«Это ты о чем?» — подозрительно осведомился «крылатик».
«Кажется, у него шок. Что, кстати, не удивительно. Такая развлекуха не каждый день бывает…» — угу, если бы его каждый день роняли с какой-нибудь горки, мы бы уже не общались. Разве что некроманта где-нибудь поблизости раздобыть…
«И… что теперь делать?» — недоумение в «голосе» пернатого грозило перерасти в нездоровое раздражение. Как же. Казалось, что все уже закончилось, а на самом деле оно только началось! У-у-у-у-у-у… мрак и ужас.
«Э-э-э-э… ты знаешь… мне известен один способ, но…» — замялась я. Этот их Ветер знает, какие у них тут семейные отношения. Еще крайней окажусь…
«Да говори уже! Что ты жилы из меня тянешь!» — не на шутку вспылил темный. Ладно, сам напросился. Вместо объяснений просто скинула ему картинку. «Крылатик» резко выдохнул сквозь сжатые зубы, что-то попытался мне сказать, сплюнул и, широко размахнувшись, влепил собственному родственничку оглушительную затрещину. Как мне кажется, еще и с радостью. У, садюга! И кто из нас после этого темный, а?!
Светлого опрокинуло на землю, а голова резко мотнулась в сторону, вызывая опасения в целостности позвонков. Но зато осмысленное выражение медленно, но верно стало появляться в широко распахнутых глазах. Сейчас Нис выглядел настолько потерянным, что хотелось погладить его по голове и утереть нос платком. Только вот если я подобное все же вытворю (что сомнительно, темный нахохлился, как дикобраз под дождем), то меня явно не поймут. Или поймут неправильно, что в принципе одно и то же.
— Рэй? — тихо произнес белокрылый. — Рэй?! Ты…
На большего его не хватило. Но и это уже что-то. Темный как-то внутренне оттаял и осторожно присел рядом с братом и коснулся его плеча.
— Ты как? — враз охрипшим голосом поинтересовался он.
Нис неожиданно пристально и пронзительно взглянул на него, взял его за руку, резко рванул на себя и крепко стиснул.
— Брат… — хрипло каркнул он.
— Задушишь, гад! — придушенно выдал темный, трепыхнулся раз, другой и в отместку тоже обнял родственничка.
Да так, что теперь трепыхался светлый. М-да… братская любовь налицо. Посиневшее такое, с широко открытым ртом и выпученными глазками. Картинка вышла настолько яркая и живая, что поймалась «крылатиком» на раз-два, вызвав у него приступ истерического смеха. В ответ на непонимающий взгляд, Нислар получил то же самое и теперь эти две подушки ходячие загибались от смеха, катаясь по земле. Невольно, пробрало и меня, так что напряжение мы скидывали все, заодно продляя собственную жизнь.
Хм, а вот интересно… а у меня что-то продлевалось или на души (привидения или что я там такое) смех влияет как-то иначе? Надо бы как-то где-то поинтересоваться. А то мало ли?..
Какое небо голубое… как же спина чешется… Обещанная линька не заставила себя долго ждать. Хотя и началась как нельзя вовремя. Днем раньше — и остался бы Рэй единственным ребенком в семье. Уже после того самого истерического смеха я заметила, что он нет-нет, да пытается почесаться. Когда просто рукой, а когда и спиной о подходящий валун. Перья приобрели сероватый, нездоровый оттенок и отлетали пачками. Эх, жаль, что мне подушка не нужна, а то нащипала бы пуха…
Хм… а зачем самой? Можно же и пернатого попросить, ему все равно делать нефиг. Разве что просто беситься. А тут какое-никакое, но занятие. К тому же братца его подключить, нечего по сторонам крыльями хлопать. И ушами. Надо будет на ближайшем привале все же пристать. Конечно, вероятность посыла близка к ста процентам, но вдруг?!
Вообще-то теперь у обоих наблюдается обострение братской любви, но, я думаю, долго оно не продержится. Они еще слишком разные, чтобы тихо и мирно сосуществовать. И слишком хорошо помнят прежние обиды. Несомненно, в каком-нибудь отдаленном будущем все устаканится и утарелится, только сейчас на это вряд ли стоит рассчитывать.
Так что, думаю, Нис подержит мою задумку, а вот Рэй даст по шее. Обоим…
В лагерь мы вернулись все вместе. Светлый то и дело оборачивался назад, пытаясь заглянуть себе за спину, то и дело украдкой щупал собственные крылья и недоверчиво поглядывал на горы. Крылья остались того же размера и цвета, так что вызывали здоровое недоумение и сомнение в восприятии произошедшего. А что он ожидал? Что ему глас с небес глаголить будет? Или звезды посыпятся? Ну… последнее я могу организовать, правда только из глаз, но все же…
«Лин, ты можешь хоть мгновение посидеть тихо?!» — неожиданно порезался на внутреннем канале недовольный рык темного. Ой… мамочки… это что… он все слышал??!! Ептыть…
До утра я не доживу…
«Точно, все!» — ехидность в мыслях «крылатика» сочилась через край. — «И на перья можешь не рассчитывать, так и знай!»
«Ты… ты…» — возмущенно запыхтела я. — «Жадина ты и больше никто! Ща как уйду к Нису на ПМЖ, будешь знать!»
«Знаешь…» — задумчиво протянул Рэй. — «Он мне, конечно, брат, но своя шкура дороже…»
«Ты это на что намекаешь?» — подозрительно уточняю. А то в самом деле, то ли обрадовался, то ли испугался. Но ответа я не получила, так как из-за поворота показался наш лагерь, в котором наблюдалось нездоровое оживление. На месте пернатых, я бы не ломилась напролом, а тихо и незаметно прокралась или обозначила свое присутствие издалека. Чтобы фора была. Но все эти мысли были мной тщательно заблокированы.
Хе-хе-хе, мелкая пакость иногда может заменить и большую свинью!
Как и предвиделось, основной темой переполоха оказались наши братцы-кролики. Верней, в их случае — братья-петухи. На орлов пока не тянут, да и взаимоотношение у них опять же самое то! «Крылатиков» подпустили поближе и… итог был закономерен. Оба отхватили по три подзатыльника и двухчасовую лекцию на тему дурости всех представителей пернатого племени, у которых ветер не в крыльях, а в голове и еще одном месте. Потому и влипают во всякие переделки, а бедному и несчастному начальнику охраны потом стой и красней, как мальчик, перед грозным начальством.
В общем, провинившихся ари'эллиров отправили спать на голодный желудок и даже не подпустили к светлому его обожаемую Киар. И почему меня это ну ни капли не расстраивает?! А проблему насыщения решить очень просто. Конечно, если ты являешься обладателем магического посоха. Но Рэю я в этом не признаюсь. Во всяком случае точно не сейчас. Я на него обижена.
Небо нависало над горами бездонным угольно-черным куполом, подмигивая огоньками звезд. Незнакомые созвездия притягивали взгляд, а сами звезды были яркими и крупными, как прожекторы. Они манили, завораживали, заставляли вспоминать, вспоминать, вспоминать… то, что хотелось забыть. Луны не наблюдалось, но все равно было на редкость светло.
Лагерь уже давно утих, наша охрана спала, светлая тоже прекратила наворачивать круги по лагерю, изображая из себя ангела мщения и возмущения. А то, что на ее пути подозрительно часто попадались особо крупные булыжники, о которые она с таким же завидным постоянством спотыкалась… кто ей офтальмолог? Под ноги надо смотреть, под ноги… А не на снявшего рубашку красавца-мага. Тоже мне, эксгибиционист выискался. Жарко ему, видите ли, стало. Теперь пусть не орет и не ругается, что водичка, которой ему вздумалось себя окатить, оказалась ледяной. В прямом смысле этого слова. Так что он сперва стукнулся макушкой об лед, а уж потом получил контрастный душ. И пусть радуется, что на этом все закончилось!
«Лин, я что-то не пойму. У кого из нас линька?!» — задумчиво выдал Рэй, отстраненно наблюдая за моими «шалостями». Нис тоже как-то подозрительно косился, но молчал. А что? Мы себе тихо сидим, никого не трогаем… Солнышко, вон, мило покоится за спиной… У кого какие претензии? Настроение у меня самое подходящее, давайте, высказывайтесь!
Только завещание сперва напишите…
«Слушай, ну чего ты злишься?» — наконец не выдержал темный. — «Что с тобой случилось?!»