Векшинский в своей книге дает новый интересный метод исследования сплавов. Этот метод может быть применен для решения самых разнообразных задач современной металлургии. На основании этого метода молено ждать быстрого нахождения сплавов с новыми свойствами. Если мы не будем дураками, то, имея весь опыт, используем его для производственных целей ранее других. Но метод Векшинского надо рассматривать как достижение в развитии большой техники. Незачем его секретить — мы можем только гордиться, что внесли этот вклад в мировую культуру[131].
Наша сила должна быть в динамике. Мы должны обогнать всех, идя по открытому пути так быстро, что никто не смог бы нас догнать. Воображать, что по засекреченным тропам можно обгонять — это не настоящая сила. Если мы выберем этот путь секретного про-двшкения, у нас никогда не будет веры в свою мощь и других мы не сумеем убедить в ней.
Уважающий Вас П. Капица
P. S. Извините, что нездоровье задержало мой ответ.
П. К.
89) И. В. СТАЛИНУ 13 октября 1944, Москва
Товарищ Сталин,
Не знаю, как мне быть. Сегодня три недели как написал тов. Маленкову с просьбой принять по делам Главкислорода, но безрезультатно, хотя он сказал, что раз в месяц будет со мной беседовать. Жаловаться нелепо. Звонить все время тов. Суханову (секретарь Маленкова), это дает результаты, но это значит растерять уважение к ученому, которое так нужно у нас сколотить. Оставить так — плохо для дела.
Это и ряд других обстоятельств вызывает у меня сомнения насчет кислородного дела. Когда человек отрывается от действительности, стараясь осуществить хотя и передовое дело, но то, для которого время еще не созрело, он зря теряет силы. Ведь Ползунову, Яблочкову, Лодыгину, Попову никто не мешал. У них даже были сторонники. Их несчастье в том, что вместо того, чтобы заняться тем, что было осуществимо, они опережали время и поэтому были, по существу, неудачниками, что-то среднее между Дон Кихотом и Левшой Лескова. Основная польза от них — назидание потомству.
Интенсификация процессов кислородом — это громадная проблема. Она затрагивает все ведущие отрасли хозяйства. Ее можно решить, только если все, от мала до велика, почувствуют ее значение. Главное, мне думается, нужно еще, чтобы мы все поняли, что только путем своей новой советской техники мы можем выиграть мир, а это задача дня. Ведь нашу победу мы можем закрепить только техническим и культурным превосходством. Но многие у нас все еще не верят по-настоящему в наши творческие силы и предпочитают путь надежного подражания другим странам. Тут нужна пропаганда, и, конечно, мы скромно стараемся ее вести (журнал «Кислород», заседания и пр.).
Товарищ Маленков — он внимателен, старается помогать, быстро ориентируется в вопросах, видит существо, но увлечен ли он проблемой кислорода? Я не раз Думал над этим. Если бы кислородная проблема как большая государственная задача его захватила, разве нужно было бы каждый раз неделями ждать приема?
Если бы кислородная проблема его увлекала, разве ему не интересно было бы посмотреть завод, машины, а я не раз говорил об этом. Но если таких крупных людей у нас не увлекает новая проблема, так как к пей будут относиться другие? Новая техника — ведь это победа над природой. Как во всякой борьбе, в пей одно из главных — нужна страсть. Ведь по-настоящему мы стали бить немцев, когда каждый из нас на них осерчал.
Развитие большой технической проблемы — это но личное дело, а дело общества, а у нас — государственное.
В научных вопросах я не боюсь одиночества и единоборства с природой. Но кислородную проблему всеобщего подъема успешно не решить. Кислородные дела, конечно, идут, и многие считают, что неплохо. Но я недоволен. Нет страсти, порыва, темпов, а без этого нельзя. Например, не отпускают к нам передовых людей, способных увлечься новым. Может быть, я не гожусь, я плохой пропагандист, не умею зажечь и убеждать людей, может, просто время еще не настало.
У меня к Вам исключительное уважение, главное, как к большому и искушенному борцу за новое, и потому, скажите, не правильнее ли отсрочить эту колоссальную затею? Не забегаем ли мы вперед времени и отрываемся от общества? Что касается меня, то мне станет легче на душе. Лаборатория до сих пор давала мне достаточно счастья и вполне удовлетворяла мои запросы к жизни. Ваш
П. Капица
90) И. В. СТАЛИНУ 20 января 1945, Москва
Товарищ Сталин,
Еще три этапа кислородной проблемы пройдены и должны начаться новые.
Первый этап: построена и начала снабжать московские заводы Балашиха. В ближайшее время ее будут принимать. Пройдет, конечно, некоторое время на освоение этой установки, к тому же ее продукцию не так легко будет поглотить. Она дает в два-три раза больше кислорода, чем давали все заводы Москвы. Как первый образец, Балашихинская установка неплоха, но ее надлежит еще совершенствовать. Уже сейчас Балашиха дает 40 тонн жидкого кислорода в сутки (за это время она могли бы наполнить жидким кислородом 8—10 ракетных снарядов Фау-2). Это примерно 1/6 производства кислорода в Союзе. Сейчас у нас работает около 400 установок.
Балашиха в одном агрегате делает в шесть — восемь раз больше жидкого кислорода, чем крупнейшие из советских установок прежней системы. Крупнее пока известна, считавшаяся рекордной, только установка во Франции (Клода), но и та по производительности меньше Балашихи в три-четыре раза.
Мне, конечно, приятно похвастаться, но главное в том, что Балашихой доказано, что турбинным методом можно осуществлять установки производительностью, недоступной прежним методам. Основное преимущество и значение турбинного метода — это постройка таких мощных единиц: компактно, просто, дешево. Без этого решать кислородную проблему нельзя. В этом решающее значение пуска Балашихи,
Кроме того, Балашиха показала, что эта задача под силу нашей технике. Ведь чтобы ее построить, нужно было создать кадры, завод № 28, конструкторское бюро и пр. То, что мы это сумели сделать за год с небольшим и во время войны, показывает силу нашего организма и то, что если мы захотим, то кислородная проблема будет нам по зубам.
Второй этап: наладилась работа техсовета. Это очень важная работа, и она дала более четки;) результаты, чем я предполагал.
Оказалось, что у нас и за границей имеется обширный материал, дающий довольно определенное количественное представление о перспективах применения кислорода в ряде ведущих отраслей промышленности. [Причиной] задержки внедрения кислорода, по-видимому, до сих пор является отсутствие простого и надежного метода получения кислорода в больших количествах. Таким образом, можно надеяться, что наш турбо-метод и решит эту проблему.
Если это так, то можно ждать, что следующие отрасли промышленности будут затронуты: чугун, сталь, марганец, никель, медь, цинк, алюминий, золото, флотация руд, бумага, азотная, серная, фосфорная кислоты, цемент, газификация угля, торфа, т. е. не менее половины всей промышленности. Рассмотрение этих вопросов обычно приводит к выводу, что кислород ведет не столько к удешевлению, которое не более 10—20%, но, главное, к интенсификации, т. е. получению на том же оборудовании, с тем же персоналом в полтора-два раза больше продукции. В ряде случаев качество продукции повышается.
Более подробно это все можно найти в бюллетене Главкислорода (первый том которого прилагаю). Конечно, я не могу отвечать за непогрешимость этих данных, так как мои знания не обладают таким широким диапазоном, но к обсуждению этих вопросов были привлечены наиболее крупные работники в соответствующих областях промышленности. Надо отметить, что мнения, как это видно из дискуссий, были довольно единодушны.
А если это так, и если мы сможем в ближайшие 10—15 лет первыми осуществить перевод промышленности на кислородную интенсификацию, то это будет похоже на революцию. Осуществив его, мы будем так же сильны технически, как мы сейчас сильны социально. Но как это сделать? То, что мы пока сделали, это лужица по сравнению с океаном.
131
В 1946 г. за разработку нового метода получения и исследования сплавов С. А. Векшинскому была присуждена Государственная премия. Его книга вышла в свет в конце 1944 г,