Парень, не торопясь, повернулся, блеснул не модной сейчас фиксой.
— Это каким дамам? Которые — дам или которые — не дам?
Дупло величаво склонилась и проговорила громким шопотом.
— Ты, свинячий огрызок, падла подзаборная, слазь с насеста, ежели не хочешь налететь на пику…
Ехидного парнишку будто ветром сдуло. Проститутка спокойно заняла освободившееся место, расправила короткую юбчонку, повела вопросительным взглядом по лицам соседей. Все ли слышали содержательную беседу, нет ли желания у других продолжить её в том же плане?
Желающих не оказалось. Сосед — пожилой пенсионер излишне вежливо попросил пропустить его к выходу. Остальные демонстративно отвернулись. Никому не захотелось связываться с панельной девицей — можно заработать не только матерщину, но и что похуже.
Дупло вписалась в толпу возле входа в ресторан, как корабль, возвратившийся из длительного плаванья, в родную бухту. Жеманно улыбалась знакомым проституткам, приветливо кивала сутенерам, призывно покачивала плечиками, отлавливая заинтересованные взгляды перспективных клиентов. Или презрительно поджимала губки, отвергая «нищие» предложения.
И сутенеры и коллеги по профессии знают: Дупло относится к «неорганизованным» путанам, не имеет ни посредников, ни охранников. Сколько не пытались приспособить перспективную проститутку, подмять её под себя, получая немалую часть её заработков, — ничего не получалось. Не помогли ни увещевания, ни угрозы. Однажды попытались поучить непокорную шлюшку кулаками — выскользнула.
Приветственные возгласы, безразличные фразы или завистливые предположения сыпались мелким колючим снежком.
— Снова к нам, милая? Долгонько не появлялась…
— Дуплишка-коротышка, приветик… Решила — к сутенеру под крыло? Могу сосватать…
— Отработала своего бизняшку, решила переключиться на другого? Поздно заявилась — богатых разобрали, осталась мелочевка.
— Не надумала — к нам в компанию?
Путаны щурили перекрашенные глазки, звонко чмокали накрашенными губками, обнимали, поощрительно похлопывали по спине. Для более близкого общения нет времени — работа! Сутенеры обиженно вздыхали, приманивая телку и получая короткие отказы.
Дуплишка отлично понимала все удобства и преимущества организованного промысла. Тут тебе и охранники, и машины, и наводчики. Подберут достойного клиента, доставят по полученному от него адресу, заберут после «работы». Одиночную давалку подстерегают не только трудности, но и опасности. Сутенеры не просто приглашают — они угрожают расправой. Вплоть до убийства непокорной путаны.
Отказываться заставляло чувство гордости, желание остаться свободной и независимой. Понравится клиент — ради Бога, не понравится — пошел вон, козел…
К прибывшей проститутке подошел тощий коротышка с бегающими глазками. Наташа тоже приблизилась, встала почти за спиной. Но собеседники говорила так тихо, что ей удалось услышать только бессвязные обрывки разговора.
— Передай… точно не знаю где… завтра постараюсь…
— Главное — место… И еще…
Вот и все трофеи! Кажется, Дупло не только приближенная к главарю бадитской шайки, она работает ещё на кого-то: на конкурентов или уголовный розыск? Отдельные слова, если соединить их в понятные фразы, дают солидную пищу для размышлений. Вдруг речь идет о «месте», где скрывается Лягаш? Тогда — удача, которую можно расшифровать и расширить, опередив милицию…
— На промысел? — подрулил милицейский сержант. — Тогда плати за «вход».
— Заработаю — уплачу. Баксами. Ты меня знаешь — не сомневайся.
— Знаю, поэтому и сомневаюсь, — усмехнулся сержант. — Попрежнему — без прикрытия? Не боишься?
Дупло ответила презрительным взглядом. Мент вонючий, кого мне бояться? Научилась постоять за себя без разных охранников и сопровождающих. Вот, попрошу тебя — сам и поохраняешь и на клиента наведешь, потому, что всем известно: Дуплишка в долгу не остается, расплачивается либо деньгами, либо своим опытным и красивым телом. Кому что понравится.
— Ну, ну, — насмешливо пророкотал мент. — Работай. Обманешь — больше здесь не появляйся…
Наташа слышала все переговоры, отслеживала контакты. Так увлеклась, что не заметила толстопузого бизнесмена, который не сводил с неё глаз, следовал на подобии охотника, заметившего жирного оленя. Легкий шлепок по заду заставил её обернуться.
— Новенькая? — сладко протянул толстопузый, прижмурившись. — Сколько возьмешь за ночку?
— За какую ночку? — недоумевающе спросила девушка, не сводя глаз с юркого парня, который о чем-то договаривался с проституткой. — Вы меня с кем-то спутали…
Сластолюбивый толстяк захохотал, вытирая глаза надушенным платком.
— Спутал, говоришь? Такие грудки ни с чем не спутаешь. Предлагаю за час сто баксов, за ночь — триста… Согласна?
Он протянул пухлую руку и по хозяйски ощупал девичью грудь. За что получил такую пощечину, что качнулся.
— Правильно сделала, подружка! — одобрила подошедшая Дуплишка. — Сначала деньги на бочку, потом — товар.
— Так я и предложил, — потирая покрасневшую щеку, обиженно проговорил «клиент». — А она… Несчастная Россия, где каждая шлюха смеет оскорблять солидных людей… И куда смотрит милиция?
На жалобный призыв толстяка уже спешил сержант.
— Что случилось? — схватил он за руки обоих женщин.
— Ничего особенного, — опередила пострадавшего бизнесмена Дупло. — Обычное недоразумение. Сейчас все об»ясню.
Она отвела милиционера в сторону, что-то прошептала ему на ухо, передала извлеченные из сумочки деньги. Удовлетворенный об»яснениями проститутки, сержант положил баксы в карман, разрешающе кивнул и удалился.
— Пошли поскорей отсюда, подружка, перебазируемся к Метрополю. Там снимем подходящих клиентов, ни чета этому жирному огрызку. Подставляться таким за любую цену — себя не уважать. Слышал, что сказала, хмырь болотный? — прикрикнула она на толстяка, который уже успокоился и оглядывал масляными взглядами понравившуюся ему бабенку. — Усохни, падло, не пяль на нас бесстыжие глаза! Дождешься, позову дружанов, они тебя так уделают — месяц на задницу не сядешь… На милицию надеешься, падла? Зря! Моя милиция меня бережет — суну на лапу сто баксов — тебя же и заарестуют… Так что не штормуй зря.
Перепуганный толстяк отстал, прошел по ряду проституток, выбрал наиболее, по его мнению, подходящую. Припарковался. Состоялся короткий торг: после него парочка прошла в гостиницу.
Дуплишка крепко взяла под руку новую подругу. повела прочь от ресторана.
— Лучше здесь больше не засвечиваться. Правда, сержантик давным давно куплен и проштампован, но все же мент остается ментом, не верю я им, ни на грош не верю… Поэтому двигай ножками и поглядывай по сторонам. Похавать не желаешь?
— Обедала. Сыта, — коротко ответила Наташа, оглядываясь вокруг. Костя уже должен быть здесь, а его не видно. — Зачем нам уезжать отсюда? Давай останемся…
— Сказано: выбрось из башки. Мне лучше знать, что лучше, что хуже, не первый раз замужем, — засмеялась проститутка, не позабыв одарить вопрошающим взглядом толстого господина, занимающего свое место в бээмвушке. Тот презрительно отвернулся. Еще бы — из машины стрельнула глазками молоденькая девчонка. Будто просигналила: отвали, место забито, аванс получен!
В метро Дуплишка оглядела новую подругу, горестно вздохнула.
— Что значит свежатинка? На меня уже не заглядываются. Да и на что глядеть? Груди измятые, бедра не такие подвижные, как у молодых, по морде будто плугом пропахали… Небось, впервые вышла на промысел? Под вонючими мужиками не побывала? Гляди, давалка, без презервативов — ни-ни, подхватишь венеру или спид — считай пропала…
Наташа мучительно краснела. Старалась изобразить бывалую телку, войти в доверие к лягашской подстилке — не получалось, подводил стыдливый характер, привитая родителями брезгливость… А нужно, необходимо, понравиться проститутке, выведать у нее, кто сидит в квартире на первом этаже, почему не показывается Лягаш? Других подходов пока не просматривается, Дупло — единственный источник. Не исключено, что женщина знает пути передвижения своего бандитского босса, адреса и телефоны его областных «захоронок»…