Правая разграничительная линия 16-й мехдивизии была определена по Кумо-Манычскому каналу до его соединения с Кумой и далее по Куме в направление Каспийского моря. Слева дивизия должна была действовать по направлению на Юсту-Енотаевку. Тыловое снабжение обеспечивалось железной дорогой Ставрополь-Петровское-Дивное. Немецкие железнодорожники едва не разобрали эту ветку, намереваясь использовать рельсы и шпалы в другом месте, и только вмешательство Хенрици предотвратило такое решение. Тогда же Хенрици озаботился картографическим материалом. Первоначально в его распоряжении была только трехкилометровая карта, но затем удалось достать трофейную советскую карту 1 см = 1 км. Немецкие геодезисты быстро размножили ее.
Две дивизии — 16-я моторизованная и 34-я гвардейская — шли навстречу друг другу.
14 августа появившийся в Астрахани всего тремя днями ранее 107-й гвсп полковника Н.Е.Цыганкова вышел на оборонительный обвод в районе Линейного. Полк располагал двумя самолетами-разведчиками (видимо У-2) и 27 машинами — по одному грузовику на взвод.
18 августа передовая часть 107-го гвсп, а именно, 3-й батальон капитана А.И.Овчинникова[28], достигла Яшкуля. Овчинников уже обладал опытом боевых действий, правда, только Халкин-Гола и финской кампании. Его батальон был усилен батареей противотанковых орудий 84-го гвап лейтенанта М.О.Ворона.[29] Отряд пулеметчиков старшего лейтенанта В.М.Алябьева, прибывший сюда на автомашинах 14 августа, отошел к Чилгиру, небольшому селу северо-западнее Яшкуля, прикрывавшему проход в тыл батальона Овчинникова. В Улан-Эрге расположились отошедшие из Элисты милиционеры — примерно 50 человек. Стояла обычная для этих мест погода, то есть пекло порядка 40 градусов в тени. Воды не было. Бойцы получали не больше одной фляги в день. Так что бриться получалось не всегда, и гвардейцы несколько обросли.
Задачи перед гвардейцами поначалу ставились невоенные. В архивах Минобороны сохранилась расшифровка телеграфного диалога между замкомандарма Яновским и полковником Цыганковым, датированная 23 августа. Единственным вопросом, интересовавшим Яновского, был перегон скота на запад. Почему этим нужно было озадачивать элитную воинскую часть, и нельзя было направить в степь один-два взвода курсантов или УРовцев — неизвестно. Немцы, между прочим, уже вышли восточнее Элисты.[30]
В воздухе господствовали летчики 289-й авиадивизии. 18 августа в 8.45-9.05 девять Ил-2 с высоты 700-300 метров отбомбились по Элисте. В докладе командир полка указал, что было сожжено 15 автомашин, 4 автоцистерны, а ФАБ-100 угодила в здание республиканского Правительства, где, предположительно, располагался немецкий штаб. В общей сложности было сброшено 36 ФАБ-100, выпущено 68 РС, 1450 снарядов Ярцева и 6170 патронов ШКАС. Немецкие зенитчики упорно отстреливались: половина самолетов получили по 5-7 пробоин в крыльях и фюзеляже.[31]
19 августа советская авиаразведка отметила нахождение в Элисте немецкого пехотного полка и нескольких танков. В Ремонтном была отмечена германская пехота, а в Приютном — артиллерия. Войска противника были обеспокоены не столько продвижением к Астрахани, сколько охотой за домашним скотом. Наши летчики отметили, что несколько стад немцы развернули на запад.
20 августа советские войска продолжали занимать оборонительный обвод на широкой дуге. 116-й УР окончательно вышел к Джакуевке, 2-й батальон 1-го АВПУ капитана Постилова добрался до Сарпы, восточнее одноименного озера. Остальная часть курсантского полка застряла у Джакуевки — 12 имевшихся грузовиков имели всего по полбака горючего.[32] 78-й УР занял окопы у Ницана. Здесь же частью сил находилась торопящаяся на запад 34-я гвсд. Ее основные силы, кроме выдвинувшегося далеко на запад 3-го батальона Овчинникова, достигли Утты. Ожидалось прибытие 152-й осбр. Эта бригада была сформирована 28 декабря 1941 года в Южно-Уральском военном округе, преимущественно в г.Гурьеве, и еще не принимала участия в боях. Артиллерии в бригаде было негусто — 23 орудия и 45 минометов.[33]
20 августа немцы заняли Улан-Эрге и попробовали выдвинуться дальше по дороге на Астрахань. В 1.5 км восточнее Улан-Эрге Овчинников отогнал их передовой отряд, очистив от противника Ревдольган. У немцев был подбит танк, который они смогли оттащить на тягаче.[34] Мы потеряли 4 человека убитыми и 6 раненными.[35]
21 августа батальон 370-й немецкой пд с тремя танками вошел в Улан-Эрге, поддержав свой передовой отряд. Вскоре они начали окапываться в 1.5-2 км восточнее поселка. Немецкая пехота была замечена в местечке Джеджекины в семи километрах западнее Ики-Бурул. Из Элисты и Бага Бурула (нынешний Городовиковский район) быстро продвигалась мотопехота. Перед ними стоял только 3-й батальон 107-го гвсп, отступивший к Яшкулю. Ближайший сосед — 2-й батальон того же полка — окапывался в Утте. Затем в Утту подошел и 1-й батальон. Таким образом, весь 107-й гвсп был в сборе. Отряд Алябьева в Чилгире был сменен ротой Хитова из батальона Овчинникова. Алябьев теперь занял ферму № 1 совхоза Улан-Хеечи южнее дороги. В небе вновь появилась советская авиация, осуществившая штурмовку в районе Улан-Эрге — Элиста. Летчики отчитались об уничтожении 20 автомашин, 200 солдат и офицеров, 4 танков и взвода конницы.
24 августа состоялся первый из последующего множества бой советских войск с бандформированиями. Разведгруппа 49-го отдельного железнодорожного батальона уничтожила группу из 40 человек, а еще 10 взяла в плен. Среди трофеев оказались ручной пулемет, ППД и несколько винтовок. Разведчики потерь не понесли. Сам бой происходил практически на побережье Каспия, у Брянской Косы.
25 августа передовая группа 16-й мд выдвинулась через Ипатово в Дивное (боевая группа Ларохе). В группу входили 165-й мотоциклетный батальон с двумя батареями 146-го артиллерийского полка, 3-я батарея 228-го противотанкового дивизиона и взвод других родов войск. Вечером отряд вошел в Дивное, откуда через Маныч открывалась дорога на Элисту. В столицу Калмыкии срочно была направлена мотоциклетная рота и 3-я батарея 228-го противотанкового дивизиона. Она вступила в город. Навстречу выходили последние части 370-й пд, передислоцированной на Терек.
Между тем 25 августа близ Улан-Эрге состоялось боесоприкосновение сторон. Бой шел несколько часов, с 05.00 до 10.00. С нашей стороны действовали две роты 3-го батальона капитана Овчинникова. С немецкой стороны — отряд 2-го батальона 667-го полка 370-й пд.[36] Советские войска атаковали гарнизон с северо-востока, причем один взвод, выброшенный на автомашинах, даже смог ворваться в поселок, но, встретив сильное огневое сопротивление, под воздействием контратаки немцев, отошел к батальону, залегшему перед Улан-Эрге. Все утро роты 3-го гвсбат провели в степи, ведя перестрелку с немцами.[37]
Погиб младший лейтенант Август Козловский, который получил ранение и во избежание плена подорвал себя и нескольких германских пехотинцев гранатой. Потери немцев советская сторона оценила в 50 человек. Удалось взять трех пленных, что по тем временам было большой редкостью. Впрочем, особой информации от них получить не удалось — пленными оказались обычные солдаты, знавшие крайне мало и в основном поделившиеся с советскими особистами слухами об итальянской дивизии, которая вскоре должна сменить их часть.[38] На поле боя было также собрано 5 револьверов и 19 винтовок.[39]
28
умер в 1975 г. в Москве
29
умер после войны в Киеве
30
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 9, л.д. 20
31
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 2а, л.д. 54
32
ЦАМО. Фонд 382. Опись 8465, дело 2а, л.д. 21
33
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 14, часть 1, л.д. 30
34
Здесь и далее, в соответствии с терминологией донесений оперотделов, глаголы «подбит», «сбит» предполагают за собой повреждение техники, не тождественное ее уничтожению
35
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 15, л.д. 3
36
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 2а, л.д. 101
37
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 14, часть 1, л.д. 21
38
ЦАМО Фонд 382, опись 8465,дело 9, л.д. 9
39
ЦАМО Фонд 1122, опись 2,дело 38, л.д. 6-15