Она украдкой взглянула на него. Крис смотрел куда-то вдаль, и его лицо не предвещало ничего хорошего.
– Теперь ты понимаешь, почему я не хочу возвращаться в Англию? Рэйфорду отчаянно нужны деньги, а значит, он снова продаст меня любому, кто хорошо заплатит. И в следующий раз мне уже так не повезет.
– И куда ты собиралась бежать?
– Куда угодно, лишь бы подальше от Рэйфорда, пусть даже мне пришлось бы работать посудомойкой в самой дешевой таверне. Я не хочу зависеть от Рэйфорда, а свою девственность я отдам только тому, кого выберу сама.
Крис наконец взглянул на нее, но она не могла понять выражение его лица.
– Я понимаю твое нежелание вернуться в Англию, София, но…
– Но что?
– Я говорю о другом. О том, что произошло семь лет назад. Прошу тебя, объясни мне, почему ты говорила, что любишь меня, а сама согласилась выйти за Десмонда?
– Я действительно любила тебя.
– Нет, не любила! Тебе нравилось привлекать внимание двух мужчин, мучить нас своими грешными глазами и лживым ртом. Зачем ты это делала?
Его глаза, казалось, молили о правдивом ответе, но София колебалась. Что это изменит? Это не изменит его мнения о ней. Один раз он уже разбил ее сердце, и она не хотела, чтобы это случилось еще раз.
– Возможно, мне действительно нравилось внимание двух красивых юношей, – соврала она. – Но ведь я была просто глупая девчонка и не думала, что все так страшно закончится.
– Но ведь именно так и закончилось, – упрямо сказал Крис.
– Да, ты прав, но ведь это не я убила его, – прошептала она и тут же пожалела о своих словах, потому что он просто развернулся и ушел.
А Крис, ворвавшись в свой кабинет, с грохотом захлопнул дверь. Слова Софии жгли его огнем. Ни он, ни Десмонд не собирались убивать друг друга. Это было просто дружеское соперничество за женщину, которой хотели обладать они оба.
Крис налил себе рома и сел в кресло. И что теперь делать с Софией? После ее рассказа он понимал, почему она не спешит возвращаться к такому любящему братцу. Но после скандала с Ригби в гостинице ей не найти здесь места гувернантки.
Может, сама судьба привела ее на «Смелый»? Почему его все еще волнует ее благополучие? Крис не заметил, как выпил весь стакан. Алкоголь побежал по жилам, но не дал ответа на мучивший его вопрос.
Крис налил снова, а потом еще раз. Он не знал, сколько просидел так, но слышал, как София вернулась в дом и поднялась наверх.
Крис продолжал сидеть в кабинете. И чем дольше сидел, тем больше рома выпивал. Алкоголь странно подействовал на Криса. Боль и горечь куда-то исчезли, и осталось одно желание – обладать этой женщиной, которая стала причиной всех его несчастий.
У него все внутри сжималось от желания переспать с Софией.
У Софии было чувство, словно тяжелый камень лежит на сердце. Она не хотела обидеть Криса и ждала, что он вернется. Но он не вернулся, и она отправилась спать. Девушка легла в постель, но не могла уснуть, то ли оттого, что спала перед ужином, то ли оттого, что было слишком жарко.
Она открыла настежь окна и снова легла, когда услышала шаги за дверью. Крис? Наверное, его комната по соседству? Этого она не знала, а времени осмотреть дом у нее еще не было.
Может, уехать завтра из «Сансет Хилл»? Криса явно тяготит ее присутствие – оно бередит старые раны. Девушка еще долго размышляла о них обоих, пока, наконец, не уснула.
Ее разбудил слабый шум. София села на кровати. Звук доносился с балкона. На фоне окна возник темный силуэт, и София хотела было уже закричать, когда узнала Криса, фигуру которого обливал яркий лунный свет, лившийся с балкона. Она смотрела, как он приближается к ней – огромный, опасный. Лунный свет посеребрил ему волосы, огрубил черты лица. Огонек масляной лампы заколыхался, и София почувствовала запах серы.
– Что тебе надо? – спросила она, кутаясь в простыню.
Он посмотрел на нее так, словно сам был удивлен, почему оказался здесь.
– Я пришел извиниться, – язык у него слегка заплетался.
София внимательней присмотрелась к нему.
– Ты же пьян!
Крис помотал головой.
– Я уже давно не напиваюсь.
Но она не верила.
– Уходи.
– Не уйду, пока не извинюсь за то, что ушел и бросил тебя в саду.
Он что, действительно хочет извиниться?
– Крис, уже поздно. Может, это подождет до завтра?
– Это, может, и подождет, но я не могу ждать.
Он присел на край кровати.
– Ты сказала правду. Я держал пистолет, я стрелял, но я же стрелял мимо!
– Я знаю, ты считаешь, что я виновата, и мое присутствие в доме тяготит тебя.
Крис взъерошил себе волосы.
– Верно, твое присутствие тяготит меня, но совсем по другой причине. Ты искушаешь меня, и я ничего не могу с этим поделать. Я сам не свой в твоем присутствии. Но начинать все заново? Это исключено.
София кивнула.
– Я уеду из «Сансет Хилл», но не вернусь в Англию.
София коснулась его руки. Он напрягся, словно его пронзил электрический разряд. Девушка попыталась отстраниться, но он, зарычав, прижал ее к себе так крепко, что она едва могла дышать. И тут он впился в ее губы поцелуем. Его поцелуй отдавал необузданной, неизъяснимой страстью, и София поняла, что эта страсть кипела в нем на протяжении всего этого времени, неосознанная, невостребованная. Его язык скользнул ей в рот. Глубже, глубже… На языке ощущался привкус рома. Через мгновенье он уже лежал рядом с ней, сам не понимая, как это произошло.
София попыталась оттолкнуть его. Она знала, что ему нужно, и не могла позволить ему это сделать. Если сейчас она ему просто не нравилась, то утром он будет ее презирать. Пусть сейчас он и не согласен с этим, София понимала, что он пьян, а когда протрезвеет, обвинит ее в том, что она его соблазнила.
Когда Крис оторвался от ее губ, чтобы отдышаться, София попыталась воспользоваться этой возможностью и заговорила:
– Крис, ты ведь этого не хочешь.
– Хочу, хочу. Очень хочу. – Он сделал глубокий вдох. – Ты пахнешь цветами. Пусть за это возляжет на меня вечное проклятье, София, но мне нужно войти в тебя.
Его слова сломили сопротивление Софии. Она мечтала об этом с того самого момента, когда Крис появился в ее жизни. Сейчас ее захлестывали острейшие ощущения – его тело так близко к ней, соски прижаты к его груди, а запах, грубость его кожи… Прошедшие годы не стерли из ее памяти мужчину, в которого она когда-то влюбилась.
Но София не хотела Криса вот так. Он вожделел ее тела, но ему было все равно, кто она такая. Как бы то ни было, он по-прежнему собирался выслать ее с Ямайки против ее воли.
Но сейчас Софию мучили незнакомые ощущения. Крис стянул с нее покрывало и медленно приподнял ее рубашку, обнажив тело. Хриплый звук сорвался с ее губ, когда он положил руки на внутреннюю поверхность бедер и раздвинул ей ноги.
София готова была потерять голову, когда Крис пальцами развел половые губы, обнажив самую уязвимую часть ее тела. Медленно-медленно он наклонил голову, и, прежде чем София поняла, что он собирается делать, она почувствовала его горячее дыхание, дразнящее ее нежную плоть.
– Крис, что…
В то мгновенье, когда его губы коснулись ее тела, София вскрикнула. От неожиданности она не могла сдвинуться с места, и неописуемое ощущение от его ласк заставило ее изогнуться от невероятного наслаждения. Клитор пульсировал – такой нежный, сведенный от вожделения, которого она не знала раньше. Когда Крис провел по нему языком, она застонала, рефлексивно дернув ногами. Он нажал сильнее на внутреннюю сторону бедер, чтобы остановить ее. Его язык ласкал самые интимные изгибы ее девственного тела.
Когда он тихонько сжал клитор зубами, София начала метаться на подушке, хватаясь руками за его плечи. Она дергала бедрами в поисках хоть чего-то, что прекратило бы это невероятное мучение. Ей казалось, что она дрожит на краю пропасти, охваченная наслаждением, от которого прерывалось дыхание.
Неожиданно для самой себя София провалилась в темную бездну взрыва наслаждения, настолько резкого, что все тело задрожало. Она закричала, затерявшись в вихрях оргазма, а ее руки прижимали к себе его голову. А затем ее тело обмякло, и лишь прерывистое дыхание нарушало сгустившуюся тишину.