Дьюрин тут же вскочил и попытался что-то сказать, но судья решительно оборвала его. — Адвокат ответчика, вы уже высказали свое ходатайство, так что достаточно. Суд, совещаясь на месте, постановил: в удовлетворении заявленного ходатайства отказать.
Вот теперь я с полным правом вернула коллеге Дьюрину торжествующую улыбку.
— А теперь давайте согласуем дату следующего заседания. — Судья торопилась поскорее закончить, чтобы представитель ответчика не успел еще что-нибудь отколоть. Вообще-то уже давно наступил обеденный перерыв, и бедная судья рисковала остаться голодной.
Быстро согласовав дату, мы наконец закончили заседание и разошлись. Впрочем, мне пришлось еще как минимум полчаса отвечать на вопросы, которыми засыпала меня клиентка. Наконец, решив, что в подобных случаях совершенно не зазорно спасаться бегством, я не выдержала и посетовала, что очень занята и вынуждена спешить.
Пока я добралась домой, было уже почти три часа. Сказать, что я была вымотана, это просто приуменьшить мою усталость. Съев обед, приготовленный заботливым Натом, я выпила чашку успокоительного травяного настоя, и отправилась спать. Впрочем, поспать мне не дали, поскольку как только я заснула, раздался звонок в дверь. Телефоны предусмотрительный Нат выключил, а вот дверной звонок не рискнул — мало ли что.
По опыту я знала, что если меня разбудили, можно даже не пытаться заснуть снова, так что пришлось надевать халат и выходить из спальни. Выглянув в коридор, я как раз застала момент, когда Нат, с трудом удерживая одной рукой роскошный букет из желтых роз, второй рукой пытался закрыть дверь. Я поспешила помочь домовому, забрав у него букет. Так, посмотрим, от кого это? К букету была прикреплена знакомая серебристая визитка. Сердце екнуло. Артем! На обороте визитки были написаны лишь два слова: "Будь счастлива", и размашистая подпись.
Я на мгновение прикрыла глаза, пряча свои чувства. Артем, ну почему ты не захотел оставить все так, как было? Зачем? Ты был мне прекрасным другом, а теперь… Теперь ты отправил мне чисто формальный букет, как просто знакомой или коллеге. Этим Артем без слов показал, что больше не намерен поддерживать со мной сколько-нибудь близкие отношения. Да и цветы, которые выбрал Артем, — тоже своеобразный знак. Он ведь прекрасно знал простую примету — желтые цветы дарят к разлуке. Да, я всегда любила желтые цветы, но еще никто и никогда мне их не дарил. В этом был весь Артем — внимательный, спокойный, сдержанно-холодноватый, но умеющий профессионально точно попасть прямо в сердце…
Впрочем, это все глупости. Дружба между мужчиной и женщиной возможна только в том случае, если ни один из них никогда не стремился к большему. В противном случае это игра или стратегия по завоеванию. Я полагала, что мы друзья, а Артем, как выяснилось, ожидал от наших отношений иного. К сожалению, мы так привыкли быть всегда рядом, что не удосужились даже обсудить наши отношения. Оказалось, что у каждого из нас было свое видение, и мы оба не желали подвергать его сомнению или пытаться изменить, что и привело к закономерному расставанию. Да, я знаю, что Артем сейчас обижен и оскорблен. Но, в конце концов, мне тоже не сладко. Зачем же делать мне больнее?
После чашки кофе, подсунутой понимающим Натом, мне стало чуть легче. Решив, что сожалеть о том, чего все равно уже не изменить, нет никакого толка, я постаралась успокоиться и взглянуть на жизнь с оптимизмом. У меня все будет хорошо, и надеюсь, у Артема тоже.
В это время меня удачно отвлекли телефонными звонками с поздравлениями, так что я довольно быстро восстановила утраченное хорошее настроение и внутреннее равновесие.
Впрочем, как оказалось, запас неожиданностей на сегодня исчерпан еще не был.
Вновь позвонили в дверь, и Нат принес мне доставленную курьером небольшую коробочку, упакованную в блестящую оберточную бумагу, и огромный букет алых роз. Поставив букет в воду, я принялась распаковывать загадочный сверток. Под слоем бумаги и бантов скрывалась коробка, а в ней — аккуратный тисненый футляр. Я раскрыла футляр и ахнула: в футляре обнаружилось ожерелье сказочной красоты из белого золота с сапфирами и бриллиантами. Я даже боюсь предположить, сколько стоит вещица настолько тонкой работы, да еще и с камнями такой чистой воды. Надо сказать, я очень люблю именно это сочетание — белое золото и сапфиры, о чем, впрочем, осведомлен достаточно узкий круг, поскольку в повседневной жизни я предпочитаю носить украшения поскромнее.
Так что я могла допустить несколько вариантов, например, что даритель либо хорошо меня знал, либо угадал случайно, либо он просто собрал целое досье о моих вкусах и пристрастиях. Последнее представлялось мне наиболее возможным, поскольку близким была ни к чему такая таинственность, а случайное совпадение также было маловероятно — раз уж даритель не поскупился на такой роскошный подарок, то вряд ли он забыл бы поинтересоваться моими предпочтениями в этом вопросе.
Записка, приложенная к этому ювелирному шедевру, гласила "Ваши глаза сияют ярче этих сапфиров" и милая подпись "Н.". Я хмыкнула: да уж, затерто, мягко говоря… Да еще и эта претенциозная подпись… Впрочем, в чем-то он был прав — таких знакомых, которые могли бы так непринужденно подарить мне подобную вещицу, у меня в самом деле немного. Но все же непонятно, с какой радости Наортэль так расщедрился? За то дело, в котором я представляла его интересы, Наортэль со мной полностью расплатился, притом достаточно щедро. И что это еще за новые фокусы? Я недоуменно пожала плечами. А впрочем, какая разница? Подобный подарок я все равно не могла принять, уж больно это было похоже на то, что этот наглый эльф намеревался меня просто купить. А я, знаете ли, предпочитаю зарабатывать на жизнь немного другими способами. За деньги меня можно было попросить сделать вид, что я любовница Наортэля — в конце концов, у него были на то действительно веские причины. Но никакие деньги не могли заставить меня и в самом деле стать его любовницей. Я же не проститутка, в конце концов! Может быть, я и неправильно восприняла подоплеку этого подарка, но в любом случае, ситуация мне очень не нравилась. Да и слишком часто я сталкивалась с отношением мужчин, которые полагали, что позволив им расплатиться за чашку кофе, выпитого мной в кафе, я уже им чем-то обязана. Что уж говорить об украшении, стоимость которого явно очень велика! Так что я невольным вздохом сожаления, но решительно, уложила прекрасное ожерелье обратно в футляр, и села писать записку Наортэлю. В конце концов я остановилась на нейтрально-вежливой формулировке: "Благодарю за подарок и проявленное внимание, но я не могу это принять. С уважением, Анна Орлова".
Попросив Ната отправить подарок с курьером по адресу Наортэля, я отправилась готовиться к приходу гостей. Нет, я не планировала созывать большую компанию гостей, но не пригласить ближайшую подругу, Инну, моих родителей, брата и сестру, а также родителей Артема, я не могла. Да и не стали бы они ожидать приглашения — это ведь близкие мне люди, и излишние формальности между нами неуместны.
Так что компания человек в восемь — десять должна была собраться наверняка. В принципе, все было готово к приходу гостей, да и большинством хозяйственных вопросов занимался Нат, а я лишь утвердила меню и купила себе новый наряд. Так что теперь Нат ставил шампанское охлаждаться и смахивал невидимые пылинки с мебели в гостиной, а я отправилась переодеваться и освежать макияж.
Когда я наконец привела себя в порядок, уже было без пятнадцати пять, а гости должны были начать собираться к пяти.
Я надела любимые украшения, нанесла пару капель духов и удовлетворенно оглядела себя в зеркало… Ну вот, я готова. В этот момент прозвучал звонок в дверь — это наверняка явились первые гости. Я улыбнулась своему отражению и пошла открывать дверь.
Это оказались мои родители вместе с братом и сестрой, которые с порога осыпали меня поздравлениями и затискали в объятиях. Стирая со щеки следы двух отпечатков губ — сестры и мамы, я улыбнулась, совершенно счастливая, и позвала родных в квартиру.