Тревожное полнолуние
![Тревожное полнолуние i_001.png](https://litlife.club/books/137706/read/images/i_001.png)
1
Моя сестра, Эликс, закинула назад голову, прикрыла свои ярко-голубые глаза, открыла от и разразилась долгим звериным воем.
Я сделал глубокий вдох и начал выть вместе с ней. Потом сложил руки рупором вокруг рта и завыл ещё громче. Мой пронзительный крик смешивался с голосом Эликс.
Оооооооооооо!
Скраффи, наша длинношёрстная такса, дернул головой, присел на свои коротенькие задние лапки и начал заливисто лаять.
И чем дольше мы выли, тем громче он лаял.
Мама крикнула так, что перекрыла наш вой:
— Робби, Эликс, перестаньте мучить собаку!
Мы с Эликс прекратили выть. И повалились от смеха на ковёр в гостиной. Скраффи ещё немного повизжал. Он с трудом дышал, помахивая обрубком хвостика.
Я схватил собаку, перевалился на спину и поднял её над собой. Она начала лизать мне лицо. Мне показалось, что она просит меня больше никогда не выть.
— Вы же знаете, что Скраффи не терпит, когда вы вот так воете. И почему вы любите так доводить собаку, — нахмурившись спросила мама, стоя в дверях.
— Потому что это забавно, — ответил я.
По какой-то причине это показалось нам смешным, и мы с Эликс так и покатились со смеху.
— Ничего смешного, — сказала мама. — Почему бы вам не выбрать для забавы кого-нибудь вашего же размера?
— О’кей, — согласился я. — Беру Эликс.
Я схватил сестру за плечи и повалил на пол.
Она закричала и ударила меня в живот.
Скраффи прыгнул на неё и снова начал лаять, будто стараясь защитить меня.
— Вставайте! — сказала мама. — Идите и проверьте сумки, которые я вам собрала для поездки к дедушке. Всё ли я уложила из того, что вы хотели.
Мы с Эликс застонали.
Мы оба высокие и чуть полноватые. И примерно одного роста, хотя мне двенадцать лет, а ей одиннадцать. У нас прямые тёмные волосы и голубые глаза.
Оба любим капризничать и выражать недовольство. И гордимся этим.
— Зачем нам ехать на ночь к дедушке Джону? — заныл я.
За спиной мамы появился папа, который нёс две наши сумки. Он ответил на мой вопрос:
— Потому что дедушка одинок. Он соскучился и хочет видеть вас обоих.
— Но он всегда рассказывает нам страшные истории! — воскликнула Эликс.
— Дедушка Джон вечно старается напугать нас! — добавил я.
Папа понёс сумки к двери, и, нахмурившись, сказал:
— Но вы сами говорили мне, что вам нравится, когда вас пугают, помните?
— Ну… да, — ответил я, встал с пола и пошёл проверить свою сумку.
Папа был прав. Нам с Эликс нравились страшные фильмы и книги. И мы сами выдумывали страшные истории, когда присматривали за маленькими детьми.
Наступил октябрь, и мы уже начали обдумывать необычные костюмы для праздника Хэллоуин.
Мы на самом деле любили страшилки. Но дедушка Джон рассказывал нам слишком уж ужасные истории.
Я хочу сказать, что и выглядел он очень странно: высокий, худой и бледный. Он напоминал мне какое-то насекомое, белого паука или жука богомола, когда, сложив свои костлявые руки, он смотрел на нас выпуклыми водянистыми глазами.
Дедушка Джон жил один в небольшом домике в самой лесной чаще. Мы с Эликс не могли спокойно заснуть, когда оставались там на ночь. Всё время завывал ветер, а под самым окном спальни раздавались странные крики и вой каких-то зверей.
Но это не было единственной причиной, по которой мы не могли сомкнуть глаз. Каждый раз дедушка Джон ждал, пока наступит глубокая ночь. Потом разжигал яркий огонь в камине и рассказывал нам жуткие истории, от которых целую неделю нам снились страшные сны.
Истории, которые, по его словам, были правдивыми.
Как, например, история про ученика пятого класса, у которого не было головы. Он приходил в школу каждый день, несмотря на то, что ему отрезали голову и закопали её на игровой площадке.
Или историю про двух девочек, которые утонули и превратились в зомби. Они жили под водой и питались тем, что находили на дне озера. И ради забавы хватали пловцов за лодыжки и тянули их вниз, чтобы они навсегда оставались жить с ними.
Весёленькие истории, правда?
— Эта пижама больше мне не годится, — пожаловалась Эликс, вытаскивая её из сумки и бросая через всю комнату. — Зачем ты её положила? Ведь знаешь, что я не могу её надеть.
— Ну ладно, иди наверх и сама выбери себе пижаму, — вздохнула мама.
— А почему Скраффи не поедет с нами? — спросил я, почёсывая собаку за ухом. — Ему нравится бегать по лесу.
— О, да, конечно! — Папа округлил глаза. — Скраффи настоящая охотничья собака! Да он боится даже листьев!
Мама и папа рассмеялись.
— Ха-ха, — передразнил я их. — Он вовсе не боится листьев, разве только больших листьев!
Я взял собаку на руки.
— Ну, мальчик, поедем к дедушке Джону.
— Оставь его в покое, — сказала мама. — Ты сам знаешь, почему Скраффи нельзя брать к дедушке Джону. У него аллергия на собак. Он от них чихает и у него появляется сыпь.
— Ап… ап… — Я широко раскрыл рот и громко по-настоящему чихнул.
Эликс рассмеялась, запихивая в сумку ночную рубашку.
— А у меня аллергия на дедушку Джона, — заявил я. — Может быть, мне остаться дома с Скраффи.
— Отлично, — саркастически заметил папа. — Давайте укладывать вещи в машину. Уже поздно.
Я вздохнул и отпустил Скраффи. Взял куртку, подхватил сумку и направился к двери.
И вышел в ясную, прохладную ночь. Я видел пар от своего дыхания. Было похоже скорее на зиму, чем на начало октября.
Пока я шёл к машине, у меня по спине пробежал холодок.
И почему это у меня были такие плохие предчувствия перед поездкой к дедушке Джону?
Почему мне казалось, что этот визит окажется самым страшным из всех?
![Тревожное полнолуние i_002.png](https://litlife.club/books/137706/read/images/i_002.png)
2
Путь к домику дедушки Джона занимал примерно час. Мы с Эликс сидели на заднем сиденье и целый час спорили насчёт наших костюмов к празднику Хэллоуин.
— Мы оба могли бы стать гигантскими покрытыми мехом жучками из межпланетного пространства! — настаивала Эликс.
— А где вы достанете мех? — поинтересовался папа.
— Обреем Скраффи! — пошутил я.
— Совсем не смешно, — заметила мама.
Папа свернул с шоссе на груновую дорогу. Дедушка Джон ждал нас на дорожке, которая вела к дому. Я увидел оранжевые отблески от разведённого в камине огня.
Дедушка Джон был одет в куртку цвета хаки и красную фланелевую рубашку. Он двинулся к нам походкой кузнечика, наклоняя голову вперёд при каждом шаге. Длинные седые волосы его развевались на ветру.
Он открыл заднюю дверцу машины и посмотрел на меня с Эликс своими выпуклыми глазами.
— Ну, ну, ну, — сказал он, ухмыльнувшись.
— Здравствуй, дедушка Джон, — поздоровался я, вылезая из машины на прохладный воздух.
Дедушка Джон сложил руки и сказал:
— Добро пожаловать в мой дом, сказал паук мухе! — И ухмыльнулся ещё шире.
Деревья гнулись и шумели от ветра. В облачном небе плыла неполная луна. В свете фар я увидел большую коричневую мышь, которая пробежала возле коттеджа.
Меня снова пробрала дрожь.
Каждый раз, когда я оставался у дедушки Джона на ночь, я слышал шорох маленьких лапок где-то над потолком. И мне казалось, что весь дом наполнен большими коричневыми мышами.
После объятий и приветствий дедушка Джон повёл нас в дом. Внутри было тепло. В камине потрескивали сосновые поленья, рассыпая яркие жёлтые искры. В доме стоял затхлый запах табака: дедушка Джон выкуривал трубку каждый день сразу после обеда.
— Это что, новое кресло? — спросил папа, указывая на широкое мягкое кресло из зелёной кожи, стоявшее перед камином.