Поднявшись, он подошел к столу, взял большой желтый блокнот и вернулся обратно.
— А здесь я набросал возможный план помещения. Полки, стойки, столы и тому подобное.
Ванесса взяла у него блокнот с чертежом. Внимательно изучив его, она обнаружила, что на нем! все примерно так, как она сама бы сделала. При мысли о том, что этот замечательный план может однажды стать реальностью, ее сердце учащенно забилось.
Есть только одна проблема.
Подняв голову, она встретилась взглядом с Марком и, вернув ему блокнот, спросила:
— Почему ты все это делаешь?
— Это всего лишь наброски. Ты можешь внести любые изменения, — сказал он, отложив в сторону блокнот и подвинув к себе ноутбук. — Должен сказать, расширение — правильный шаг. Это недешево, но в конце концов затраченные средства вернутся с лихвой.
Ее сердце подпрыгнуло, ладони стали влажными. Так приятно знать, что кто-то поддерживает твои идеи и разделяет твой энтузиазм.
— Ты не ответил на мой вопрос, — мягко сказала она. — Зачем ты все это делаешь?
Закрыв ноутбук, Марк положил его на тумбочку вместе с блокнотом:
— Чтобы осуществить задуманное, тебе необходим партнер, Ванесса. Ты это знаешь, иначе не обратилась бы за помощью в «Блейк энд Фетцер».
Ее вдруг бросило в дрожь.
— Я же сказала, Марк, что не возьму у тебя деньги.
Он расправил плечи и дерзко вскинул свой квадратный подбородок:
— А я тебе сказал, Ванесса, что не собираюсь никуда отсюда уезжать. По крайней мере, в ближайшее время.
На несколько секунд между ними повисло напряженное молчание. Все ее страхи и сомнения вернулись.
— Так что, пока я здесь, — продолжил Марк, — мы могли бы рационально использовать это время. Почему бы нам не сделать первые шаги к достижению твоей цели?
В его словах столько здравого смысла, и ее это раздражает, поскольку она осознает его правоту. Когда дело касается бизнеса, он всегда прав.
— Я не хочу твоей помощи, Марк.
Поднявшись с кровати, она сложила руки под грудью и прошла в другой конец комнаты. У двери она повернулась и, двигаясь назад, добавила, глядя в пол:
— Я не хочу быть с тобой связана. Не хочу быть ничем тебе обязана.
— Для этого немного поздновато, не считаешь?
Остановившись, она подняла голову и встретилась с ним взглядом. Одна его черная бровь была поднята, губы изогнуты в самодовольной улыбке.
— У нас есть общий ребенок. Я бы сказал, он связывает нас крепче, чем любое деловое партнерство.
Ванесса поморщилась. Черт побери, он снова прав. Они действительно связаны до конца жизни, потому что у них есть сын. Дни рождения, школьные мероприятия, ветрянка, корь, пубертатный период, девочки, первая татуировка или пирсинг...
Она содрогнулась. О боже, пожалуйста, пусть не будет никакого пирсинга и татуировок. Это единственная проблема воспитания, решение которой она с радостью доверила бы Марку. Он непременно поговорил бы с Дэнни как мужчина с мужчиной.
Но, учитывая то, каким болезненным было для нее их расставание, неудивительно, что она не хочет делить с ним родительские обязанности. Возможно, она делала неправильно, скрывая от Марка существование Дэнни, но до сегодняшнего дня ее жизнь была проще.
— Это другое, — тихо сказала она.
— Как бы ты к этому ни относилась, — медленно произнес Марк, — факты изменить невозможно. Я собираюсь пожить какое-то время в Саммервилле, познакомиться ближе со своим сыном, наверстать упущенное. Ты можешь этим воспользоваться и принять мою финансовую помощь.
Поднявшись с кровати, он встал перед ней и положил руки ей на плечи. Она сразу ощутила тепло его ладоней.
— Подумай как следует, Несса, — прошептал он, пристально глядя на нее своими зелеными глазами. — Включи разум и забудь о дурацкой гордости. Умная и практичная бизнес-леди в тебе знает, что я прав. Знает, что отказаться от этой возможности было бы глупо. Даже невзирая на то, что ее предлагает твой презренный бывший муж.
Произнося последнюю фразу, он подмигнул и улыбнулся ей. Подобное поведение говорило о том, что он знает, как она возражает против его присутствия рядом с ней, но не осуждает ее. Это заставило ее отбросить гордость и всерьез задуматься над его предложением.
Способность к глубокому осмыслению происходящего помогла ей убедить тетю Хелен пойти на риск и открыть свое дело. Сейчас она должна тщательно взвесить все за и против, расставить приоритеты. Положить на одну чашу весов свое желание расширить бизнес, приняв помощь Марка, а на другую — желание сохранить независимость «Сахарного домика» и держаться как можно дальше от бывшего мужа, который может погубить ее и ее бизнес при малейшей провокации.
А провокация определенно будет. Она уже есть. Ведь она скрыла от него сначала свою беременность, затем существование Дэнни.
Марк вполне может скрывать свои истинные чувства под маской дружелюбия и великодушия, чтобы внушить ей ложное чувство защищенности. В ту минуту, когда она возьмет его деньги и позволит ему стать частью жизни Дэнни, он захлопнет ловушку и отберет у нее все.
Ее бизнес, ее уверенность в завтрашнем дне, ее сына.
Но можно ли быть полностью в этом уверенной? Несмотря на горькую обиду, которая снедает ее изнутри, она не может назвать Марка жестоким человеком. Он никогда не пытался причинить ей боль, не использовал богатство и связи своей семьи, чтобы ей отомстить.
Согласно брачному договору, на составлении которого настояла его семья — точнее, его мать, — после развода Ванесса осталась с тем, что у нее было до свадьбы, но она прекрасно понимала, что все могло закончиться гораздо хуже.
Она слышала ужасные истории о женщинах, которые были использованы и выброшены на улицу своими богатыми и влиятельными мужьями в домашней одежде и зачастую с детьми.
Марк не принадлежит к подобному типу мужчин. Он всегда предпочитал молча сдерживать свою ярость, а не выплескивать ее наружу.
Во время их брака он не уделял ей достаточно внимания и не воспринимал всерьез ее жалобы на его мать и его вечную занятость, но никогда не опускался до мелких ссор и не переходил на личности. Пару раз ей очень хотелось, чтобы он сделал нечто подобное. Это означало бы, что она была ему небезразлична и он хотел за нее бороться.
Но в ответ на ее жалобы и упреки он всегда плотно стискивал зубы и погружался в молчание, еще дольше задерживался на работе и, как следствие, все больше от нее отдалялся.
Марк также один из самых честных людей, которых она когда-либо знала. Он сразу предупредил ее, что будет делать, если она не выполнит его требования.
Если он захочет разорвать их партнерское соглашение, то только заберет свои деньги. Дэнни это никак не коснется. Он останется в его жизни. Если они не придут к согласию по какому-либо вопросу, касающемуся Дэнни, он не откажет ей в дальнейшей финансовой поддержке.
К несчастью, ей никогда не удавалось отделять работу от личной жизни. Она любит «Сахарный домик». В его создание она вложила сердце и душу. Если с ее бизнесом что-нибудь случится, часть ее умрет вместе с ним.
Но еще большая ее часть принадлежит Дэнни. Если ради его счастья и безопасности ей нужно будет закрыть или продать «Сахарный домик», она сделает это не раздумывая.
Марк — отец Дэнни, его часть. Возможно, он также останется единственным инвестором, которого ей удастся найти. Любой человек на ее месте сразу уцепился бы за его предложение. Но для нее на карту поставлено слишком многое.
Она так долго и напряженно думала, что удивилась, как ее голова еще не взорвалась. В конце концов она не послушала голос разума, а доверилась своему внутреннему чутью.
— Хорошо, — произнесла она сдавленным голосом. — Но твоя благотворительность мне не нужна. Я хочу, чтобы наше партнерство было оформлено официально. Мы попросим Брайана составить договор займа, или как там еще это называется.
Марк мягко улыбнулся, как улыбаются родители непослушным детям:
— Отлично. Завтра утром я позвоню Брайану.