Куплет мало что сообщает о Путине, не так много о стране, но кое-что о Юре-музыканте: частушками же завершался первый его рок-н-ролльный, широко распространившийся в магнитоиздате альбом «Периферия» 1984-го.
На мой взгляд, куда более существенной для нашей темы представляется песня «Я пил вчера у генерала ФСБ» из альбома 2009 года «Прекрасная любовь», намеренно под Высоцкого, с гражданской скорбью и цыганщинкой.
Увы, но под маркой «японского сортира» я не могу представить себе ничего иного, кроме трогательно-дощатой будочки под сакурой в тени вечных фудзиям. А то, что без «бэ», так это не столько для рифмы, сколько для жены.
Кроме экономически естественной рифмы «ВэВэ — лавэ» отметим столь же предсказуемый очерк полицейской ментальности и двинемся дальше, констатируя, что некоторым представителям шоу-бизнеса в диалоге музыканта с генералом места уделено даже больше, чем всех доставшему ВВ.
Надо же, зеркальная история: и Путин, пригласивший Шевчука в гости, классика не узнал, пришлось признаваться «да вроде бы пою» («Юра-музыкант»), и этот чекист из песни туда же…
Нетрудно заметить, что автор разделяет генеральские оценки «коллег» по шоу-бизнесу. И что самое забавное, себя от попсарей-юмористов тоже не особо отделяет. Я вообще полагаю, что пресловутая обеспокоенность Шевчука общими вопросами (при всем уважении к его гражданской позиции) в известной степени базируется на ненависти к российской попсе. То есть рокер, как и слушатели новогоднего «Эха», напрямую увязывает режим с голубым огоньком. Не без оснований, конечно, но как-то мелковато для эдакой глыбы.
Хотя естественно — вспомним, как Юрий Юлианыч как-то пошел бить физиономию Филиппу Киркорову, а потом долго и неинтересно об этом рассказывал.
Тут, собственно, и разгадка Шевчукова пафоса. Юрий Юлианыч — эдакий заблудившийся в русских эпохах атавизм шестидесятничества, а эта публика — в евтушенковском изводе — всегда умела выдать дурной вкус и пошлость за повышенный общественный темперамент…
Про генералов было у Бориса Гребещикова в перестроечном 1987-м, знаменитый «Поезд в огне»:
Это ведь «Я пил вчера у генерала ФСБ», немного другими словами, но какова же принципиальная разница…
Вообще, сочиняя политическую сатиру, наши рок-н-ролльные ветераны традиционно сбиваются на каэспэшную интонацию.
Андрей Макаревич, чьи заслуги и шедевры как в роке, так и в лирике известны и бесспорны, как только начнет выдавать нечто гражданственное, тут же превращается в карликового Галича.
Характерный пример — известная песня 2011 года «Путин едет в Холуево».
В этой милой зарисовке бросается в глаза слабое знание материала. Оно конечно, художник так видит, но ведь и исполняет куплеты на околопрохоровских, то бишь политических тусовках, настаивая на публицистичности вещицы, эдаком песенном журнализме.
Да, траву и сейчас кое-где красят, дороги латают повсеместно, но куда пикантней смотрелась бы такая достоверная деталь, как смена ценников в магазинах на всем пути следования президентского (премьерского) кортежа и закрытие тех торговых точек, где не успели переписать прайс…
Хлеб-соль, да и «единороссы» — банально противоречат протоколу. Как и элита, которую ни на какой перрон (то есть к спецборту, конечно) не допустят.
В протоколе есть другое — напитки. Одному моему знакомому губернатору сообщили, что президент (тогда был Медведев, что непринципиально) может выпить за обедом бокал-другой «Вдовы Клико», но чтоб без выебонов, вдова должна быть не розовой, за пятнадцать тыщ баксов бутылка, а обычной, всего за десять. Обычной во всем регионе не нашлось, и губернатор выделил четыре бутылки из собственной коллекции. За обедом выпили одну и открыли вторую, где в итоге выдыхалось чуть больше половины.
После отъезда высоких гостей губернатор попросил вернуть две целые бутылки и прислать также ополовиненную, заткнув чем получится. Не из почтения, не для истории. А по причине жадности.
Кстати, путинские road movie — сюжет популярный, задолго до Макаревича группа «Мурзилки International» записала куплеты «Путин едет в Пикалёво». Не шибко основанные на реальных событиях.
Нателла Болтянская, бард без рок-н-ролльных корешков, в своей известной и Путину посвященной песне Галича упоминает напрямую, рифмуя с «гаечкой».
Все бы ничего, образно и даже многозначительно, но опять не совсем точно — Путин не носит «Версаче». У отечественной политики стиль несколько другой: Hugo Boss, Ermenegildo Zegna, Brioni, Берлускони…
Воля ваша, но что-то с нашими рок-иерархами первого ряда творится явное не то.
Я даже не об упоминавшихся чаях с Сурковым и пивных посиделках с Медведевым. И не об эволюции оценок Путина и режима, с нынешним кое у кого прозрением, напоминающим чистосердечное признание в зале товарищеского суда.