Марчант миновал автоматические ворота и вышел на шоссе. Как он и ожидал, движение было не особенно оживленным. Он услышал слабый шум приближающегося грузовика, его гудок был тихим и зловещим. В этот момент он понял, что у него заложило уши, и потряс головой. Марчант снова обернулся и посмотрел на здание клуба, черный дым поднимался в небо над Дели. Рикша затормозил рядом с ним, водитель посмотрел на него с тревогой и надеждой. Марчант сел на заднее сиденье и попросил отвезти его в Гокарну.
— Гокарну? — удивился водитель, улыбаясь в зеркало заднего вида и заводя маленький мотоциклетный двигатель. — Слишком далеко, сэр. Даже для Шивы. Может, в аэропорт?
— На вокзал.
— У «Гимкханы» неприятности из-за фейерверков?
Марчант кивнул и схватился за поручень, чтобы унять дрожь в руках.
— Большие неприятности, — сказал он.
Мимо них на огромной скорости промчался дипломатический автомобиль. Марчант посмотрел на голубую табличку с номером. Машина была американской. На мгновение ему показалось, что он узнал женскую фигуру на заднем сиденье.
Глава 32
— Существует ли вероятность того, что Марчант был в клубе? — спросил Филдинг, поднимаясь с пола и усаживаясь за обеденный стол.
— Сейчас вечер среды, — сказал Дентон, глядя на плоский экран, прикрепленный к стене. На нем демонстрировались снятые со спутника кадры горящего клуба «Гимкхана». — Мы говорили с Варшавой. Он наверняка пришел на вечернюю игру в бридж.
— То есть вы знали о том, что Марчант будет там? — спросил Алан Картер.
Он вышел, ненадолго покинув офис шефа, чтобы сделать пару звонков в Лэнгли, но затем вернулся. По просьбе Филдинга Энн Норманн с большой неохотой соединила его по специальной засекреченной линии.
— Думаю, вам это также было известно, — ответил Филдинг.
— Мы знали, что он в Индии.
— Он вышел на связь с полковником, который работал на индийскую разведку. Кайлаш Малхотра, когда-то он был вторым человеком в Агентстве внешней разведки Индии. Каждую среду вечером он играл в бридж в «Гимкхане».
— Мне жаль, — сказал Картер. — Наша резидентура в Дели собирается арестовать Марчанта. Я только что говорил с ними. В скором времени они выйдут на видеосвязь по засекреченному каналу.
— Я думал, что вас больше интересует Дхар.
— Так и есть. Но в субботу в Дели прилетает наш президент.
— Мы должны позволить Марчанту отыскать Дхара.
— Этот взрыв случился очень некстати, Маркус. И если выяснится, что Марчант на самом деле был в клубе, то я не смогу сдержать наших людей. Спайро не окончательно отстранили от дел. Директор может вернуть его. И после этого Спайро скажет, что мы должны во что бы то ни стало захватить Дхара. И с ним трудно будет не согласиться.
— Беда в том, что вы не знаете, где Дхар.
— Но полковник знал об этом. Он мог рассказать нам… вам, сэкономить время и спасти много жизней. — Картер снова посмотрел на телевизионный экран. Обожженные, изуродованные тела были выложены на крыльце клуба.
— Вряд ли он стал бы рассказывать нам об этом, — ответил Филдинг. — Ваши отношения с Дели намного лучше наших. Но все же Дхар стал для них национальным позором. Однажды индийская разведка пыталась завербовать его.
— Однако он с удовольствием рассказал Марчанту о месте нахождения Дхара.
— Будем надеяться, что так оно и было. В свое время он был близким другом его отца. Но мы не знаем, что именно он сказал. Сейчас мы даже не знаем, живы ли Марчант и Малхотра.
Картер ответил не сразу.
— Неважная складывается ситуация, не так ли? Дэниеля Марчанта подозревают в покушении на американского посла в Лондоне, а теперь он оказывается на месте взрыва в Дели, куда через три дня должен прилететь президент США.
— Только мы с вами оба знаем, что Марчант не виновен в этих событиях.
— Он просто всякий раз случайно оказывался на месте событий. Маркус, у меня уже сдают нервы. Скажите, зачем нам вообще сдался Марчант?
— Потому что его подставили. И если это были не вы, значит, кто-то еще, кому пока удается всех нас обвести вокруг пальца.
— Почему вы так уверены в этом?
— Я знал Стефана Марчанта. И я знаю Дэниеля. Он все еще жив, и он постарается выйти на контакт с Дхаром.
— Который разгуливает по Дели и подрывает клубы.
— Это был не Дхар, Алан. Поверьте мне. Человек, взорвавший эту бомбу, охотился за Марчантом.
В дверь постучали, и в проеме появилась голова Энн Норманн. Не обращая внимания на Картера, она обратилась к Филдингу:
— Сэр, на линии Лэнгли. С вами хочет говорить директор ЦРУ.
— Выведите изображение на второй экран, — распорядился Филдинг. — Спасибо вам, Энн.
— Вы не возражаете, если я возьму инициативу в свои руки? — спросил Картер, когда секретарша закрыла дверь.
— Действуйте, — сказал Филдинг.
Уильям Стрейкер — директор ЦРУ — появился на мигающем экране, расположенном рядом с монитором, на котором показывали дымящийся клуб «Гимкхана».
Дэниель запомнил грузчиков в красных рубашках еще со времени своего первого визита в Индию. Тогда он объездил страну вдоль и поперек. Но он ни разу не видел такого скопления этих людей. Они пробирались через толпу, собравшуюся на вокзале Низамуддин, неся чемоданы на своей покрытой чалмой голове, потные, улыбающиеся и постоянно что-то выкрикивающие. Взволнованные туристы — хозяева вещей — едва поспевали за ними. Марчанту на этот раз никто не докучал. Грузчики подходили к нему, но тут же снова растворялись в толпе, заметив, что у фаранги [18]не было сумок. Или все дело было в крови и копоти, покрывавшей его одежду? Возможно, его принимали за наркомана, одного из многочисленных туристов, чье путешествие заканчивалось тем, что они выпрашивали на улицах деньги, чтобы собрать на билет домой.
После того как рикша высадил его у входа на вокзал, Марчант купил в палатке, находившейся в центральном вестибюле, бутылку с водой и тщательно умылся. Он решил, что правильно поступил, направившись прямо сюда и не пытаясь забрать из гостиницы свой рюкзак. Его номер наверняка уже обыскали и перевернули все вверх дном. Паспорт Марлоу и деньги были надежно привязаны к его ноге. Когда он выберется из Дели, ему только придется купить себе новую одежду. Билет третьим классом до Карвара, находившегося неподалеку от Гокарны, лежал у него в кармане. Теперь он должен был добраться до восемнадцатой платформы, откуда через полчаса отходил «Мангала»-экспресс до Эрнакулама. Поезд отставал от расписания на двенадцать часов, что было не так уж и страшно для поездки, длившейся в общей сложности семьдесят семь часов.
Марчант шел, переступая через тела спящих людей и раздавленные пластиковые стаканчики; неожиданно он заметил какое-то оживление около поезда, тянувшегося, казалось, до бесконечности в обе стороны вдоль платформы. Две путешественницы — молодые белые женщины — о чем-то горячо спорили с индийским торговцем. Марчант присоединился к большой толпе зевак, собравшихся вокруг них.
— В нашей стране вы не можете ходить в полуголом виде и жаловаться на то, что наши мужчины дразнят вас Евами, — пронзительным голосом визжал торговец. Похоже, эту тему обсуждали уже несколько минут.
— Меня ущипнули за задницу! — заявила более молодая из двух женщин.
Марчант расслышал легкий австралийский акцент, который звучал несколько искусственно, и окинул взглядом ее фигуру. На девушке было так мало одежды, что она вполне могла сойти за стриптизершу. Женщина постарше была одета скромнее. Марчант стал протискиваться через толпу, решив, что ему представился удобный случай. Путешествие с группой могло стать для него отличным прикрытием. Женщины попали в переплет. Когда старшая сказала, что им нужно идти, толпа окружила их и не выпустила.
— Расступитесь же! — крикнула женщина с нарастающей паникой в голосе. — Нам нужно на поезд! Хватит! Отпустите нас!
18
Фаранга — иностранец, житель Западной Европы.