Остается прятаться на земле — либо где-то в лесу, либо в одном из трех контейнеров, расположенных возле места взрыва, куда она и рассчитывала заманить водителя и пассажиров БМВ. Возможно, им захочется подойти к ней поближе. Может, они даже решат напасть первыми. В любом случае, она должна быть готова.

Ее глаза привыкли к темноте. Заглянув в воронку на месте взрыва, она увидела разрушенные стены подвала, засыпанные какими-то обломками и землей. Дарби вытащила следящее устройство из кармана и швырнула его в яму. Он ударился об обломок металла и зазвенел.

Теперь ей предстояло выбрать контейнер.

Всего их было три, но контейнер в начале подъездной дорожки, метрах в двадцати от воронки, обеспечивал отличный обзор как леса, так и места взрыва. Подбежав к контейнеру, она увидела, что он почти полон. Обуглившиеся доски, обгоревшая мебель, одежда… Просто идеально.

Дарби перекинула тактический ремень через плечо. Ремни для очков ночного видения были пришиты к черной шерстяной шапке. Она надела ее, предоставив очкам болтаться у подбородка, расстегнула куртку и забралась в контейнер. Она сгребла все темные вещи, до которых смогла дотянуться, и отбросила в сторону обгоревшие простыни и одеяло. В ее ладони впивались деревянные обломки и бог знает что еще, а ее колени стенали и плакали, пока она на четвереньках пробиралась к краю контейнера. Быстрыми расчетливыми движениями она разгребала мусор, пока не расчистила углубление, в котором можно было спрятаться. Критическим взглядом Дарби окинула результат своей работы. Пожалуй, сойдет. Затем расположила тактический ремень так, чтобы до него было легко дотянуться. Из кармана курки она извлекла глушитель и положила его рядом с пистолетом. Забравшись в вырытое углубление и лежа на боку, она накрылась простынями, а край одеяла натянула на голову. Осталось последнее: прикрыть себя сверху досками и прочим мусором.

Опираясь на локти, она перевернулась на живот, взялась за оружие и присоединила глушитель к пистолету. Острые края досок впились ей в ноги, а не вполне зажившие ребра протестующе заныли. Неудобно, но не очень больно. «Терпеть можно», — решила она.

Торчавший над краем мусор обеспечивал дополнительную защиту. Дарби натянула очки, и зеленый свет залил все вокруг, рассеяв темноту. Теперь она отчетливо видела улицу и каждое дерево в лесу. Она стиснула пистолет и замерла в ожидании.

Не считая шороха ветвей над головой, вокруг царила тишина. Тихо, темно, вдалеке от жилья и людей… Идеальное место для нападения. Если они не предпримут попытку покушения сегодня, то сделают это в один из ближайших дней. Она единственная, кому удалось выжить, и они считают, что она слишком много видела и слышала. Иначе зачем за ней следить?

Сколько их будет? Водитель БМВ мог вызвать подкрепление. Главное — понять, кто у них главный, и как можно быстрее снять всех остальных. Захватить оставшегося в живых и заставить его рассказать о Марке Риццо.

Возможно, чтобы выжить, ей придется уничтожить всех до единого. А что? Если снять их всех одновременно, у нее будет больше тел, больше улик, больше возможностей.

Ветер снова закачал ветки деревьев. Что-то упало и разбилось.

Звук донесся с противоположной стороны улицы.

Она не могла повернуться и посмотреть на дом. Хотелось надеяться, что это сделал ветер.

Дарби прислушалась, но все было тихо.

«Наверное, ветер», — решила она и снова начала всматриваться в дорогу.

Вскоре издалека послышался хруст гравия под колесами автомобиля.

Большим пальцем она сняла пистолет с предохранителя.

Хруст стих. Через секунду выключился и двигатель.

Дарби выжидала, присматриваясь и прислушиваясь к темноте и тишине.

«Вот они».

Глава 31

Дарби насчитала троих. С учетом роста и одежды, предположительно мужчины. Они стояли на северной опушке леса, неподвижные, как манекены, и вглядывались в чащу, как будто чего-то ожидая. Возможно, команды.

Что, если они заранее выслали вперед наблюдателя? Что, если в этот момент к ней уже кто-то подбирается?

Дарби медленно повернула голову направо, осматривая лес и дорогу.

Ни в лесу, ни на дороге больше никого и ничего не было. Конечно, автомобиль, высадивший эту троицу, мог остановиться где-то восточнее или южнее ее укрытия. Но чтобы проверить эту версию, ей пришлось бы встать.

Медленный поворот головы обратно к тем троим.

Они по-прежнему стояли и выжидали.

Дарби повернула голову налево, медленно и методично осматривая лес и дорогу, которая огибала его и поворачивала на главную улицу. Единственным, что она увидела, был ее мотоцикл, припаркованный в нескольких футах за трепещущей на ветру желтой полицейской лентой.

Если здесь и был наблюдатель или наблюдатели, они хорошо спрятались, она их не видела и не слышала.

Назад к троице. Все без изменений.

«Какого черта они ждут?»

Дарби глубоко вздохнула, ощутив запах обугленной древесины. Левой рукой она подняла к глазам подзорную трубу и медленно повернула окуляр, всматриваясь в стоящего впереди высокого человека. Ботинки, темные брюки и темная спортивная куртка с капюшоном.

Она навела резкость на лицо.

Его лицо, его настоящее лицо, было скрыто под такой же кожаной маской, какая была пришита к лицу Чарли Риццо. Капюшон закрывал часть лба, но не глаза. Ей показалось, что они устремлены на нее. Его губы шевелились, он что-то говорил.

Дарби навела трубу на его спутников.

За все это время они не шелохнулись. Они стояли несколько позади, смотрели и ждали. Снова переведя взгляд на лицо того, кто стоял впереди, Дарби увидела у его правой щеки что-то похожее на микрофон.

«Скорее всего, гарнитура мобильного телефона», — решила она. Очень удобная штука, оставляющая руки свободными и позволяющая сосредоточиться на задании. — Он кого-то слушает? Или отдает приказания? Если он отдает приказания, значит, кто-то…»

Движение перед окуляром.

Кто-то попал в поле ее зрения.

Дарби не шевелилась, сохраняя полную неподвижность и сжимая пальцами кольцо окуляра. Она медленно и беззвучно повернула его, наводя резкость и пытаясь разглядеть, кто или что промелькнуло перед объективом.

На земле перед воронкой, упершись ногами в его край, скорчился мужчина. Его лысая голова была изрезана шрамами. Он пристально вглядывался в яму, туда, куда она швырнула следящее устройство. Искалеченные пальцы стискивали странной формы полицейскую дубинку.

Щелкнула пружина, высвободив телескопический механизм. Металлические пластины орудия потрескивали электричеством.

Телескопический электрошокер. Они пришли сюда не убивать ее. Они хотели ее захватить. Живьем.

Мужчина у края понял, что в яме ее нет. Он поднял голову и огляделся. Его лицо тоже было чудовищно обезображено — возможно, ожогами. Грубую и темную плоть вдоль одной щеки стянуло в тугой узел, превратив губы в постоянную ухмылку, обнажающую кривые почерневшие зубы. Правым глазом он стрелял по сторонам, а левый представлял собой незрячее белое глазное яблоко.

«Вурдалак!» — промелькнуло у нее в мозгу. Вурдалак, одетый в современную одежду — темные мешковатые спортивные штаны и наполовину расстегнутую спортивную куртку, открывающую взгляду покрытую шрамами грудь. Изуродованная кожа туго обтягивала деформированные, как и у Чарли Риццо, кости. При каждом вдохе его ребра выступали наружу, а при выдохе в холодный воздух вырывались клубы пара.

«Вурдалак…» А как еще назвать это создание? Вурдалак спрыгнул вниз. В этот момент из леса донеслись жуткие звуки. Она перевела взгляд туда. Троица не двинулась с места.

«Они послали это чудовище отключить меня, а потом похитить. Куда они хотят меня отвезти? Туда, где держат Марка Риццо?»

Из разрушенного подвала донесся какой-то грохот, а затем крик боли.

К краю воронки приблизились еще две фигуры.