Изменить стиль страницы
«Если над Мемноном мать и мать над Ахиллом рыдала…»

Перевод С. Шервинского

Если над Мемноном мать [885]и мать над Ахиллом рыдала,
Если удары судьбы трогают вышних богинь, —
Волосы ты распусти, Элегия скорбная, ныне:
Ныне по праву, увы, носишь ты имя свое.
Призванный к песням тобой, Тибулл, твоя гордость и слава, —
Ныне бесчувственный прах на запылавшем костре.
Видишь, Венеры дитя колчан опрокинутым держит;
Сломан и лук у него, факел сиявший погас;
Крылья поникли, смотри! Сколь жалости мальчик достоин!
Ожесточенной рукой бьет себя в голую грудь;
Кудри спадают к плечам, от слез струящихся влажны;
Плач сотрясает его, слышатся всхлипы в устах…
Так же, преданье гласит, на выносе брата Энея,
Он из дворца твоего вышел, прекрасный Иул [886]
Ах, когда умер Тибулл, омрачилась не меньше Венера,
Нежели в час, когда вепрь юноше пах прободал [887]
Мы, певцы, говорят, священны, хранимы богами;
В нас, по сужденью иных, даже божественный дух…
Но оскверняется все, что свято, непрошеной смертью,
Руки незримо из тьмы тянет она ко всему.
Много ли мать и отец помогли исмарийцу Орфею [888]?
Много ли проку, что он пеньем зверей усмирял?
Лин — от того же отца, и все ж, по преданью, о Лине [889]
Лира, печали полна, пела в лесной глубине.
И меонийца [890]добавь — из него, как из вечной криницы,
Ток пиэрийской струи пьют песнопевцев уста.
В черный, однако, Аверн [891]и его погрузила кончина…
Могут лишь песни одни жадных избегнуть костров.
Вечно живут творенья певцов: и Трои осада,
И полотно [892], что в ночи вновь распускалось хитро…
Так, Немесиды вовек и Делии имя пребудет, —
Первую пел он любовь, пел и последнюю он.
Что приношения жертв и систры [893]Египта? Что пользы
Нам в чистоте сохранять свой целомудренный одр?..
Если уносит судьба наилучших — простите мне дерзость, —
Я усомниться готов в существованье богов.
Праведным будь — умрешь, хоть и праведен; храмы святые
Чти — а свирепая смерть стащит в могилу тебя…
Вверьтесь прекрасным стихам… но славный Тибулл бездыханен?
Все-то останки его тесная урна вместит…
Пламя костра не тебя ль унесло, песнопевец священный?
Не устрашился огонь плотью питаться твоей.
Значит, способно оно и храмы богов золотые
Сжечь, коль свершило, увы, столь святотатственный грех.
Взор отвратила сама госпожа эрицинских святилищ [894]
И — добавляют еще — слез не могла удержать…
Все же отраднее так, чем славы и почестей чуждым
В землю немилую лечь, где-то в безвестном краю.
Тут хоть закрыла ему, уходящему, тусклые очи
Мать и дары принесла, с прахом прощаясь его.
Рядом была и сестра, материнскую скорбь разделяла,
Пряди небрежных волос в горе руками рвала.
Здесь Немесида была… и первая… та… Целовали
Губы твои, ни на миг не отошли от костра.
И перед тем как уйти, промолвила Делия: «Счастья
Больше со мною ты знал, в этом была твоя жизнь!»
Но Немесида в ответ: «Что молвишь? Тебе б мое горе!
Он, умирая, меня слабой рукою держал».
Если не имя одно и не тень остается от смертных,
То в Елисейских полях будет Тибулла приют.
Там навстречу ему, чело увенчав молодое
Лаврами, с Кальвом [895]твоим выйди, ученый Катулл!
Выйди — коль ложно тебя обвиняют в предательстве друга [896],
Галл, не умевший щадить крови своей и души!
Тени их будут с тобой, коль тени у тел существуют.
Благочестивый их сонм ты увеличил, Тибулл.
Мирные кости — молю — да покоятся в урне надежной,
Праху, Тибулл, твоему легкой да будет земля.
«Так как супруга моя из страны плодородной фалисков…»

Перевод С. Шервинского

Так как супруга моя из страны плодородной фалисков [897],
Мы побывали, Камилл [898], в крепости, взятой тобой.
Жрицы готовились чтить пречистый праздник Юноны,
Игры устроить ей в честь, местную телку заклать.
Таинства в том городке — для поездки достаточный повод,
Хоть добираться туда надо подъемом крутым.
Роща священная там. И днем под деревьями темень.
Взглянешь — сомнения нет: это приют божества.
В роще — Юноны алтарь; там молятся, жгут благовонья;
В древности сложен он был неизощренной рукой.
Только свирель возвестит торжеств начало, оттуда
По застеленным тропам шествие чинно идет.
Белых телушек ведут под рукоплесканья народа,
Вскормленных здесь на лугах сочной фалернской травой.
Вот и телята, еще не грозны, забодать не способны;
Жертвенный боров бредет, скромного хлева жилец;
Тут и отары вожак крепколобый, рога — завитками;
Нет лишь козы ни одной — козы богине претят:
В чаще однажды коза увидала некстати Юнону,
Знак подала, и пришлось бегство богине прервать…
Парни еще и теперь пускают в указчицу стрелы:
Кто попадает в козу, тот получает ее…
Юноши стелют меж тем с девицами скромными вместе
Вдоль по дорогам ковры там, где богиня пройдет.
А в волосах у девиц — ободки золотые, в каменьях,
Пышный спадает подол до раззолоченных ног.
В белых одеждах идут, по обычаю древнему греков,
На головах пронести утварь доверили им.
Ждет в безмолвье народ блестящего шествия… Скоро!
Вот и богиня сама движется жрицам вослед.
Праздник — на греческий лад: когда был убит Агамемнон,
Место убийства его и достоянье отца
Бросил Галез [899], а потом, наскитавшись и морем и сушей,
Славные эти возвел стены счастливой рукой.
Он и фалисков своих научил тайнодействам Юноны, —
Пусть же во благо они будут народу и мне!
вернуться

885

Мемнон— сын богини Авроры, царь эфиопов; убит под стенами Трои Ахиллом. Матерью Ахилла, также погибшего под Троей, была морская богиня, нереида Фетида.

вернуться

886

Иул (Асканий) — сын Энея.

вернуться

887

Вепрь юноше пах прободал— намек на судьбу Адониса, возлюбленного богини Венеры.

вернуться

888

Орфей— сын Аполлона и Каллиопы; своим пением он укрощал диких зверей. После смерти жены Эвридики Орфей оставался холоден ко всем женщинам и за это был растерзан вакханками.

вернуться

889

Лин— прекрасный юноша, сын Аполлона. Его безвременную смерть оплакивала и природа и люди.

вернуться

890

Меониец— Гомер, которого считали уроженцем Меонии (Лидии).

вернуться

891

Аверн— озеро близ города Кум, в Кампанье. Близ него, по преданию, находился спуск в подземное царство.

вернуться

892

Полотно— то есть покрывало Пенелопы, верной супруги Одиссея. Чтобы избежать второго брака, к которому ее принуждали и на который она соглашалась только тогда, когда соткет покрывало, — Пенелопа ночью распускала все, что успевала выткать за день.

вернуться

893

Систр— трещотка, род кастаньет. Употреблялась в культе Исиды и Кибелы, «Великой Матери богов».

вернуться

894

Госпожа эрицинских святилищ— Венера, названная так по имени сицилийского города Эрика, древнего места почитания богини.

вернуться

895

Кальв— Гай Лициний Кальв (I в. до н. э.), римский поэт, друг Катулла.

вернуться

896

Обвиняют в предательстве друга… — Речь идет о Галле, правителе Египта и друге Августа, попавшем впоследствии в опалу. Причины этого «предательства» Галла, о чем в Риме ходили слухи, нам неизвестны.

вернуться

897

Фалиски— италийское племя.

вернуться

898

Камилл— Марк Фурий Камилл (V в. до н. э.), римский полководец, взявший столицу фалисков, город Фалерин, и крепость Вей. О каком городе идет речь здесь, неясно, ибо храмы Юноны были в обоих этих городах.

вернуться

899

Галез— сын Агамемнона и Клитемнестры (Брисеиды), родоначальник фалисков.