Сгинули в небытие трухлявые "шестидесятники" и их производные. "Формализм", "структурализм" — весь этот инфантильный маразм воспринимается как абсолютно "белый шум" двенадцатилетнего недоумка, стырившего телефончик у мамки.
Безусловный игнор ждет вознесенкообразные субстанции в любом независимом (от госдотаций) средстве коммуникации. Не "цепляющий" стих — не стих, дискуссия окончена. Редкие четверостишия из реала могут перевалиться за аскетичный размер (многословие не в чести).
Внесезонный поэтический хит:
Выхожу один я на дорогу.
Холодно, в руке блестит топор.
По статистике, ..... в стране немного,
Но по мне — так явный перебор.
Достаточно редко публиковался в СМИ, но регулярно курсирует в виртуальной среде. Ее реальность оказывается беспощаднее итогов голосования, рейтингов и хит-парадов.
Промяукала чья-то безголосая подружка по ТВ: "Когда я стану кошкой"? Купили ей место в хит-параде? Отвечаем:
Когда ты станешь кошкой,
Я стану валерьянкой,
И ты поймешь, что в прошлом
Была ты лесбиянкой!
Никто почему-то не заказывает для своей мобилки звуковых сигналов, исполняемых сынком Толмацкого, "ди-джеем Грувом" и прочими Шнитке. Такой вот авангард: не тянутся массы к мелодиям голубых лупоглазов — и всё тут. Впрочем, и плакатное малоразмерное (MMS-EMS) искусство лежит вне лужковских бронзовых мишуток и бессмысленно-сопливой яркости т.н. "граффити". Ну, может порнуха как-то коррелирует с основополагающей либеральной линией. Тоже неплохо: меньше покупателей типографского мусора, издатели которого находятся за пределами России, а распространители — голосуют за передачу лесов в частные руки.
Плакала малина, хохотал крыжовник,
Подрались друг с другом груша и шиповник,
Матюгался тополь, пела песни слива...
Вот такая штука — димедрол и пиво.
Пускай себе перегрызутся "экологисты" гринписовского толка с меланхоликами, предпочитающими именовать себя "хиппи", сторонники западной "левизны" и восточной "правизны". Единственная реальная альтернатива — неконвертируема. "Хтонь" — это то, что не продается и не покупается. И если вдруг, в очередной раз, вы услышите гневные проклятия (или восторженные возгласы) в адрес "кибернетических денег", то просто вспомните стих Бородкина:
выращиваю Сталина
он вновь
загонит много сволочи в могилу
ведь наша сила — вовсе не в деньгах,
а в правде, только в правде наша сила.
В 160 печатных знаков уместилось? Нам хватит!
P.S.
Благодарим за помощь в подготовке материала участников Билашкина чата "Загадака" с позывными "Торнадо" и "Шпионка".
Николай ГОЛИКОВ [email protected] NET-ПОЭЗИЯ
ДЕМОГРАФИЯ–99
Воюем на три фронта,
а кушать нет и фунта.
Прославленная фронда
теперь — родная хунта.
Дома летят, как птицы,
но не на юг, а наземь.
И впору б, чем родиться,
самоубиться сразу.
ЛИЧНОЕ СЧАСТЬЕ ОДНОГЛАЗОГО
3.
Слова, о которых вчера говорили,
не знают значений
в кофейном словарике ежевечерних
имен и фамилий,
и можно похмельно листать —
за страницей
страницу, до самых
коварно заваренных правописаний —
и не исцелиться.
и лишь на окраинке дня, на картонке
захлопнутой чашки
еще что-то-значны, еще не вчерашни
слова, о которых
6.
"Let Us Go Then, You and I" (T.S.Eliot)
Там будет лес. Из трав и тротуаров
растет его гармония. И страх
уже вчистую нематериален,
и я во всем невыносимо прав.
Там будет лес. Какой-то жалкий случай
сомкнет его над нами или ход
трудов и дней, но даже в наилучшем
из случаев мы не спасемся от.
Отречься невозможно. Потому лишь,
что невозможно. Как наследный дар,
как завещанье всех дворов и улиц —
там будет лес. Давай пойдем туда.
ИST
Мне уже — сколько такие, как я,