Тот остановился. Сурово сдвинул брови:
- Кто такие?
- Оленеводы, - ответил один из братьев.
- Эх, вы. На оленях надо ездить, - махнул рукой генерал.
Если смотреть на "четверку" со стороны перешейка, то сразу за постройками будет хорошо видна уходящая в сопки дорога. Левее ее стоят конусообразные сопки - "три сестры". Одна из них в годы войны приняла в свое чрево флагманский командный пункт Северного оборонительного района Северного флота.
Капитально построенное подземелье сотнями нитей телефонных проводов соединялось со всеми частями и подразделениями 20-тысячного гарнизона. Здесь утверждались планы боевых операций, вручались ордена и медали.
Внутри подземелья пахнет сыростью. Прогнил пол. Телефонный коммутатор сиротливо висит в углу. Кабинет командующего генерала Кабанова завален обвалившейся кровлей. Еще несколько осторожных шагов - и ноги находят каменные ступеньки. Пронзительно скрипит открываемая крышка запасного выхода. Мы находимся на вершине сопки. Отличный вид!
Справа губа Большая Волоковая. На юго-западе, за полуостровом Средним, хорошо виден хребет Муста-Тунтури и даже еле заметная ниточка дороги через перевал. Южнее - бухта Озерко и темнеющий вдалеке каньон реки Титовки. А вот причал. Повыше - самое крупное на полуостровах воинское захоронение. За ним - мемориальный комплекс в честь защитников Среднего и Рыбачьего, а еще выше - боль всех рыбачинцев, заброшенная их столица, поселок Озерко.
Озерко
Поселок Озерко - типичное "дитя" эпохи "холодной войны", времени, когда в количестве и качестве танков, самолетов, ракет соревновались две системы. В результате по обе стороны океана вырастали все новые и новые военные гарнизоны, порой расположенные там, где Макар телят не пас.
В пятидесятые годы американцы стали отрабатывать варианты воздушного нападения на СССР. У них появились самолеты соответствующих типов с ракетным вооружением. Наша сторона ответила изобретением новейших по тому времени зенитно-ракетных комплексов. Противовоздушная оборона стала отдельным родом войск. На Кольском полуострове к 1 февраля 1957 года был сформирован корпус ПВО.
С 1 октября по 1 ноября 1959 года в обстановке строжайшей секретности из-под Таллина на Рыбачий был переброшен зенитно-ракетный полк, вооруженный 75-м зенитно-ракетным комплексом, тем самым, с помощью которого спустя год под Свердловском удалось сбить самолет-разведчик У-2.
До Мурманска эшелон двигался только ночью. Ночью же погрузился на суда Мурманского морского пароходства и выгрузился на Рыбачьем. И это в октябре-ноябре!
Полуостров встретил новых поселенцев ежедневными метелями, шквальными ветрами и отсутствием жилья. Дороги были такими, какими остались после войны. Новых никто не построил. Выгруженная на берег техника вязла в болотах. Мосты не выдерживали груза машин с ракетами.
В те дни офицеры работали рядом с солдатами, невзирая на звания. Дивизионы срочно выводились на боевые точки и сразу же обустраивались, подгоняемые надвигавшейся зимой и полярной ночью. До прибытия полка на полуостровах дислоцировались пограничные заставы 82-го погранотряда, посты наблюдения и связи Северного флота, батарея береговой артиллерии, стройбат, маяки. "Старожилы" встретили новоселов, помогли обустроиться.
В 1960 году поселок Озерко обозначился рядком сборно-щитовых домиков, называемых в народе "финскими". Появилась первая казарма. Параллельно с деревянными домами начали возводить капитальные каменные здания: в них разместились штаб, школа, столовая, дизельная станция.
Все делалось основательно и надолго. В конце шестидесятых - начале семидесятых в Озерко вырос первый на полуостровах пятиэтажный дом со всеми коммунальными удобствами.
Напротив него офицеры и прапорщики в личное время построили первый на полуострове хоккейный корт.
![Осиротевшие берега image006_temp.png](https://litlife.club/books/140183/read/images/image006_temp.png)
Осиротевшие дома населенного пункта Озерко. 1997 г.
Был в Озерко и приличный госпиталь. Начальная школа стала средней. Жители гордились своим музеем. В конце семидесятых он ютился в комнатушке при школе, но был богат экспонатами, которыми ветераны-рыбачинцы охотно пополняли его. Скоро музей "вырос": командование бригады отвело для него отдельное помещение.
Теперь настало время вспомнить добрым словом пропагандиста политотдела бригады майора Владимира Лысяка. Во многом его стараниями был создан новый музей, систематизированы экспонаты, налажена просветительная работа среди военнослужащих и гостей поселка.
А баня! Как не вспомнить об этой целительнице человеческих душ? Баня - это святое. В каждом военном гарнизоне она со своей изюминкой. Где картинами разукрашена, где оленьими рогами, где поставлена в таком месте, что дух захватывает. Неудачно срубленная в 60-е годы, озерковская баня совершенствовалась с годами. Особенно хороша она была в начале восьмидесятых годов в бытность начальником политотдела Полянского.
Как-то группа ветеранов, воевавших на Рыбачьем, вернулась в Озерко после похода по местам боев. Встретивший их Полянский провел всех в гостиницу и как само собой разумеющееся сообщил:
- Баня натоплена, ждет вас.
В группе было несколько женщин. Проводили их мужчины в баню, а сами прогуливаются по поселку. Естественно, заходят в магазин. И тут им попадается отличное вино "Старый замок".
- К парку то, что надо, - говорит Полянский.
- А что, ёк макарёк, ни разу в жизни на Рыбачьем не пил вино, все спирт или водку, - поддерживает Полянского писатель Кожуховский.
Купили мы с десяток бутылок и стали думать, как передать парочку женщинам. Тут ветеран Жданов и предлагает;
- Войду в баню. У меня уже справка о старости. Думаю, простят деда, не то видел.
Положили мы Анатолию Степановичу в карманы по бутылке. Постучался он в дверь. Зашел в прихожую. Смотрит, все отделано деревом. Одежда женская висит. Стучит в следующую дверь. А там комната отдыха с пыхтящим самоваром и небрежно разбросанными простынями.
Жданову бы остановиться, оставить вино и уйти. Так нет же, он настырный. Стучится в моечную:
- Девочки, это я. Не бойтесь, у меня спра...
Досказать не успел. Дверь распахнулась. Послышался визг, в лицо полетела вода...
Вот ведь конфуз какой, - ворчал потом Жданов, стряхивая с себя мыльные капли. Обе бутылки были у него в карманах.
- Кто следующий? - давясь от смеха, забавлялся Кожуховский. К счастью, "справок" больше ни у кого не было. Женщины обошлись без вина.
Та баня сгорела при весьма банальных обстоятельствах. Дело было так. Ждали в Озерко высокого военного начальника, который классно делал две вещи: раздавал "фитили" и парился в бане. В день приезда гостя солдат-истопник стал готовить баню с шести утра. К обеду она дышала паром и жаром. Измотанный солдатик смыл с себя сажу и с разрешения дежурного по части пошел отдохнуть. Спустя час на площадке приземлился вертолет.
Едва ступившему на землю генералу доложили о делах военных и между делом о том, что баня готова. А он, сухо со всеми поздоровавшись, пропустил это упоминание мимо ушей и принялся всех, кого ни попадя, ругать. Выпустив "пар", генерал закурил, и тут все увидели, что над поселком поднимается столб белесого дыма.
- Вот те на, кажись, баня загорелась, - произнес в наступившей тишине ветеран службы на Рыбачьем Григорий Журавлев.