопку звонка. Замок калитки щелкнул и Михаил прошел во дворик, тщательно закрыв калитку. Навстречу ему шел высокий полноватый типичный мексиканец с потрясающими пушистыми усами и улыбкой радушного хозяина.
– Добро пожаловать в мой дом, Майкл! Рад познакомиться. Мой друг, Алекс, мне рассказал о вас много лестного.
– Я также счастлив познакомиться. Я надеюсь, что не доставлю вам много хлопот.
– Я рад помочь другу моего друга.
Они прошли в просторный холл. Дом в стиле мексиканских сериалов. Как в Мексике. Сострил про себя. Роберто указав на кресла перед столиком, пошел куда-то и вернулся с кофе и коробкой сигар. Они расположились, и со вкусом закурили сигары, запивая превосходным кофе. Сколько не утверждают в рекламе о качественном настоящем кофе из Бразилии, Мексики и иных стран – производителей кофе, кофе в России это бледная тень того, что пьют в этих самих странах.
– Алекс мне сказал, что у вас дело в Соединенных Штатах. И что оно не коммерческого и не политического плана. Он также попросил меня помочь вам попасть в Соединенные Штаты.
– Именно так. Мне крайне необходимо попасть в Сан-Франциско к полудню двадцать второго марта.
– Два дня… И один на возвращение в Мексику. Очень малый срок. Я постараюсь помочь вам, но не гарантирую комфортных условий. Если бы времени было побольше!