Но поскольку дочка так серьезно воспринимала свой бизнес, я хотела, чтобы она действительно понимала его суть. При ведении бизнеса неизбежны издержки, особенно когда начинаешь осваивать новое дело. Я напомнила Лили, что я платила за цыплят, а также за корм, который они потребляли первые шесть месяцев, прежде чем начали нестись, — даже если куры пасутся на траве, им требуется дополнительная подкормка — белки, кальций и прочие питательные вещества. Я объяснила Лили, что такое капитализация, кредит, инвесторы. Девочка слушала с интересом.
— Я компенсирую тебе затраты, — вдруг сказала она. — Я хочу, чтобы этот бизнес был по-настоящему моим, а не просто детской игрой.
Откинувшись на спинку стула, она стала изучать свою приходно-расходную книгу, чтобы вычислить размер беспроцентного займа, который я обратила в капитал, вложенный в дело. У нас сохранились квитанции об оплате. Нам надо было купить органическое питание оптом, так что мы уже закупили все, что Лили понадобится до следующей весны. Ей оставалось рассчитать стоимость тридцати двух заказанных по почте цыплят и расходы на корм, который потребовался несушкам. (Петухов, как вы помните, мы уничтожили.) Мне самой было интересно, какая выйдет цифра. Лили долго сидела, склонившись над книгой, подметая стол своими крысиными хвостиками, царапала что-то карандашом, стирала, снова царапала. Наконец она изрекла:
— Двести восемьдесят пять долларов!
Затем девочка скатилась со стула, театрально рухнула на пол, крепко зажмурившись и высунув язык, изображая полнейшее отчаяние.
— Без паники, — сказала я, усаживаясь на пол рядом с ней. — Давай все это хорошенько обсудим.
Лили открыла один глаз:
— Но мама, мне столько не собрать лет до пятидесяти или вроде того.
— Поверь мне, все получится. Эта сумма только кажется огромной. Кстати, если уж мы ведем счет всему, я должна тебе за петухов, которых мы съели, и за все яйца, которые мы уничтожили с апреля. Я про это совсем забыла. Ну-ка, пересчитай с учетом этого.
В результате на 1 ноября сумма долга составила всего 155 долларов. Мы с Лили заключили сделку. Она будет давать мне все яйца, которые я затребую, вычитая по 2,5 доллара за коробку в счет своего долга. Я не буду взимать проценты, но попрошу считать меня потребителем номер один. Никаких стояний в очередях. Давая мне две коробки в неделю, она сумеет полностью расплатиться примерно за тридцать недель. Для четвероклассницы это казалось ужасно долгим сроком, почти как пожизненное заключение без права досрочного освобождения.
— Но все это время ты будешь зарабатывать реальные деньги, получая их от всех твоих остальных клиентов, — заметила я. — Ты и не заметишь, как у тебя появится счет в банке. А совсем скоро людям потребуется больше яиц для выпечки, ведь наступают праздники.
Обрадованный такой перспективой, президент компании немедленно воспрял духом, взяв ситуацию в свои руки. Насколько мне известно, свою рабсилу Лили о кризисе даже не информировала.
Из всех праздников, которые мы отмечаем в США, мало в каких воплощены по-настоящему наши кулинарные традиции. Исключений, на мой взгляд, всего два — Четвертое июля и День благодарения.
Эти праздники в кулинарном отношении различаются коренным образом. Меню первого зиждется на приготовленных на гриле продуктах, на бифштексах и гамбургерах, причем все это запивается огромным количеством пива или газировки. Обязательно провести на свежем воздухе весь этот долгий день, кульминация которого — устройство искусно продуманных взрывов черного пороха с наступлением сумерек. За исключением национального флага, который может торчать где-нибудь поблизости, в этом пикнике невозможно проследить настоящих корней нашей страны. Пиротехника — китайская, все остальное, включая продукты питания, импортные полуфабрикаты. Возможно, в этом и заключается сама американская суть — все привозное. Если в конце вечеринки в честь Четвертого июля вас спросят, что вы сегодня употребили в пищу, мало кто вспомнит ингредиенты праздничного ужина.
День благодарения, наоборот, в кулинарном отношении сводится исключительно к демонстрации того, что Северная Америка может предложить в конце урожайного года. Я всегда любила этот праздник больше остальных, наверное, потому, что выросла в сельской местности. Неизменный атрибут этого праздника — индейка. Диких индеек всегда, еще с доисторических времен, на этом континенте было полным-полно, тогда как в Старом Свете они не водились. (Один этот факт дает индейкам полное право стать нашей национальной птицей.) Что еще мы ставим на стол в этот день? Хлебный пудинг (он может считаться самым старым питательным блюдом Нового Света), тыкву и клюкву — они тоже исключительно наши. Все это чисто американское.
А сама атмосфера? Целая когорта родни женского пола (все вместе возятся и болтают в кухне); дети, весело наблюдающие по телевизору за приключениями героев любимых мультиков; мужчины, которые столпились во дворе и демонстрируют приемы бокса, делая вид, что еще сохранили физическую силу. Ну и, конечно, смиренное восхваление щедрот Господа, восхваление урожая, который мы в очередной раз вырастили в этом году.
В наше время это, конечно, в основном фикция: эта радость по поводу сбора урожая на пороге зимы, когда продуктов полные закрома. Но в нашем доме в этот год урожай был настоящим, и мы испытывали облегчение и благодарность в буквальном смысле слова. А еще в первый раз с тех пор, как мы начали свой эксперимент по питанию местными продуктами, мы назначили большой сбор за обеденным столом, для которого уже был написан сценарий. Местная индейка? У нас было их несколько, жизнь каждой из которых началась в ладонях наших рук и закончилась в двенадцати шагах от задней двери нашего дома. Тыквенный пирог, картофельное пюре, хлебный пудинг, батат, зеленые бобы, сельдерей и каштаны для начинки — что может быть легче? На нашем континенте меню вечеринки планируется само собой.
Мы начали подготовку накануне вечером: выпекли несколько ломтей хлеба и проверили, как оттаивает наша птичка. Я также ловко нарубила нашу тыкву сорта «Квинслендблу» (отбивала ее куски десять минут — это была моя месть), чтобы сделать из нее начинку для пирога. Лили помогала мне раскатывать тесто. Обе девочки всегда помогали готовить обед на День благодарения, с тех пор как рост позволил им, стоя на стуле, смешивать начинку руками так же, как они привыкли играть с глиной, замешивая из нее пирожки. Год назад, будучи восьми и семнадцати лет от роду, дочери полностью взяли на себя ответственность за приготовление праздничного обеда: я не могла им помочь из-за сломанной ноги. Стивена они звали, лишь когда требовалось поднять что-то тяжелое, а так они отлично справились: с индейкой, пирогами и всем прочим. Умение стряпать на 80 процентов заключается в уверенности в себе, а этого легче всего достичь, если начнешь готовить еще в том возрасте, когда завязки передника можно дважды обернуть вокруг твоей талии.
Утром в день праздника мы пекли пироги. Днем жарили батат, тушили зимнюю тыкву, жарили под крышкой зеленые бобы с каштанами, варили картофель и делали пюре. Лили самостоятельно разбила в миску полдюжины яиц и приготовила хлебный пудинг с кукурузой, зерна которой мы срезали с початков и заморозили еще летом. Наш огород предоставил нам все, за одним исключением. Клюква по большей части растет в США лишь далеко на севере. Я засадила этой ягодой экспериментальный участок, но мои усилия пока не дали результатов. Мы поспорили, нельзя ли на День благодарения обойтись без клюквы, но решили, что это будет похоже на поцелуй через дверь с проволочной сеткой. Кому такое надо?
До чего же нам хотелось устроить пир полностью из продуктов собственного производства. Только не надо считать нас оголтелыми фанатами. Мы иногда посещали рестораны вместе с друзьями и с удовольствием принимали их приглашения на обед. Те, кто знал о нашем проекте, иногда беспокоились, что готовить к нашему приходу, а когда видели нас в ресторане, реагировали так, будто застали кота на месте преступления, поедающего канарейку. В таких случаях всегда приходилось объяснять: «Мы — обращенные прогресса, а не проповедники. Мы не следуем законам никаких каменных скрижалей». Вот и сейчас, готовя обед ко Дню благодарения, мы возьмем немного оливок из Калифорнии, горсточку африканского мускатного ореха и немного муки из Виргинии, которая, вполне возможно, окажется смесью пшеницы из Пенсильвании и еще откуда-нибудь с севера. Чтобы соблюсти традицию, мы также купили мешок органической клюквы цвета губной помады, родом из Висконсина. Как и первые купленные в магазине фрукты или овощи после долгих месяцев их отсутствия, клюква в своей прозрачной целлофановой упаковке показалась нам невероятной экзотикой. Мы все бросали на нее нежные взгляды, пока Камилла, смешав клюкву с имбирем, не приготовила из нее соус.