Что-то промелькнуло в сумерках. Карл замер, по позвоночнику пробежал озноб. Это что-то было темнее сумерек, оно было нечетким и двигалось беззвучно, как привидение, но оно было большое, просто огромное, с парой горящих зеленых глаз.
Карл выпрямился и приготовил копье. Он снова стоял на коровьей тропе. Зверь вышел из чащи и подкрадывался. Его хвост колотил по земле, в горле клокотало рычание.
Тигр!
Здесь, далеко на севере, было не так много гигантских полосатых кошек, но их проклинали и боялись — они убивали овец, домашний скот, а иногда и людей. Для племени они всегда были тиграми — люди не знали, что эти звери — потомки разбежавшихся из зоопарков в день Страшного Суда животных. Этот же наверняка лежал и ждал, когда стада придут на водопой, а Карл помешал тигру. Тигр был достаточно раздражен и смотрел на Карла, как на свою законную добычу.
Медленно, стараясь не делать резких движений, Карл прислонил копье к дереву за своей спиной. Если зверь нападет, от копья будет мало толку. Он достал из колчана стрелу, снял с плеча лук и натянул его одним движением. Это оружие было лучше.
![Кладовая веков _3.png](https://litlife.club/books/1541/read/images/_3.png)
Тигр рычал, прижимая живот к земле. Запах крови из сумки, висевшей у Карла на поясе, будоражил его. Юноша наложил на тетиву стрелу и вскинул лук. Пульс отдавался в ушах. Тигр подползал все ближе.
Лук пропел, тигр взвыл и рванулся вперед. Карл отскочил в сторону почти одновременно с выстрелом. Тигр приземлился там, где он стоял, и закрутился на месте, кусая вонзившуюся в плечо стрелу. Карл схватил с земли еще одну стрелу, вскинул лук и снова спустил тетиву. Ему не было видно в темноте, попал он в тигра или нет. Тигр с ревом вскочил на лапы. Прежде чем эта рыжевато-коричневая бестия успела снова напасть, лук Карла снова пропел. Тигр снова завыл и отвернулся в сторону. С криком Карл схватил еще одну стрелу. Он выстрелил и промахнулся, но зверь уходил хромая на трех ногах. Когда Карл, дрожа, опустился на землю, то почувствовал под собой горячую, липкую кровь.
Если тигр выживет, думал он без тени торжества, так как был слишком напуган, чтобы его испытывать, он будет уважать людей.
Снова двинувшись в путь. Карл продолжал размышлять. Человек должен опасаться зверей. Тигр, змея, даже страшные стаи диких собак не выстоят против огня и металла. Постепенно, по мере того как люди покоряли дикую природу, ревущие, рычащие и воющие сторожа ее отступали. Их сопротивление было безнадежно.
А в Сити до него начало доходить, что даже сверхприрода, демоны, призраки, даже сами боги не могли испугать людей. Всесилие ночи и шторма, наводнение, пожары, засухи и морозы все еще вселяли в людей суеверный ужас, но предки уже один раз покорили все это, можно покорить еще раз.
Нет, единственным безжалостным и смертельным врагом человека является он сам.
Но это древний, сильный и хитрый враг. Он довел божественную цивилизацию предков до мучительной гибели, и сегодня он воскрес, воплотившись в завоевателей-варваров, и в многочисленные табу, и, кажется, не исключено, что он победит.
Страх Карла уступил место всепоглощающему отчаянию. Смогут ли дети света когда-нибудь победить, думал он. Неужели жители Дэйлза погибнут от огня и меча под копытами конницы ланнов? Неужели последний вздох мудрости предков обречен кануть во тьму? Будет ли когда-нибудь победа?
Глава шестая. Табу!
Они направились по тропе, протоптанной дикими животными. Через полтора дня они миновали западный лес и вышли из него в том месте, гце Карл намеревался повернуть на восток к Дэйлзтауну. Фургон остановился в подлеске, а Том и Карл поехали посмотреть, не захвачены ли лежащие перед ними обжитые земли.
На закате разведчики вернулись с хорошими вестями.
— Здесь сражений пока не было, — сказал Карл. — Насколько известно людям, с которыми мы разговаривали, ланны дошли только до северной границы.
— Это довольно глубоко, — невесело произнес Джон. Горе и напряжение последних дней сделали его мрачным. Глаза запали, он почти перестал улыбаться. Но сейчас он кивал своей лохматой головой. У них есть безопасный проход в Дэйлзтаун, а это уже кое-что.
На рассвете лагерь пришел в движение. Фургоны долго переваливались в высокой, мокрой от росы траве, пока не выбрались на открытую местность и не выехали на одну из грязных, изрытых дорог. Здесь Карл простился со своими спутниками.
— Я вам больше не нужен, — сказал он. — Врагов в округе нет, а пищу и кров вам предоставят фермеры. Но вам понадобится около двух дней, чтобы добраться до города, а у меня для отца важные новости, которые не могут ждать.
— Ну что ж, езжай, коли так. Спасибо, Карл, — сказал Джон.
— А можно мне поехать с ним, отец? — спросил Аул. — Доехать вы можете и без меня, никакой работы для меня здесь нет, а это скучно.
Усталая, кривая улыбка скользнула по бородатому лицу.
— Хорошо, Джим, — согласился фермер. — Готов поспорить, что и Тому хочется поехать с вами. Что ж, встретимся в городе, ребята.
Рыжеволосый Том усмехнулся.
— Спасибо, — сказал он. — Мне просто хочется посмотреть на лица людей, когда Карл покажет им волшебный свет.
Трое друзей оседлали лошадей и пустились рысью по дороге. Вскоре фургоны пропали из вида, и они ехали одни.
Их окружала живописная природа: горы, зеленые долины, шелестящие на ветру листья рощи, отливающие металлическим блеском ручьи и озера. Прихотливые тени рябили на освещенной солнцем земле. Попадалось много ферм, за деревянными заборами пасся домашний скот. Дома в основном были сложены из бревен, они были большие или маленькие, в зависимости от того, насколько богат хозяин и сколько у него домочадцев. У самых богатых встречались двухэтажные дома, первый этаж которых был построен из камня, а второй из тесаного леса. Время от времени путники проезжали деревушки из четырех-пяти строений — кузницы, торговой лавки, водяной мельницы и дома местного Доктора, — но так или иначе, это был Дэйлз. Из дымовых труб вился голубой дымок, встречающиеся на улицах фермеры приветствовали проезжающих.
Карл заметил, что во дворах и на полях трудились в основном одни женщины, дети и старики. Мужчины призывного возраста ушли в Дэйлзтаун. Но даже мирное, оставшееся дома население имело при себе топоры и копья. Тень войны слепым пятном нависла над всеми людьми.
На отдохнувших лошадях они добрались до города всего за один день. После полудня Карл въехал на высокий пригорок и увидел внизу в долине цель своего путешествия.
По меркам предков, этот город был немного больше деревни, но у племени это был единственный настоящий город. Сюда приезжали люди, чтобы заключить торговые сделки и просто повеселиться. Здесь жили вожди и главный Доктор, здесь жители племени собирались, чтобы голосовать при принятии законов и согласовании планов. Каждый год здесь проводилось четыре больших сезонных праздника. Здесь во время опасности собирались воины. Глаза Карла сразу же отметили, что вокруг были разбросаны палатки и деревянные лачуги, окруженные фургонами, в полях паслись лошади, в небе стоял дым от костров, на которых готовилась пища, когда он спустился с холма, то заметил зловещие блики солнца на обнаженной стали.
Двадцатифутовая стена окружала Дэйлзтаун со всех четырех сторон. На каждом углу возвышалась сторожевая башня. Прямо на крыше башен были установлены катапульты и камнеметы. В каждой стене имелись ворота из тяжелого теса, обитого железом. Городу уже приходилось однажды отражать атаки врага. Карл надеялся, что больше этого делать не придется.
Карл с товарищами пробирался через воинский лагерь. Это было пестрое зрелище, производившее тем не менее впечатление силы. Здесь были и безбородые юнцы, и покрытые шрамами пожилые ветераны, спокойно сидящие на стоптанной траве. Сидя перед своими палатками воины точили оружие и чистили снаряды. Некоторые расположись у костра и пели под аккомпанемент банджо, пока в огромном котле булькала готовящаяся еда. Другие отдыхали, смеялись и хвастались прошлыми и будущими победами, но Карл видел, что многие сидели тихо и понуро, думая о поражении на севере и о том, как сильна необузданная конница ланнов.