Бескнижье новых поселенцев
Библиотекарь
Бескнижье новых поселенцев
– Библиотеки? – хмурится лауреат премии имени Василия Шукшина, известный пермский прозаик Виталий Богомолов. – В глухие 50-е годы в моей родной деревне Межовка отсутствовали электричество и радио, но были три библиотеки! И зимней порой даже трактористы приходили туда и брали книги. Сейчас, в ХХI веке, в этой деревне, как, впрочем, и в других деревнях Пермского края, библиотек как таковых не осталось. Разве что в поселениях. Где административный центр объединяет куст сёл и деревень, там ещё есть библиотека…
Когда возникла эта административная единица – «поселение», мой внутренний слух начал противиться. Что за уничижительно-возвратное наименование? Оказалось, противился не зря. Вот что мне поведала Людмила Ведерникова, заведующая отделом научно-исследовательской и методической работы краевой библиотеки им. Горького, заслуженный работник культуры РФ:
– Реформа местного самоуправления резко отрицательно сказалась на организации библиотечного обслуживания в некоторых районах края. В 131-м законе прописано, что полномочия по организации библиотечного обслуживания выполняют оба уровня власти – районы и поселения. И вот поселения взяли себе библиотеки. Но, взяв, они эти полномочия сегодня выполнять не готовы. А власть районная просто-напросто решила снять с себя обязанности относительно библиотек, потому что, по её представлению, библиотеки – это головная боль.
Насчёт «головной боли» Николай Рубцов однажды написал: «Меня всё терзают грани меж городом и селом». Если учесть, что Рубцов в известном смысле сам превратился в библиотеку, выходит, предсказал?.. Прошло едва ли не полвека, а эти «грани», уже в новейшем воплощении, теперь терзают храмы книг – быть может, последний оплот на пути расчеловечения России. И вот итог: в Пермском крае идёт сокращение муниципальных библиотек, особенно – сельских. Начиная с 2003 года из 965 библиотек перестали существовать 147. Только что закрылась межпоселенческая библиотека в Пермском районе. Заметьте: это – район, граничащий с краевым центром. Власти посчитали, что в их районном бюджете нет лишних 2 миллионов рублей. Дескать, содержать библиотеку убыточно.
Но и там, где в глубинке ещё теплится библиотечная жизнь, она запинается о правовую чересполосицу. Одни библиотеки зарегистрированы как юридические лица, другие переданы в систему КДЦ – культурно-деловых центров. Сейчас таких библиотек в крае более 140. А теперь представьте: кому выделяются деньги из местного бюджета, если библиотека канула в недрах КДЦ как иголка в стогу сена? Вопрос риторический. Но есть и третья разновидность библиотек, которых в правовом смысле нет вообще. То бишь, номинально существуя, они никем не являются, потому что в уставах некоторых поселений слова «библиотека» даже не значится. Мол, пережиток социализма. Ведерникова рассказала об ещё одном казусе:
– За 2008–2009 годы мы получили из федерального бюджета 17 миллионов рублей на комплектование муниципальных библиотек. И сразу же органы местного самоуправления снизили финансирование библиотек со своей стороны. А в некоторых территориях вообще изъяли строку «на приобретение книг». То есть задачу привести фонды в нормативное состояние мы не решили.
– Существует точка зрения, – спрашиваю я, – что нужно компьютеризировать библиотеки – и тогда, мол, все проблемы будут решены?
– Конечно, альтернатива должна быть всегда: печатная информация и электронная. Тут картина такая: в крае только 19 процентов муниципальных библиотек имеют доступ в Интернет. Сельских – 12 процентов. О какой компьютеризации можно говорить? Да, в 2007–2008 годах из краевого бюджета выделялись деньги на модернизацию сельских библиотек. 35 библиотек были компьютеризированы и даже стали центрами правовой информации. Иными словами, получили развитие. Остальные замерли на выдаче книг. Но книг устаревших. Конечно, такие библиотеки никому не нужны…
Говоря о компьютеризации, Людмила Ведерникова привела и такую цифру: в Пермском крае телефонизированы только 35 процентов сельских библиотек. Как поёт Булат Окуджава: «…видно, вы дверь перепутали, улицу, город и век».
– Я всё надеюсь, что органы местной власти прозреют и поймут, что такое библиотека… – вздохнула моя собеседница в конце разговора. Святая правота беззащитности.
Юрий БЕЛИКОВ, собкор «ЛГ», ПЕРМСКИЙ КРАЙ
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345
Комментарии:
«Милость к падшим» приходит со словом
Библиотекарь
«Милость к падшим» приходит со словом
«Человек, любящий читать, – счастливый человек. А значит, я – счастливый человек! Я молода, ещё недостаточно умна и грамотна и не очень много прочитала книг. Но в последние годы почти всё свободное время отдаю им. Уверена, они научат меня жить и путь во тьме укажут» – эти строки написала девушка, отбывающая срок в Новооскольской воспитательной колонии, в которой содержатся те, кто совершил тяжкие и особо тяжкие преступления. Их более двухсот человек, возраст – от четырнадцати до девятнадцати лет. Почти половина из них участвовала в литературном конкурсе «Я и книга», проведённом Белгородской универсальной научной библиотекой. Стихи и проза двадцати восьми напечатана в сборнике «Нежданные цветы», который выпустила эта библиотека.
Когда я редактировал рукопись, то от прочтения некоторых строк невольно болела и в то же время светлела душа. Например, от таких:
Не виновата. И душа в крови.
Мне грустно и обидно.
Пойми же жизнь меня, пойми:
Из-за решёток ничего не видно.
***
У забитого окошка
Вспоминаю всё, как есть.
Слёзы капают в ладошку.
Где ты, милый? Жду я весть.
Ты меня не забывай,
Хоть во сне моём ласкай.
В колонии прошла презентация «Нежданных цветов». Каждая из её воспитанниц (не поворачивается язык назвать их осуждённые) получила по экземпляру книги. Кто-то из авторов уже освободился и наверняка увёз с собой сборник. На его обложке – бело-розовые цветы на сине-зелёном фоне как символ веры и надежды.
А ведь, выражаясь высокопарным словом, подвигли их на творчество библиотекари, которые уже семь лет приезжают в колонию. Они передали в тамошнюю библиотеку более полутысячи экземпляров книг, причём не таких, которые, как говорится, нам не нужны, а собрание сочинений А. Герцена, издания А. Пушкина, А. Чехова, Ф. Тютчева, А. Фета, М. Булгакова, В. Шукшина, других классиков русской литературы и современных писателей, а также библиотечку белгородских авторов.