Дверь открылась, и королевский секретарь пригласил Диабло. Расправив широкие плечи, приосанившись, твердой поступью, исполненный чувства собственного достоинства Диабло вошел в покои короля. Кит нисколько не переживал за свою внешность, так как выглядел он безупречно: одет с иголочки в сшитый по последней моде костюм, чисто выбрит, на голове красовался огромный напудренный парик, доставлявший ему больше всего неудобств. Как только он вернется домой, то с превеликим наслаждением стащит эту ненавистную копну и выбросит подальше. Кристофер Линли не имел ничего общего с кровожадным пиратом, которого боялся весь мир. Если король благосклонно отнесется к его иску, то ничто больше не помешает ему заявить о своем праве на достойное место в обществе рядом с женой.
Через два часа Кит вышел из королевских покоев. Походка стала легкой, загорелое лицо светилось улыбкой, притаившейся в уголках его счастливых глаз. Король Георг внимательно выслушал его историю, ни разу не прерывал рассказ, очарованный повествованием о тайне, убийстве, пиратстве. Он сильно опечалился, узнав, что дядя Кита финансировал похищение и убийство племянника. Однако план не сработал, и все в жизни обернулось по-другому. Временами история звучала настолько неправдоподобно, что, если бы король Георг не знал отца Кита лично, то ни за что бы не поверил всему этому. Однако король мгновенно узнал серые глаза и мужественный подбородок Линли. Кроме того, Кит знал многие подробности жизни своего семейства, которые могли быть известны только истинному наследнику. Еще одним доказательством правдивости рассказа послужило кольцо с фамильным гербом. Диабло с непонятным упорством не расставался с ним все эти годы.
Самым тяжелым в этой истории оказалось признание в том, что Кит является тем самым небезызвестным пиратом Диабло, чье ненавистное имя, наводившее страх и ужас, вызвало немедленную реакцию короля. Если бы Кит не намеревался начать новую жизнь, он едва ли нашел в себе силы открыть свою тайну. Слава Богу, удалось убедить короля Георга в том, что жизнь, выпавшая на его долю, явилась естественным результатом низости и коварства дяди, который обрек юношу на все тяготы и лишения. Он испил чашу мучений до дна и принял от судьбы больше страданий, нежели кто-либо еще из его сверстников или соотечественников.
Король Георг с симпатией отнесся к Киту. Однако, пожалуй, истиная причина благосклонности к иску настоящего наследника на имение и титул находилась в другом. Убедить монарха помогли драгоценные камни, подаренные ему бывшим пиратом. Это было великолепное и щедрое подношение, но Кит мог себе это позволить. Король счел невозможным отклонить просьбу принять подарок, приготовленный самым богатым герцогом королевства, когда речь шла об объявленной и послушно воспринятой амнистии, о покаянии в совершенных злодеяниях. Этого король отвергнуть не мог.
Покидая дворец, Кит получил документ, лишавший Винстона Линли герцогского титула и восстанавливающий в правах Кристофера, вновь объявившегося наследника. Кит попросил, чтобы другая, темная сторона его жизни оставалась неизвестной для публики по вполне очевидным причинам. Король с готовностью согласился. Кит решил придумать какую-нибудь историю с похищением и потерей памяти, чтобы удовлетворить особо любопытных. Чем меньше будут говорить о Диабло, тем лучше для него.
— Боже мой, Кит! Почему именно теперь? После стольких лет? Почему бы тебе не остаться среди мертвых? Ты же говорил, что тебе наплевать на титул. Зачем ты вернулся? Разумеется, ты понимаешь, что денег осталось не так много. Отец успел промотать большую часть твоего наследства и умер.
Злобно глядя на своего импозантного кузена, Винстон чувствовал, как почва уходит у него из-под ног, и мир готов вот-вот обрушиться. Его респектабельность, престиж — все, что он воспринимал от жизни как само собой разумеющееся и данное судьбой, вдруг забирал у него тот, кто умер много лет назад.
— Мне не нужны деньги, — заявил Кит, наслаждаясь растерянностью своего кузена. Тот мог корчиться от злобы сколько угодно, но Киту трудно было сдержать свои эмоции. Ему так хотелось разорвать на кусочки этого человека за учиненный погром на Райском Острове. Винстон вполне мог оказаться именно тем незнакомцем, кто украл Девон. Однако, чтобы не раскрыть себя раньше времени, Кит не мог вступить в открытую схватку с трусливым негодяем и отплатить сполна за все его низости и подлости. Кит нисколько не чувствовал сострадания к своему двоюродному брату, его не беспокоило его дальнейшее будущее. Хотя Кит не имел пока доказательств, но сильно подозревал, что Винстону все было известно о плане отца расправиться с настоящим наследником титула. Да, у него было полное право ненавидеть Винстона.
— Полагаю, ты хочешь, чтобы я убрался отсюда, — натянуто произнес Винстон.
— Думаю, это было бы лучше всего, — Кит едва сдерживал острое желание закричать, что он — Диабло, что Девон — его жена. Однако, всему свое время. Как только он прочно встанет на ноги, и его признают в свете как герцога Гренвиля, он найдет способ возмездия. Сначала ему нужно увидеть Девон, рассказать, что письмо — роковая ошибка, а затем убедить отца Девон считать его своим зятем. Линли Холлу нужна герцогиня, и не какая-нибудь, а только Девон.
— И как же мне теперь жить? — сокрушенно пожаловался Винстон. — Я по уши в долгах, мои кредиторы не дают мне проходу, я лишился свей невесты.
— Ты имеешь в виду богатую наследницу, с которой ты был обручен? — острожно поинтересовался Кит.
Винстон нахмурился.
— Что-то случилось, и свадьба оказалась отложенной. Невеста должна назначить следующую дату, но сомнительно, что она захочет это сделать, как только узнает, что у меня нет ни гроша, и в придачу я лишился титула.
— Титул никогда и не принадлежал тебе, — спокойно напомнил Кит.
— Итак, ты вышвыриваешь меня и бросаешь на произвол судьбы, — обреченно произнес Винстон.
— Ты все эти годы неплохо попользовался моими деньгами и титулом, поэтому должен быть доволен, что я не требую возмещения убытков. Убирайся из моего дома, Винстон, пока я не передумал. Дай знать, куда отправить твои вещи.
— Ах, ты, дьявольское отродье, Кит, — сквозь зубы процедил Винстон. Выбранные слова заставили Кита невольно улыбнуться. — Что мне действительно хотелось бы узнать, так это где ты все эти годы скрывался, как получил свое несметное состояние? Почему решил вдруг явиться сюда по прошествии стольких лет? Думаю, эта история еще дождется своих слушателей. Ты не мог бы стать таким состоятельным честным трудом. Сейчас мне ничего не остается, как уйти. Однако еще посмотрим, как король воспримет твой иск. Ладно, сейчас ты на коне, но когда-нибудь дорого заплатишь за все.
Он громко хлопнул дверью. Сейчас им владела одна мысль, как убедить Девон выйти за него замуж. Если этого не получится, то его ждет долговая яма.
Девон прихорашивалась у зеркала, не испытывая особого восторга перед предстоящим балом. Скоро за ней заедет Винстон. Она горячо сожалела, что ей пришлось ради отца согласиться вечером сопровождать Винстона. Она в последнее время столько раз расстраивала отца, что не в состоянии была отвергнуть его мольбу от имени Винстона. Она сочувствовала Винстону, узнав о том, что пропавший кузен после стольких лет вдруг отыскался, вернулся и заявил о своем праве на герцогский титул. Девон знала, какой удар это известие нанесло по гордости Винстона, в особенности после того, как тот многие годы считал себя единственным наследником имения Линли. Несмотря на то, что любовь к Винстону навсегда увяла в сердце Девон, чисто по-человечески ей было его жаль.
У Девон никак в голове не укладывалось, как мог человек, столько лет считавшийся мертвым, вдруг оказаться живым и, кроме того, стать владельцем огромного состояния. Она склонна предположить, что, не исключено, что он — самозванец, однако Винстон заверил ее в том, что тот в самом деле является Кристофером Линли. Новоявленный герцог представил в качестве веского доказательства кольцо с фамильным гербом, которое он хранил долгие годы своей безвестности. Безделица, но почему-то Девон хотелось встретиться с новым герцогом сегодня вечером. Она знала, что тот тоже приглашен на вечер у Смитов. По какой-то весьма непонятной причине Девон чувствовала необыкновенное возбуждение и радость, предвкушая новую встречу.