БА-БАХ! В дыму возникли фигуры двух офицеров. Они тащили кого-то за руки и за ноги. «Наверное, Чарли Риццо», — подумала Дарби.
Офицеры бросились вниз по лестнице.
БА-БАХ!
Дарби нащупала кобуру на лодыжке, где был спрятан второй «ЗИГ». Он был настолько мал, что даже с близкого расстояния его пули не могли причинить особого вреда. Против людей в бронежилетах он и вовсе бесполезен. Ей оставалось рассчитывать только на выстрел в голову. Прозрачная маска противогаза достаточно прочна, но пулю она не остановит.
Но сначала необходимо занять выгодную позицию.
Борясь с головокружением, Дарби привстала. По ее подсчетам, в спальне оставалось еще двое. Держась за стену, она поднялась, но покачнулась и, тяжело дыша, упала на колени.
Ей нужно время, а времени не было. Ждать нельзя.
Снаружи донесся визг шин. К Дарби приближались чьи-то тяжелые шаги. Она знала, что «ЗИГ» не поможет, и отшвырнула бесполезное оружие. Одной рукой она выхватила гранату отвлекающего действия, а другой выдернула из кобуры устройство для запуска сети. Из дыма вышел офицер с поднятым пистолетом. Увидев Джудит Риццо, он остановился, прижал дуло к ее голове и выстрелил. Дарби выдернула чеку и швырнула гранату ему под ноги.
Граната взорвалась, и человек замер, оглушенный взрывом и ослепленный вспышкой. Дарби нажала на спусковой крючок. Раздался хлопок и шипение. Сеть взвилась в воздух и расправилась, превратившись в пронизанную электрическим зарядом паутину. Она обернулась вокруг груди и лица офицера, опутав его липкими нитями. Нащупав наконец на полу пистолет, Дарби вскочила на ноги. Офицер испустил вопль изумления и боли. Он споткнулся и упал на пол, извиваясь, как насекомое, угодившее в натянутую пауком паутину.
Шатаясь и держась за перила, Дарби подошла к нему. Дыхание ее восстановилось, и она чувствовала, как с каждым шагом мышцы наливаются силой, но ребра по-прежнему горели огнем. Сеть полностью сковала движения мужчины. Ударом ноги Дарби сшибла противогаз с его лица. Он попытался потянуться к нему, но его пальцы угодили в липкую паутину. Тяжелым ботинком она наступила ему на руку, ломая пальцы. Он закричал. Она ударила его носком ботинка в висок, и он снова рухнул на пол.
Он не потерял сознание. Дарби слышала, как он хрипит, задыхаясь в дыму. Сеть ограничила его движения, но прежде он успел уронить на пол пистолет, который теперь лежал рядом с ним.
Легкие Дарби горели огнем, но уже выполняли свою работу. Она подняла пистолет и направила дуло в голову офицеру. Она уже хотела выстрелить, как внутренний голос ее остановил: «Он нужен тебе живой». Дарби бросилась в спальню.
Шторы хлопали на ветру, врывающемся в комнату через разбитые окна. Дым был повсюду. Его языки, извиваясь подобно змеям, ползли по стенам и потолку. Дарби осмотрелась. Офицер спецназа стоял на коленях возле кровати и не видел, как она вошла. Здесь же были останки близнецов и Чарли Риццо. Их, как и Джудит, расстреляли в упор. Но отца нигде не было видно. Марка Риццо освободили и забрали живым.
Четыре стремительных шага по ковру. Офицер оглянулся через плечо. Дарби не стала стрелять. Выпустив пистолет из рук, она схватила его за голову и резко рванула на себя. Раздался хруст сломанного позвоночника. Офицер обмяк и рухнул на пол.
Рядом с ним на полу Дарби увидела маленькую коробочку, в которой мигало окошко таймера, и от нее тянулись провода, подсоединенные к шести динамитным шашкам, связанным вместе.
За тонкой колышущейся завесой дыма светились красные цифры:
1:26.
1:25.
Быстрый взгляд в окно. Бронетранспортер все еще припаркован перед крыльцом, его задняя дверца распахнута настежь.
1:23.
«Ты можешь сделать это. У тебя есть время».
Дарби подняла пистолет и бросилась к выходу, продолжая считать на ходу. Офицер неподвижно лежал на полу. На вид он был приблизительно одного роста с ней и, учитывая тяжелую экипировку, весил не меньше двухсот фунтов.
1:19.
Еще один мощный удар в голову, так, на всякий случай, и она опустилась возле него на колени, положив пистолет у стены. Схватив офицера за ступни, она забросила его ноги себе на спину. На нем были черные брюки и тяжелые зимние ботинки. Однозначно не спецназ, на котором была одинаковая обувь и тактические брюки.
1:08.
Обхватив мужчину под колени, Дарби встала, вскрикнув от боли в груди, и свободной рукой схватила пистолет.
58 секунд.
В висках у нее стучало, дышать было тяжело. К тому же от тяжести тела, которое она тащила вниз по лестнице, казалось, что-то обрывалось в животе. Дарби переступила через лежащую в прихожей выбитую входную дверь и, выйдя на крыльцо, резко остановилась.
Глава 10
Похожий на Мэнни Рамиреса офицер спецназа, совсем недавно нахально рассматривавший ее грудь, лежал на дорожке перед крыльцом.
Его застывший немигающий взгляд был устремлен вверх, на мечущиеся на ветру ветки деревьев. Его бронежилет, нарукавники и перчатки, а также дорожка вокруг были забрызганы рвотой.
Рвота покрывала и тела на другой стороне улицы. С некоторых кто-то снял бронежилеты. На некоторых были противогазы, которые бойцы успели сдвинуть в сторону, прежде чем захлебнуться рвотой, потерять сознание и умереть.
Дарби прошла мимо лежащего на дорожке офицера и увидела, что из его рта, пузырясь, стекает на подбородок и щеки густая белая пена.
«Наверное, какой-то яд. Но что это за яд и как он попал в автомобиль? Как он мог…»
Движение на другой стороне улицы заставило ее вскинуть пистолет.
По лужайке соседского дома, шатаясь и спотыкаясь, хватаясь за горло руками в перчатках, брел спецназовец и судорожно хватал ртом воздух. Даже шорох листьев не мог заглушить его хрип. Его вырвало. Он упал на траву и пополз.
Это не яд. Что бы это ни было, оно переносится по воздуху.
Нервный газ?
40 секунд.
Дарби уже была возле задней дверцы автомобиля. Внутри она обнаружила тела еще двух спецназовцев Трента. Их лица покрывала все та же белая пена. Один из них был еще жив, но ни на что не реагировал, лишь безучастно моргал, глядя, как Дарби затаскивает в машину своего пленника.
У нее не оставалось времени на то, чтобы связать офицера. Захлопнув тяжелую дверцу, она снаружи закрепила ее ручки пластиковыми наручниками.
35 секунд.
Дарби открыла водительскую дверцу и увидела упавшего на руль водителя. Его убили выстрелом в голову. Ухватившись за пропитанный кровью воротник, она выволокла его из кабины.
Оказавшись за рулем и захлопнув дверь, она утопила педаль газа в пол. Медведь, как называл его Трент, сорвался с места и начал набирать скорость.
Трент… Старший капрал спецназа не говорил с ней через наушник. Она слышала только голос переговорщика, Ли. Она вспомнила, что слышала, как он кашляет, но это было уже давно. И с тех пор в наушнике царила полная тишина. Неужели они оба погибли? Неужели никто не выжил?
— Говорит Дарби МакКормик. Всем, кто меня слышит: я запрещаю приближаться к дому Риццо! Повторяю: не приближайтесь к дому Риццо! Весь спецназ погиб, надышавшись каким-то нервным газом. Я понятия не имею, о каких химикатах идет речь и как быстро они рассеиваются в атмосфере. Возможно, вокруг дома еще есть его остатки. Позвоните в местные больницы. Пусть срочно готовят бригады для дегазации местности.
В наушнике по-прежнему царила тишина.
Она должна позвонить 9-1-1 и сообщить диспетчеру о том, что произошло, и предупредить спасателей, чтобы они держались подальше от этого места. Их необходимо предостеречь, прежде чем они очутятся в химически зараженной зоне. То же самое касалось и местных больниц. Жертвы будут вбегать в приемные отделения, жалуясь на тошноту и затрудненное дыхание. Они будут нуждаться в дегазации и только после этого — в лечении. И если медики не будут одеты в защитные костюмы, то тоже подвергнутся серьезному риску.