— Почему их не привезли сюда и не держат под наблюдением?
— Не видели необходимости. Не забывай, сегодня уже понедельник. Эта штука быстро дает о себе знать. Подхвати они ее, мы были бы в курсе. Кроме того, как я сказала, мальчишки не заходили на зараженный участок. Служба здравоохранения, кстати, поставила там надежное ограждение и взяла образцы почвы.
Пожалуй, в пятницу я слишком легкомысленно отнеслась к случившемуся. Велела Гейл позаботиться о предупредительных знаках и даже не проверила. С другой стороны, после того как Доминик Ашер предупредил главного инженера города и службу здравоохранения, ответственность лежала на них. Я не пыталась умыть руки, но что есть, то есть.
— Теоретически ты сама подвергалась высокой степени риска, — продолжала Кора. — Однако, как и ту троицу, мы не собираемся замуровывать тебя в больничной палате. Порядок такой: уезжаешь зачем-то из Каслбойна — ставишь нас в известность. А пока следи за температурой — поднимется выше тридцати восьми, и тебя доставят прямехонько сюда.
— Вертолетом «Скорой помощи»? — пошутила я, не зная, как выйти теперь из ворот больницы.
— Слышать о вертолетах не хочу. Покоя от них нет — все утро над головой тарахтят.
— Фоторепортеры?
Она кивнула.
— Откуда они узнали о мальчике?
— Репортер из «Айрленд тудей», с которым я встречалась утром, сказал, что кто-то из больничного персонала, услышав по радио о Терри Джонстоне, позвонил и сообщил, что поступил новый больной с теми же симптомами.
— Репортера звали Даррен Бирн, верно?
— Бирн, точно. Все спрашивал имя мальчика, но тогда мы даже от родителей скрывали, насколько все серьезно, а уж ему я тем более ничего говорить не собиралась. Имен других ребят он тоже не знал, хотя наверняка их разыскивает. А пока что у наших ворот толпа журналистов, санитарные врачи вот-вот нагрянут, служба здравоохранения вконец достала — каждую минуту требуют информацию о Стивене; их сам министр контролирует. Из-за какого-то болтливого репортера работать нормально не дают!
— Почему мальчик лежит у вас? Разве больница Бьюмонт в Дублине не лучше оборудована для таких случаев?
— Конечно, лучше, и мы готовились перевезти Стивена туда. Но когда состояние стало критическим, в службе здравоохранения решили, что он вряд ли выживет, перевозка ничего не даст, а болезнь может вырваться на волю.
— Ходят слухи, что в городе введут карантин.
— Полагаю, если Стивен умрет, служба здравоохранения рассмотрит такую возможность.
— Но если заболевают только от непосредственного контакта с зараженным участком кладбища, значит, от человека человеку инфекция не передается.
— Нет никакой уверенности, что Стивен заразился так, а не иначе. Ты сама спрашивала, был ли он знаком с мистером Джонстоном. Стивен мог контактировать либо с ним, либо с тем же источником заражения. Если его случай окажется летальным, смертность от инфекции достигнет ста процентов. При угрозе эпидемии уже при двух жертвах неизбежно принятие строгих санитарных мер, локализующих распространение болезни. Сегодня целые страны подвергаются практически полной изоляции, если там обнаруживают новое заболевание, пусть даже с невысокой смертностью. И когда чиновники от медицины слышат о неизвестной инфекции, появившейся вблизи кладбища с чумными захоронениями, они ох как сильно нервничают! Все, мне пора идти.
Очень хотелось узнать у нее имена и адреса трех других ребят, но у Коры и без меня голова шла кругом.
— Я видела каких-то людей в комнате ожидания. Это родные Стивена?
— Его родители.
— Родители? Такие молодые?
— И, боюсь, довольно безответственные. В субботу утром отпустили Стивена на улицу играть с приятелями. Мало того, сами вчера днем отправились в паб и просидели за выпивкой большую часть дня. А сына оставили под присмотром сестренки, которая едва на год его старше.
— Можно мне поговорить с ними?
— Только очень осторожно, — предупредила Кора.
— Они знают… об опасности?
— Им объяснили. Но… Ладно, сама увидишь.
ГЛАВА 17
— Так это ты, стерва, загубила нам ребенка? — не вставая со скамьи, набросилась на меня мать Стивена, не успела я представиться и выразить соболезнование ей и ее мужу Кевину.
— Послушайте…
— Успокойся, Трэйси. — Болтон хотел ее приобнять, но она оттолкнула его руку и замерла, уставившись в одну точку. — Жена сильно переживает. И чем вы таким занимаетесь, что все кругом потравили?
— Уверяю вас, мы вывесили предупреждение, — оправдывалась я, ругая себя, что сама не убедилась. — Мне жаль, что со Стивеном так вышло. Нам очень важно знать, как ваш сын заразился, чтобы спасти других.
Трэйси Болтон пришла в себя.
— Других? Не нужны мне другие. — Закрыв лицо руками, она зарыдала. — Мне сынок мой нужен…
Пусть Бог простит, но у меня мелькнула мысль, что она насмотрелась слишком много «мыльных опер» по телевизору. Было бы легче поговорить наедине с отцом.
— Где вы живете, мистер Болтон?
— В Эбби-Филдс.
— Кладбище Модлинс на другом конце города. Вы уверены, что Стивен играл там в пятницу вечером?
— А то. Он рассказывал, они играли в зомби, которые повылезали из могил.
— Мальчики заходили на огражденный участок?
Болтон насторожился.
— Хотите сказать, Стивен сам виноват? Ну да, чтоб нам компенсацию не дали. Вы к этому клоните?
— Я о другом. Знаете, с кем он играл?
— Откуда? С приятелями, наверное.
— Как их зовут?
— Кен Рейли, живет по соседству. Джейсон Лонг — из той части города, где зал игровых автоматов. С ними еще чернокожий парнишка гулял, вроде бы Аджи. Их дом в жилом комплексе через дорогу от нашего.
— Эй, ты! — Трэйси Болтон вскочила и стала между мужем и мной. — Не твое собачье дело, с кем мой сын играл! — заорала она мне в лицо. От нее разило спиртным и табачным дымом. Потом повернулась к мужу: — А ты заткнись лучше! — В бешенстве женщина плюхнулась на скамью и скрестила руки на груди.
— Я бы на вашем месте ушел, — посоветовал Болтон. — Зря вы вообще сюда пришли.
— Извините, — сказала я, протягивая ему руку, но он отвернулся и обнял жену.
Смеркалось, когда я разыскала троих мальчиков, игравших со Стивеном Болтоном. Джейсона Лонга и Кена Рейли ни дома, ни рядом на улице не было. Местные девчонки помогли найти их на краешке чахлого леса у границы жилого комплекса Эбби-Филдс. Одетые в серую перепачканную школьную форму, они сидели на стволе сваленного дерева. В дупле совсем недавно жгли костер, и запах древесного дыма еще не успел развеяться.
Стараясь казаться взрослыми, мальчики с угрюмым видом односложно отвечали на мои вопросы, иногда посмеиваясь и обмениваясь понимающими взглядами. Пришлось изменить тактику и сказать им, что я охочусь за скелетами.
Кен тут же попался на удочку.
— А как вы на них охотитесь?
— В земле ищу. На кладбище, где вы играли в пятницу вечером, их полным-полно… Одного или двух из тех, что нашла, в гробах пришлось оставить. А они куда-то исчезли.
— Мы к ним близко не подходили, честно, — сказал Джейсон. — Там барьеры стояли с надписями.
— Через ограждение перелезали? По участку бегали?
Мальчишки переглянулись.
— Перелезали, — признались они в один голос.
— А в больнице почему не сказали?
— Еще чего. Нам бы сразу укол сделали, — буркнул Кен.
— Аджи тоже лазил?
— Ему без нужды, он нас выслеживал, — объяснил Джейсон. — С ножом, как у зомби.
— С ножом, как у зомби?
Кен прикрыл рот ладонью, словно и так сказал слишком много. Но им было всего по девять лет, и напугать меня хотелось гораздо сильнее, чем выглядеть настоящими мачо.
— Ага, — кивнул Джейсон. — У него есть большой африканский нож. Если таким убьют, превратишься в зомби. Но за оградой ты в безопасности.
Слишком сильный страх дети не переносят, им обязательно нужно убежище, в котором можно считать себя в безопасности. По воле случая ребята спрятались там, где затаилось нечто действительно ужасное.