В энциклике «Slavorum apostoli» папа, в сущности, изложил программу духовного единства Европы, на добрых несколько лет опередив те изменения в Восточной Европе, которые реально просматриваются на фоне единой Европы уже не только в духовном и культурном отношении, но и в сфере экономики и политики. Энциклика глубоко анализирует деятельность Кирилла и Мефодия, всемирно-историческое значение их апостольства, возникновение славянского христианства, включая это в двухтысячелетнюю историю церкви. Но уже в вводной части папа подчеркивает, что деятельность этих двух святых по евангелизации стала особенно актуальным и животворным фактором в наши дни. В вводной части папа указал на то, что уже в своем апостольском послании «Egregiae virtutis» от 31 декабря 1980 года он провозгласил святых Кирилла и Мефодия святыми покровителями Европы за их евангелизационную деятельность, за их деяния, направленные на братское сотрудничество, и за заслуги по развитию человеческого прогресса. (Эти двое восточных святых стали святыми покровителями Европы потому, что в латинской церкви Павел VI в 1964 году объявил святым покровителем Европы Святого Бенедикта. Теперь польский папа поставил Кирилла и Мефодия рядом с ним.) По словам папы, тот, кто горячо принимает к сердцу благо Европы, согласие и единство на этом континенте, тот всегда должен понимать, насколько актуальна и действенна и по сей день деятельность Бенедикта, Кирилла и Мефодия.
Затем в энциклике прослеживается деятельность Кирилла и Мефодия в IX веке. Само собой разумеется, что энциклика в центр внимания помещает как организатора церкви не Кирилла, а Мефодия, в то время как история литературы уделяет больше внимания Кириллу. В третьей части папской энциклики рассматривается миссионерская, евангелизационная деятельность обоих братьев. В ней показано, как смогли Кирилл и Мефодий, воспитанные на византийской культуре, стать в полном смысле слова апостолами славян. IV глава энциклики посвящена церковно-организационной работе двух святых. Как в сфере теологии, так и по церковно-организационным вопросам они никогда не входили в противоречия с Римом, а находили консенсус между Византией и Римом. Их можно рассматривать предшественниками экуменизма того времени, когда еще не произошло окончательного разрыва между восточной и западной церквами. Они доказали, что идут в ногу со временем, когда не побоялись использовать язык обращаемого в веру народа, славян, в литургии (вместо греческого или латинского). Они создали славянский язык и письменность и сделали его для народов не только посредником для приобщения к вере, но и к универсальной человеческой культуре того времени.
Пятая глава «Slavorum apostoli» говорит о вселенском (католическом) смысле церкви. По словам папы, церковь с пробужденным самосознанием в результате самообновления играет все большую роль в провозглашении мира и взаимопонимания между народами, выходя за пределы границ, разделяющих нашу планету, которая по воле Бога является общим домом всего человечества. Универсализм церкви проявляется именно в том, что она воспринимает и интегрирует все подлинные человеческие ценности. «Евангелие не ведет к обнищанию или удушению всего того, что познает или создает в виде изобилия, истины и красоты каждый человек, народ и нация в процессе своей культуры и истории. Евангелие во все большей мере побуждает воспринимать и развивать все эти ценности». Евангелическое послание Кирилл и Мефодий путем современного катехизиса передали славянам, приспосабливая вечные истины к конкретному историческому положению. Эта миссионерская работа присоединила славян к истории всего человечества, и через христианство они определили свое собственное предназначение в рамках всего человечества.
Часть VI энциклики посвящена исключительно инкультурации. Папа под словом «инкультурация» понимает привнесение Евангелия в местную культуру. Характерный пример, подтверждающий это, — создание славянского алфавита «кириллицы», перевод священных книг, создание древнеславянского литургического языка. Таким образом, в «Slavorum apostoli» папа дает высокую оценку древнеславянскому христианству, а в главе VIII кратко излагает историческое значение деятельности Кирилла и Мефодия для современности. Он исходит из того, что их творчество распространилось на семью всех славянских народов, от хорватов до Киевской Руси. Папа, говоря о христианских корнях единства Европы, подчеркивает, что деятельность Кирилла и Мефодия явилась выдающимся вкладом в образование христианских корней в Европе, которые благодаря их прочности и жизнеспособности представляют собой наиболее крепкие основы, без чего не может обойтись никакая попытка по восстановлению в новых обстоятельствах и созвучных моменту формах единства континента.
Так как же, наконец, следует оценить содержащиеся в энциклике нравоучения папы-славянина о славянах? Папа Иоанн Павел II в конце энциклики сам подводит итог сказанному в своей молитве: «Да ниспошлет Святая Троица и всей Европе через заступничество двух братьев-святых чувство того, что все народы Европы должны ощущать необходимость и потребность в религиозно-христианском единстве и братском сообществе, устранив непонимание и взаимное недоверие, преодолев идеологические конфликты, чтобы они стали примером для всего мира в общем понимании истины, в достижении взаимопонимания и ненарушаемой свободы в духе справедливого и мирного сосуществования».
С этим выводом мы не можем не согласиться, ведь эти слова являются логическим продолжением устремлений папы, в миру Войтылы, которые, будучи направлены на соблюдение и гарантию прав на свободу, обеспечивают единство, мир для всего человечества.
Важным этапом в отношениях между Ватиканом и Советским Союзом, между папством и православием явилось празднование в 1988 году тысячелетия принятия христианства на Руси. На празднование тысячелетия крещения Киевской Руси, проводившегося в Советском Союзе, Святой престол направил делегацию самого высокого ранга во главе с государственным секретарем кардиналом Агостино Казароли. Членом делегации был также глава венгерской церкви, архиепископ кардинал Ласло Пашкаи.
Этот жест Ватикана представлял собой определенный вклад в дело сближения двух крупных церковных центров. Папа по случаю юбилея вновь засвидетельствовал свою приверженность христианскому единству и делу сотрудничества христианских церквей. В его апостольском послании от 25 января 1988 года, имеющем заголовок «Euntes in mundum», содержится не только мысль о единстве, но и изложена собственная миссия папы. В этом апостолическом письме Иоанн Павел II с большим уважением и признательностью говорит о тысячелетнем русском христианстве, о русской церкви. «С высочайшим чувством уважения мы склоняем голову пред прошедшим тысячелетием и наблюдаем за религиозной жизнью, задумываясь над ее величием и силой». Глава латинской церкви помимо религиозного значения принятия Русью христианства отметил также культурное значение этого события, подчеркнув, что тем самым через христианство русский народ примкнул к Европе, стал частью европейской цивилизации и ее участником.
По истечении тысячи лет папа-поляк вновь считает актуальным восстановление единства Европейского континента, и составной частью этого станет и восстановление единства христианской церкви. Здесь речь идет не об административном единстве под главенством папы, а в первую очередь о культурном единстве, о чем уже раньше говорилось в «Slavorum apostoli», но в более общем плане. Возможность теологическо-догматического сближения папа видит в почитании Марии, в культе Девы Марии, который очень велик в обеих церквах. По случаю тысячелетия Русской православной церкви Иоанн Павел II подчеркнул, что «это в первую очередь праздник Русской православной церкви, центр которой в Москве и которую мы с радостью называем церковью-сестрой».
В отношениях между народами, нациями Советского Союза довольно важным фактором является вопрос о традиции и религии. В последние годы в вопросе об обеспечении религиозной свободы проживающих там католиков достигнут серьезный прогресс как в Прибалтийских республиках, так и в Закарпатье, где венгры-католики опекаются священниками местной епархии. Наиболее сложным фактом, несомненно, является положение украинской греко-католической (униатской) церкви. Не останавливаясь на подробном анализе того, как сложно формировалась предыстория этих событий, можем здесь лишь отметить, что религиозные различия, раскол, как правило, находились во взаимосвязи и с властными, великодержавными противоположностями интересов, а также с националистическими и национальными раздорами. Тем не менее является фактом, что по приказу Сталина в 1946 году была ликвидирована самостоятельность украинской католической церкви, ее иерархия была подавлена, а ее верующие насильно включены в православную церковь. Эта обида и до сих пор не снята, ибо в этом перемешались религиозные и политические антагонизмы.