- Демагогия, - покачал головой Ален. – Хищник и жалость понятия несовместимые.
- Все! Прекратите, - вмешался Парсон. – Пустой спор. Выбора у нас действительно нет. Что прикажут, то и будем делать. А какие чувства при этом испытывает наемник, никого не волнует.
Аластанец изумленно посмотрел на сержанта. Раньше Джей никогда его не поддерживал. Наоборот, они всегда были непримиримыми врагами. Видимо, события последних лет заставили Парсона многое переосмыслить.
- Герцогу Видогу мы сейчас не нужны, - произнес Волков, садясь на рюкзак. – Хоросу тоже. У каких государств еще сложные отношения?
- У Комона и Эльзаны, Талата и Прайна, - откликнулся Кавенсон.
- Нет, граф Эстебан на Цекру не сунется, - сказал Андрей. – Октавия Торнвил уничтожит его.
- Вы не упомянули Грайд, - вставил Гутсон. – Натан Делвил трус, но Плайд потерпел поражение у Алционы и ослаблен. Самое время ударить по Гайрете или Церене.
- Не смеши меня, - проговорил Блекпул. – У Берда Видога достаточно сил чтобы отразить любую атаку. Масштабная операция невозможна по определению. Да и Сириус рядом, придет на помощь. Хотя… Провокация не исключена. Тут же поднимется волна сопротивления…
- Судя по боекомплекту, нам предстоит штурмовать хорошо укрепленную крепость, - заметил Стенвил.
- Вот, вот, - пробурчал Ален. – Взвод солдат пятого уровня стоит немалых денег. Кто-то потратил огромную сумму. И вряд ли…
- Взвод? – перебил аластанца Элинвил. – Но нас всего восемь человек!
- Ошибаешься, - произнес Джей. – Посмотри на центральные ворота.
Лишь сейчас друзья обратили внимание на приближающихся наемников. Их сопровождал худощавый капитан лет тридцати пяти. Этого наблюдателя Волков не знал. Вскоре появился Грег Лейрон. Он лично занимался переформированием подразделений. Как и ожидалось, майор назначил Парсона командиром взвода. Принципиально офицер ничего менять не собирался. Грег любой ценой хотел обезопасить Одинокого Волка. Лейрон был уверен, в самое пекло сержант товарищей не пошлет. Такова человеческая психология. Окра наглядно это доказала.
Солдаты думали, что их сразу отправят на погрузку, но майор приказал идти под навес. Значит, представитель арендатора еще не прилетел. Что ж, наемникам спешить некуда. Они расположились на пластиковых скамьях и принялись за сухой паек. Друзья не ели с самого утра, а обед и ужин на базе, похоже, не предусмотрен.
Эвис даже не представляла, что время может тянуться так долго. Сорок дней, всего сорок дней, но они превратились в целую вечность. Эмоции буквально захлестывали девушку. Неужели Эвис снова прильнет к груди Одинокого Волка, сольется с ним в страстном поцелуе? Эта любовь сводила ее с ума. А ведь свои чувства надо скрывать. Ни муж, ни мать ничего не должны заметить.
Дейла аланка не боялась. Он постоянно где-то пропадает с Грейсом Флеквилом, проблемы жены его мало интересуют. С графиней ситуация сложнее. Октавия необычайно проницательна. Могущественная правительница Сириуса не упускает ни одной мелочи. После покушения мать стала особенно подозрительной.
Пока она не обращает особого внимания на душевное состояние дочери. Но злоупотреблять этим нельзя. Эвис могут признать недееспособной, тогда путь к трону будет закрыт. Хотя на такой шаг графиня Торнвил вряд ли пойдет. Слишком велика опасность развода.
Не стоило забывать и о Лане. Она уже не маленькая глупенькая девочка. В словах младшей сестры то и дело звучит ядовитый сарказм. Порой создается впечатление, что Лана о чем-то догадывается. Она терпеливо ждет своего шанса. В нужный момент сестра без колебаний нанесет удар.
Чтобы не выдать себя, Эвис старалась как можно меньше бывать во дворце. Девушка опять активно занялась благотворительностью. Осматривая шахты Маоры, аланка провела на этой планете почти декаду. Таскону Эвис посещала еще дважды. Необходимо было получить подтверждение, что солдаты покинули Окру.
Лететь на базу девушка не рискнула. Ее частые встречи со Стафом Энгероном не останутся без внимания журналистов и контрразведчиков. Риск в данной ситуации недопустим. Комбинация сложная, тонкая. Небольшой сбой и тщательно выстроенный план рухнет, словно карточный домик.
Аланка прекрасно знала, что владелец компании следит за ее перемещением. Потому отправилась с визитом в город Беквил, находящийся всего в трехстах километрах от базы. Она сразу увидела в толпе майора Лейрона. Крепкий, коренастый офицер стоял в первом ряду с невозмутимым, каменным лицом. В его взгляде спокойствие и безразличие. Волны кричащих, подпрыгивающих обывателей разбивались о майора, как о скалу. Едва заметный кивок головы и мужчина исчез.
Эвис облегченно вздохнула. Теперь самая трудная, самая ответственная часть. Надо убедить мать взять в аренду наемников. Как это сделать, девушка уже придумала. Она устроит провокацию. Идея авантюрная, но гениальная. Все поступки Эвис будут иметь четкое, логическое объяснение.
В компьютерной сети девушка нашла ряд оппозиционный сайтов. На одном из них сообщалось, что скоро в кабрийском городе Дортен состоится митинг противников рабства. Подобные акции нередко заканчивались погромами и стычками с полицией. Именно это и было нужно аланке. Дата тоже удачная, за три дня до возвращения солдат на Таскону.
В назначенный день, никого не предупреждая, Эвис вылетела в Дортен. Ее сопровождали лишь два крензера. Появление герцогини Видог на митинге стало для всех полной неожиданностью. Служба безопасности не успела отреагировать. Взяв в руки микрофон, девушка начала говорить, что отменять рабство нельзя. Экономика страны держится на дешевом труде невольников.
Разумеется, речь Эвис не понравилась присутствующим. Раздался громкий свист, какой-то молодой человек попытался схватить герцогиню за руку. Телохранители девушки бесцеремонно отшвырнули его. Завязалась драка. Кто-то из толпы бросил в аланку камень. Он угодил Эвис в щеку. Из рассечения потекла кровь. В события тут же вмешалась полиция. На городской площади развернулось настоящее сражение. Закрывая герцогиню собой, крензеры кое-как пробились к лимузину.
Через несколько часов девушка уже была во фланкийском дворце. Со стороны аланка выглядела растерянной и подавленной. Свою роль она играла умело. Обработав рану, врач дал Эвис успокоительное и прописал постельный режим. Девушка не стала с ним спорить.
Подложив под спину подушку, аланка рассматривала в зеркало полученное повреждение. Ничего серьезного, камень вскользь задел щеку. Рассечение быстро затянется, потом шрам уберут пластические хирурги. Эвис грустно улыбнулась. За любовь приходится платить кровью. Дверь в спальню осторожно открылась. Без сомнения, это графиня. Девушка сразу сделала испуганное, угнетенное выражение лица.
- Не спишь? – спросила мать.
- Нет, - проговорила Эвис.
Октавия прошла, села на край кровати.
- Как самочувствие? – после короткой паузы поинтересовалась графиня.
- Ужасное, - ответила девушка. – Откуда в людях столько злобы? Что я сделала не так? Неужели нельзя высказать собственное мнение?
- Святая наивность, - иронично произнесла правительница Сириуса. – Я думала, ты повзрослела. Толпа не приемлет чужое мнение. Она безрассудна, нетерпима и агрессивна. Зачем ты вообще поехала туда?
- Даже не знаю, - Эвис утерла набежавшую слезу. – Надеялась, что меня услышат. Хотела переубедить демонстрантов.
- Понятно, - проговорила Октавия. – Ты все перепутала. На официальных мероприятиях ты герцогиня Видог. Придворные и чиновники заискивают перед тобой. Они трусы, лжецы и подхалимы. В их приторных речах нет ни слова правды.
- Значит, я принимала иллюзию за реальность, - прошептала девушка.
- К сожалению, - сказала графиня. – Запомни, народ – это стадо безмозглых конов. Куда их поведешь, туда они и пойдут. Но вставать на пути обезумевших животных не советую. Растопчут. Благотворительные акции – хорошая идея. Твоя известность, популярность растет. Но не увлекайся. Восторженные обыватели лишь пена на гребне волны. Сегодня ты звезда скандальной хроники. Репортеры во всех деталях сняли сцену нападения. Теперь мерзавцы ее смакуют.