Глава 4,
Лиза проснулась и не сразу поняла, где она. Было слышно, как совсем рядом о стенку мерно плюхается вода. Ещё что-то поскрипывало, и как-то по-дачному пахло смолой и мешковиной. Потом в качающейся полутьме обозначились очертания каких-то бочек и мешков, и Лиза всё вспомнила. Карнавал… Говорящий кораблик… Трюм…
— Лёвка! — шепотом позвала она. — Ты тут?
Доблестный рыцарь Лео ожесточенно закряхтел.
— С добрым утром, Твоё Высочество. — Он потянулся и сел. — Интересно, мы уже далеко отплыли?
— Только не вздумай проверять! — строго сказала Лиза. — А то высунем нос наверх — и привет.
— Привет наступит неизбежно, — прошептал Лёвушка, судя по шороху и пыхтению, поудобнее пристраиваясь на мешках. — А хорошо мы спрятались, да? По крайней мере, с голоду точно не пропадем.
— Не успеем, — мрачно ответила Лиза. — Вон там, видишь, лесенка? Это же вроде кладовки, значит, мы под самой кухней.
— Камбузом, — поправил Лёвушка.
— Полезут за едой к завтраку и найдут. — Лиза поёжилась. — Скандал будет! И кто-нибудь начнёт рвать и метать…
— Я даже знаю, кто. Ты только сейчас об этом подумала? — Лёвушка огляделся. — Интересно, что это у них тут? О, окорок висит. Ага, а это бочка с яблоками. — Он пощупал мешок. — А это что? Похоже на…
— Т-с! Кто-то идет, — перебила его Лиза.
Они замерли. Лёвушка даже за мешок спрятался — только очки и блестели.
Наверху стукнула дверь.
— Располагайтесь, мейстер Глаукс, — пригласил дребезжащий голос одноногого капитана. — Сейчас кофе сварю, и можно командовать подъём.
«Чего это он Андрея Петровича так странно назвал?» — удивилась Лиза.
— Не придется командовать, — отозвался голос Филина, почему-то показавшийся Лизе ужасно усталым. — Его Величество и не ложился, кажется. А игнихеланс наш с утра на ногах — полетать просится и насчет поесть интересуется.
Лиза не выдержала и тихо хихикнула. Лёвушка сердито толкнул её локтем.
— Зильбер, вы ничего не слышали? — насторожился Филин.
— Нет, — спокойно сказал капитан. — Вы не волнуйтесь, мейстер, может, это «Гиппокампус» — он ведь всё время себе под нос бормочет, а то и напевает, только обычным людям его голоса слышать не дано, пока он во всю мочь не завопит. Ну а мы с вами — другое дело: я капитан, вы — маг. Вот принцесса ваша рыженькая, если бы тут оказалась, обязательно бы его расслышала — вы мне, вроде бы, говорили, она так может.
Лизе очень хотелось вздохнуть, но она сдержалась. Зато вздохнул Филин — с большим облегчением:
— По счастью, Её рыжего Высочества тут нет. Вот уж кто здесь точно лишний!
Лиза втянула голову в плечи. Ой, что будет!
— Ох, не верю я, что она этому счастью обрадуется, — по голосу ясно было, что Зильбер ухмыльнулся. — Путешествие на волшебном корабле! Да любая принцесса… да что там, любое существо двенадцати лет от роду выше ушей прыгнет, лишь бы такое испытать.
— Это точно, — Филин теперь почему-то только и делал, что вздыхал. — Да только не в этом дело.
— А в чём же?
— Я прекрасно знаю, что вы с «Морским коньком» где только не побывали, в том числе и в Море Дырок, и ничем вас не удивишь. Но это путешествие будет, мягко говоря, не совсем обычным.
— Да, Его Величество намекал, — небрежно сказал Зильбер, позвякивая посудой. — Ну что ж, Белая Книга так Белая Книга. Читать-то мне её без надобности, а вот убедиться, что она есть на самом деле — это да. Только как-то не было случая. Отвлекался. Молодость, сокровища, абордажи, то-сё. Помните:
— с чувством пропел он.
— Дело не только в цели, — Лиза слышала, что каждое слово дается Филину с трудом. — Слушайте внимательно, Зильбер. При Его Величестве я этого сказать не мог.
Лиза оцепенела, как жучок, а Лёвушка перестал дышать.
Вот оно!
— Инго — невероятной силы и одарённости маг, понизив голос, начал Филин. — Причем, насколько я понимаю, маг-словесник, то есть у него всегда, что сказано, то и сделано.
Звякание посуды оборвалось.
— Великоле-е… — Зильбер осёкся. — О таких вещах, мейстер, заранее предупреждают.
— Но сам он в своих способностях катастрофически не уверен и, боюсь, управляться с ними ещё не умеет. В общем, Зильбер, если Его Величество хоть одно не то слово скажет в критической ситуации…
— Понял, — Зильбер неразборчиво чертыхнулся. — А такая будет, как же без этого-то! Кляп в рот можно?
— Можно что угодно. Отвлекать, затыкать кляпом, а лучше вообще по мере сил не допускать до… кхм… взрывоопасного состояния. На этом всё.
— Эхе-хе, — недовольно закряхтел Зильбер. — Порадовали вы меня, мейстер. Вообще-то, это ваш недосмотр, вам не кажется?
— Мой, — согласился Филин с металлом в голосе. — Как и всё прочее. У вас есть какие- нибудь предложения, капитан?
— Гм, — отвечать Зильберу не хотелось. — Ну что ж, магия магией, а завтракать надо. Сейчас яблок принесу и окорока отрежу.
Наверху приоткрылась дверь, в темный трюм упала полоска солнечного света. Заскрипел костыль.
— мурлыкал сипловатый баритон. Чувствовалось, что поёт капитан правду. На основании богатого личного опыта.
Лиза с Лёвушкой, не сговариваясь, вжались в мешки. Одноногий капитан Зильбер направился прямо к ним. Неужели заметил?
Зильбер внимательно оглядел окорок, почему-то поставил на пол деревянное блюдо и, вытащив из-за пояса здоровенный тесак, с хищной усмешечкой взвесил его в руке.
— Оттого, что он слово мне молвить посмел, когда я бороздил моря,
Оттого, что он слово мне молвить посмел, когда я бороздил моря,
Оттого, что он слово мне молвить посмел,
Я ведром корабельным его огрел,
С одного удара пробил висок -
Нож со свистом рассек воздух в миллиметре от Лизиного уха.
Ломоть окорока увесисто шлепнулся на блюдо.
— Ой!
— …когда я бороздил моря! — удовлетворённо закончил Зильбер. — А? О, кого я вижу! — капитан сощурился и ехидно поклонился. — Ваше Высочество! Со свитой! А мы как раз вас вспоминали! Эх, надо было, надо было заключить с господином волшебником пари на бутылку рома!
Лиза так испугалась, что стала делать реверанс и чуть не упала обратно на мешки с чем-то мягким. За спиной у неё решительно шуршал Лёвушка.
— Что там, Зильбер? — обеспокоенно спросил сверху Филин.
— Деликатесы к завтраку, мейстер! — Зильбер невозмутимо вручил блюдо с окороком Лизе, а потом запустил руку в бочку с яблоками. — Что это у вас, юный джентльмен? Мешок? Подставляйте.
— Д-доброе утро, — Лёвушка протянул капитану свой рюкзак.
— А теперь марш наверх вместе с провиантом, — скомандовал Зильбер. — Эх, вкуса не обещаю, но горячо будет…
— А который час? — уточнил бесстрашный Лёвушка, вскинув на плечо яблочный груз.
— Рано, рано, — усмехнулся Зильбер. — Только что четыре склянки било. За мной, зайцы!
Зайцы вылезли на камбуз в полном унынии. Лиза и так с самого пробуждения только и делала, что представляла себе, как их с позором возвращают в Радинглен к Бабушке и что при этом будет, а там, конечно, домой отправят…