Одним из таких доносчиков был мальчик по фамилии Глэскотт, рассказавший д`Арси Чэмпни, что посетил Кроули в выходные и обнаружил того лежащим в пьяном ступоре у подножия лестницы. Не было сделано ни малейшей попытки проверить подлинность этой истории, например, спросив мать Кроули, есть ли в рассказанном хоть крупица истины. Вместо этого несчастный мальчик, только лишь двенадцати лет от роду, стал объектом жестокого бойкота и жил в режиме полуголодания. Он был посажен на диету из хлеба и воды, никому не разрешалось играть с ним, а его школьным знакомым было запрещено с ним разговаривать. Даже учителям запретили вступать с мальчиком в беседу, исключение делалось лишь по воспитательным поводам.
Жестокое обращение продолжалось полтора семестра, и запуганный возможностью позорного исключения из школы, Кроули «сознался» в правдивости абсурдной выдумки Глэскотта и в других, в той же степени воображаемых, грехах — что он притворно молился на собраниях, и что пытался развратить другого мальчика. В конце концов, вмешался его дядя, и Кроули, к тому времени физически и психически истощенного мучениями, забрали из школы. На протяжении следующих двух лет он обучался на дому у частных преподавателей, и всех их находил «непревзойденными самодовольными ничтожествами и педантами», за исключением единственного, Арчибальда Дугласа, который завоевал признательность и восхищение своего ученика, открыв тому бридж, бильярд и женщин.
В 1892 году Кроули был отправлен в Малверн, привилегированную частную школу для мальчиков, которую ненавидел, и где, по его словам, «содомия была правилом» — его школьный приятель делал деньги, оказывая гомосексуальные услуги. Кроули рассказал об этом своей семье, его забрали из школы и послали в Тонбридж, где его здоровье испортилось по причине, которая, как он сам довольно загадочно выражался, «должна быть моей собственной ошибкой или несчастьем, если бы я надлежащим образом обучался, но на самом деле являлась прямым следствием отвратительной системы, которая… связала меня по рукам и ногам и ослепила перед лицом неистового величия Природы».[5] То, что произошло в действительности, обстояло так: игнорируя сексуальную гигиену, он подхватил гонорею от проститутки из Глазго.
Занятия у частных преподавателей продолжались вплоть до осени 1894 года, а вскоре Кроули отправился в Кингз Колледж, в Лондон, с целью изучать химию и другие сопутствующие медицинские дисциплины. Он, очевидно, изменил свое мнение в отношении медицинской карьеры, поскольку в октябре 1895 года перебрался в Кембридж, изначально намереваясь изучить Духовные Науки (то есть философию, психологию и экономику), но в самом скором времени переключился на классику.
Три года, проведенные Кроули в Кембридже, оказались счастливыми. У него было довольно много денег, отец оставил ему значительное состояние, и юноша отлично питался, пил самые изысканные напитки, имел роскошно обставленные комнаты, покупал редкие прекрасно переплетенные издания своих любимых поэтов и проводил каждый отпуск либо карабкаясь по скалам в Альпах — он был достаточно хорошим неортодоксальным альпинистом — или же занимаясь зимними видами спорта.
В течение этого периода он вел энергичную сексуальную жизнь, сначала, несомненно, традиционного толка, пользуясь услугами проституток и близко общаясь с девушками, с которыми ему удавалось знакомиться в пабах и сигарных лавках, но затем расширил ее до гомосексуальных контактов, в которых, как правило, играл пассивную роль. Это, вероятно, началось во время кратких каникул в Киле — есть стихотворение в «Белых Пятнах», первой публикации поэтического сборника Кроули под псевдонимом, определенно намекающее, что таковым был один из случаев. Большая часть этой гомосексуальной активности была свободна от эмоционального вовлечения, увлечение Кроули гомосексуализмом происходило из стремления удовлетворить сильный мазохистский элемент в его психологической натуре. Впрочем, к одному мужчине, другу Обри Бердслея по имени Герберт Чарльз Джером Поллитт, исполнителю женских ролей, называвшего себя Диана де Роуги,[6] он, казалось, испытывал неподдельную искреннюю привязанность, и в конце 1910 года опубликовал комплиментарное стихотворение о нем.
В Кембридже Кроули представлял собой романтика из романтиков. Он отдавал предпочтение загадочному поэтическому облику, носил мягкие широкополые шляпы и свободно болтающиеся галстуки; писал много стихов, по большей части в подражание Суинберну и Браунингу, которые публиковал за свой счет; он глубоко почитал искусство Бердслея и прозу Патера.[7] Он даже интересовался сомнительными деяниями европейских ультра-правых, поддерживая Дона Карлоса, претендента на испанский трон, и присоединился к Карлистской добровольческой группе, в которой научился собирать и разбирать пулемет, а также стрелять. К счастью для него самого, он не оказался на борту «Светлячка», британской яхты, груженной ружьями и английскими Карлистами, когда та была захвачена испанской таможней в 1899 году.
Английские Легитимисты — замечательная смесь Карлистов, Якобитов и приверженцев такой эксцентрики, как поддержка претендентов на Имперский Трон Византии — были столь же любопытны в своих религиозных взглядах, сколь и в политике. Многие из них, например, стали членами Ордена Корпоративного Воссоединения, крошечного объединения, чей лидер Ф.Д.Ли, экстремальный англо-католик, утверждал, что был рукоположен в епископы, и сделал своим бизнесом пере-посвящение в «правомерный» духовный сан стольких англиканских священников, скольких он смог убедить пройти через эту церемонию.
Кроули не стал исключением в плане религиозной эксцентрики, характеризовавшей его знакомых Легитимистов. Он присоединился к «Кельтской Церкви», организации еще более маленькой и даже более загадочной, чем Орден Корпоративного Воссоединения, и какое-то время воспринимал ее эксцентричные выходки и фиглярство достаточно серьезно. Он жил и передвигался, как сам позже признавал,[8] в мистической дымке фей, русалок, волшебства и магии, и когда ему было пожаловано Карлистское рыцарство, провел предыдущую ночь в молитве и медитации перед своим мечом и шпорами.
Темные интеллектуальные сумерки Кельтской Церкви недолго удовлетворяли запросы Кроули. Он начал чувствовать, что за ней — и, конечно, за всеми религиозными группами, имевшими что-то от истины в своих учениях — должна скрываться одна истинная церковь, Тайное Святилище Праведников. Вдохновленный намеками на такое Тайное Святилище, которые он нашел в одной из публикаций оккультного писателя А.Э. Уэйта, Кроули написал ему, спрашивая совета. Ответ Уэйта был характерно неопределенным. Он рекомендовал Кроули читать мистическую литературу, особенно «Облако Над Святилищем»,[9] и ожидать пришествия «Мастера». Кроули последовал совету Уэйта и принялся изучать мистические трактаты. Вскоре он заинтересовался алхимией и ее символизмом, в котором, с типично юношеской самоуверенностью, он быстро начал расценивать себя как эксперта.
Летом 1898 года, когда Кроули совершил восхождение на Зерматт, он отправился в пивную и, желая произвести впечатление, начал демонстрировать свою алхимическую компетентность, продолжительное время рассуждая о предмете. К его удивлению, один из присутствовавших, молодой человек по имени Джулиан Л.Бейкер, как оказалось, знал об алхимии гораздо больше, нежели сам Кроули. «Неужели это был, — спросил себя Кроули, — Мастер, которого я искал»? День или два спустя Кроули набрался храбрости и задал Бейкеру тот же самый вопрос. Бейкер ответил отрицательно, он не был Мастером, но по своему возвращению в Лондон обещал представить Кроули тому, кто им был.
Этим «Мастером» оказался Джордж Сесил Джонс, промышленный химик, живший в Бэйсингстоуке, Хэмпшир, но имевший небольшой офис и аналитическую лабораторию в Лондонском Сити. Кроули произвел впечатление на Джонса, и тот представил его Золотой Заре, действуя как один из ее офицеров на инициации, описанной ранее, и заверил своего протеже, что, несмотря на не особо впечатляющие предписания, данные ему в конце ритуала — Кроули пожаловался, что его «инструкторы» связали его ужасными клятвами секретности и затем доверились Ивритскому алфавиту для их безопасного удержания — он предпринял первый шаг в путешествии, которое сможет привести его в Святилище Праведников.
5
«Кроули о Христе» (C.W.Daniel, Лондон, 1974 г.), стр.138.
6
Предположительно то была имитация имени Лианы де Поуги, пользующейся дурной славой актрисы-проститутки. Несмотря на переодевание Поллитта в женскую одежду нет никаких сомнений, что он играл активную роль в своих отношениях с Кроули.
7
Патер Уолтер (1839-94) — английский писатель и критик, близкий прерафаэлитам, но ориентировавший свои эстетические принципы больше на культуру Возрождения. Автор романа «Марий-эпикуреец» (1885) и сборника новелл «Воображаемые портреты» (1887)
8
«Откровения» Кроули. (Mandrake Press, 1929), том 1, гл.13
9
произведение Карла Фон Экартхаузена