Глава 28
Он прошёлся вдоль выстроенной в шеренгу роты. Своей роты. Разные лица. Спокойные, встревоженные. Совсем юные, безусые, и уже тронутые первыми морщинами. Ветераны и новички. Впрочем, салаг – большинство. Как ни жаль. Олег бы предпочёл, чтобы как раз последней категории военнослужащих было бы больше, чем первых. Но выбирать не приходится. Служить нужно с тем, что дают. Хорошо, что хоть сразу роту, а не взвод… Впрочем, если уж говорить, то он бы и с полком бы спокойно справился, точнее – с легионом, как по новому штату положено…
– Рота, равняйсь! Смирно! Вольно! Оружие – к осмотру!
Залязгали затворы, штатные «нокки» десятой модификации развёрнуты правой стороной к проводящему осмотр, как положено по Уставу. Это хорошо. Значит, что-то эти горе-вояки знают… Он опять прошёл вдоль строя, время от времени бросая:
– Снять нагар… Заменить компенсатор, слишком оплавлен… Испаритель в мастерскую…
Слишком много ему пришлось иметь дело с личным оружием пехотинца, чтобы с первого взгляда не определить состояние оружия. У второго слева в стволе срез настолько оплавлен, что плазма уже тормозится на выходе. Этот, пятнадцатый в первом взводе, или полный кретин, или слишком хитрый. Последнее скорее всего. Уж больно рожа у него этакая… Пройдошистая… Поставил уже расстрелянную до последней стадии испарительную камеру в бластер, думает, что мальчишка не заметит, ха… Мальчишка… У него за плечами почти десять лет учёбы. Причём такой, какая этим штатским, по недоразумению напялившим на себя военную форму, и не снилась. Вы, ребята и девчата, бегали в полном боевом по тридцать километров в песках и джунглях? Да ещё с выключенным климатизатором?
…Он улыбнулся про себя. Ну, начинается веселье… Вышел на середину, заложил руки за спину.
– Оружие… На пле-чо! Смирно! Обращаюсь ко всем присутствующим и прошу запомнить раз и навсегда. Кто хочет жить – пусть запомнит: воюют все. И от каждого из вас зависит жизнь не только ваша, но и тех, кто стоит плечом к плечу рядом с вами. И для того, чтобы вы научились сражаться и выжили, я и поставлен над вами. Вольно! Разойдись!
В этот миг на весь строй раздался чей-то голос:
– Пацан…
– СМИРНО!!! Отставить «разойдись»!
Качнувшийся было строй вновь замер.
– Кто сказал?
Тишина…
– Кто сказал, я спрашиваю?!
Опять полное молчание.
– Значит, трусим? Ну-ну… Командиры взводов – ко мне! Остальным – вольно.
Он смерил всех четырёх сержантов презрительным взглядом.
– Значит, так, господа унтер-офицеры… Сейчас каждый взвод получает в оружейке полный комплект боеприпасов, всё положенное по штату снаряжение и вооружение. Затем – выдвигаемся на стрельбище. Проверим огневую подготовку. Последний взвод бежит кросс двадцать пять километров в полном боевом. Вопросы?
– А как насчёт транспорта? Командир даст?
Олег сделал удивлённое лицо:
– Какой такой транспорт? Вы – планетарно-десантные силы Терры, следовательно, ПЕХОТА! А у пехоты основной транспорт – НОГИ! Всё – на себе. На всё – двадцать минут. Время пошло!
Повернулся, чтобы идти к себе, бросил за спину:
– Да, унтер-офицер Громыхало, скажите тому хитромудрому, чтобы поставил в свой «нокк» РАБОЧИЙ испаритель. Иначе будет швырять по мишеням собственным дерьмом…
…Ровно через двадцать минут на плацу вновь выстроилась рота. В полном боевом снаряжении, в тяжёлых защитных комбинезонах с нагрудниками, наплечниками и бронеботфортах. За спинами каждого громоздился набитый пайком и боеприпасами ранец. Взвод тяжёлого оружия украшали длинные стволы станковых лучемётов. Олег, так же полностью снаряжённый, как и они, вновь прошёлся вдоль строя, отметив пару свежих фонарей под глазами. Один – у слишком умного. Второй – у крупной девицы с громадной сумкой подносчика боеприпасов. Всё стало ясно…
– Рота, напра-во! БЕГОМ – марш!
И рванул первым…
…Десять километров до стрельбища преодолели с потерями. Причём – значительными… Непривычные к весу полного защитного комплекта, да ещё и таща на себе почти сорок килограммов всякой всячины, солдаты начали валиться на землю уже на первых сотнях метрах дистанции. Но Олег заставил всех упавших тащить на себе. Словом, на полигон приползли чуть ли не на карачках, но в полном составе. Десант своих не бросает! Практически свеженькими оставались только он, взводные унтера да ещё те два ветерана. И всё. Остальные в данный момент валялись без сил на земле, втягивая со свистом измученными лёгкими воздух. Осмотревшись, второй лейтенант рявкнул:
– Десять минут прошло! Разобраться по взводам, приступить к выполнению упражнения! Командирам взводов довести до личного состава условия!..
…Это был ужас… Самый настоящий. Практически все выстрелы ушли за «молоком», оставив красоваться на поле нетронутые мишени. Хорошо хоть раненых не было, а то перестреляли бы друг друга… Когда стрельба закончилась, Олег выстроил своё подразделение, прошёлся вдоль строя, смерив солдат презрительным взглядом, затем хмыкнув:
– Пацан, говорите? Ню-ню…
Практически не целясь, с рук, превратил мишенное поле в гору щепок. Затем, проверив оружие и вставив новый магазин на место, поставил свой «нокк» на предохранитель, и, обернувшись к строю, громко объявил:
– До лагеря – десять километров. У вас – сорок минут. Жду вас на плацу в шестнадцать десять. Бегом – марш!
И унёсся в степь бодрой рысцой…
…– Сука, пацан! Убью!
– Кретин!
Примерно такие отзывы неслись из плетущейся измученной рысцой колонны, подгоняемой унтер-офицерами.
– Сама виновата! Какого хрена тебя за язык тянули?! Видела, как он носится? На нём столько же, сколько на нас, а он и не замечает!..
…Олег уже успел принять душ, переодеться, когда на горизонте показалось облачко пыли, отмечающее путь его роты… Серые лица, мундиры и доспехи. Блестящие борозды от струй пота. Грязные потёки.
– Рота, стой! Раз-два… Сдать оружие и снаряжение. Вечером, вместо личного времени – чистка и проверка имущества. Сейчас – десять минут на отдых, и в столовую…
…Так прошёл первый день его командирства. Как ни странно, но именно он заставил перестать его подчинённых считать его мальчишкой. То, что парнишка, с виду не больно-то и здоровый, остался свеж и даже как будто не заметил тяжести снаряжения, и ещё искусство стрельбы показало, что с ним стоит считаться. Ну а когда он как-то лениво, словно нехотя, уложил на маты в спортзале самого сильного в роте здоровяка, только добавило ему уважения. Да и потом второй лейтенант ежедневно доказывал, что не зря получил свои погоны и меч в пятнадцать неполных лет… на тактических батальонных учениях рота Олега Королёва в пух и прах разнесла всех соперников, не имея при этом условных потерь. Не зря он внушал стоящим перед ним солдатам, что их задача – чётко выполнить поставленный перед ними приказ. И никакой самодеятельности. Это помогло. И в то же время второй лейтенант всячески поощрял инициативу… А время летело. День за днём, неделя за неделей, складываясь в месяцы. Тот короткий квартал, отведённый на подготовку. Конечно, этого срока было крайне мало для обучения настоящих солдат в тех категориях, которые внушали Королёву в Академии. Но и за отведённое ему время он успел кое-чему научить своих бойцов. Наконец, там, в Главном штабе решили, что этот батальон уже достаточно подготовлен, и его пора пускать в бой. Первый, самый страшный натиск трескунов уже был отбит. Пусть с неимоверными усилиями, пусть с неисчислимыми потерями в людях и драгоценной технике, но отбит. И теперь, пока шли, как сказали бы лет сто назад, позиционные бои, разведчики людей шныряли по всей Галактике, отслеживая пути следования тараканов, разыскивая их базы, лагеря, центры. И когда на стол маршала Верховцева легла достаточно полная карта с разведданными, тот решил попробовать нанести первые удары. Штурмовому легиону, в состав которого входил батальон, где служил Олег, была поставлена задача уничтожить перевалочную базу на одной из терраподобных планет, получившую условное название Кассандана…