Очередное утро разбудило звуками труб. Фанфары дудели марш. Открыв ставни, наблюдал за торжественной церемонией, возвращения победоносного фон Курта. А байки о его армии скорее были преуменьшены. Двадцать пять рыцарей в полном облачении на жутких клыкастых жеребцах специальной породы и две роты тяжелой пехоты. Как он их кормить умудряется? Неужели набеги приносят столько прибыли?Лица барона разглядеть не получилось, створки забрала его шлема открывались в бок, а не на верх и загораживали обзор.
Сегодня аудиенции добиться не получится, наверняка будет пир. После которого наступит похмелье, даже вылеченное целителем, оно изрядно притормозит голову. Получается ждать еще три дня. За людьми живущими обычной жизнью так интересно наблюдать! Так, что потерплю. Но мои выводы не оправдались. Еще в первый день своего прибывания у замка Грациан, подал прошение слугам о просьбе встречи с бароном. И вот, не прошло и пары часов по возвращению с налета, как:
– Владетельный барон замка Грациан, Воинственный Гурнар фон Курт, готов вас принять у себя. – Ливрейный слуга, явно гордится таким хозяином.
– Когда?
– Сейчас, мне велено проводить. – Это «велено» слуги впитывают с молоком матери что ли?
Двор замка сильно отличался, от встреченных прежде по пути. Те были скорее внутренними дворами жилого дома, а этот.. строевой плац. Детинец не зря огрызался высокими башнями и скорпионами на поворотных платформах. Всё замковое убранство было подчинено военной мысли.
Барон изволил кушать. Не успел я войти в обеденную залу, как был встречен голосом больше похожим на рык медведя:
– Не стой проходи!
– Разрешите представиться… – но видимо этикет был чужд вельможе.
– Сперва попробуй это замечательное вино, с винокурни фон Ваалсов, – видимо в этом заключался какой-то юмор. Люстры жалобно зазвенели под потолком, от громоподобного смеха. Барон впечатлял: если можно было бы скрестить гориллу с бегемотом, то результат этой авантюры, я теперь прекрасно представлял.
– Что умеешь, свободный охотник?
– Это не важно, – окорок небольшого порося, полностью поместился в раскрытой от удивления пасти. Ртом назвать это жерло вулкана не получалось, даже в мыслях. – Я не наниматься.
– Слушаю, – эээ, а куда подевался безумный варвар, поедающий младенцев на завтрак? Первое впечатление было именно таким. Сейчас же я сидел рядом со спокойным, уверенным в себе аристократом, брезгливо вытирающим руки чистой! салфеткой.
– Боюсь, я горький вестник, – медальон убитого баронета катится по столу не долго, прихлопнутый могучей рукой.
– Шарль всё же доигрался в благородство. Говорил этому юнцу, настоящие мужчины выбирают секиру, ну меч на худой конец, а не эти модные зубочистки! Кто?
– Он погиб в походе.
– Хоть тут ума хватило, молодец, что не в бесполезной дуэли, как я ожидал. – Странная реакция на потерю. – Рассказывай.
– Впервые я его встретил…. – разумеется хоть и история была основана на реальных событиях, я многое переиначил. В новой версии Шарль погиб от клыков велоцирапторов. А поход завершился успешно.
– Значит говоришь убил двоих ящериц, но не успел достать клинок из тела и его затоптали? – киваю. – Ну выскажу я своему братцу пару ласковых слов. Вбил в голову сына всякую дребедень, а я племянника любил. Мужчиной настоящим рос, секиру бы ему! А не эти игрушки, – мощный кулак опускается с такой силой, что столешница из железного дуба жалобно хрустит. – Зачем принес медальон?
– Обещал над телом.
– Уважаю… – гримаса напавшая на чело Гурнара, видимо означала задумчивость. – Наемники так просто, даже в кусты отлить не сходят. Что хочешь за весть?
– Безвозмездно ничего, но возможно пополню вашу казну, если договоримся.
– Торговаться я люблю, – а не скажешь по нему: – но это на долго. Приходи на вечерний пир, заодно устроим тризну по племяшу, после поговорим подробнее. Покидал я трапезную с четкой мыслью: в людях ни демона не разбираюсь.
Кузница при замке, работала на полную катушку. Два кузнеца и пять подмастерьев, были по горло загружены работой, вернувшиеся из похода солдаты чинили обмундирование. Но за небольшое вознаграждение удалось пристроить «хашти», которым давно надо было подправить лезвия и отполировать. Оценив клинки, главный мастер пообещал заняться ими сам. Он оказался хорошим знатоком оружия и долго убеждал меня, что «бабочки», широколезвийные клинки аналогичной длинны, лучше «хашти». Поспорили немного, в конце придя к соглашению, что более узкие «хашти» для быстрых рук всё же предпочтительнее. Заодно послушав разговоры воинов понял шутку про вино. Оказывается совершенно случайно во время набега перехватили караван фон Ваалсов, с бочками лучшего в баронствах вина, предназначенных для продажи на рынках Хиорта. Как Гурнара терпят соседи? Но оценив с какой сноровкой солдаты управляются с починкой кирас, понял: вынуждены терпеть.
Помог немолодому пехотинцу, подержать кольчугу на весу, пока тот снимал поврежденные кольца. Ландскнехт оказался разговорчивым. Оказывается барон не только воинственный, но и хитрый. Он никогда не тревожил непосредственных соседей, лишь заключив с ними договора, о проходе своей армии по их территориям. И даже обязался им помогать, в случае нападения других. То есть вокруг Грациана, была буферная зона из земель лояльно настроенных владетелей. Он не только тактик, о чем говорят многочисленные победы, но и стратег, думающий о процветании. А получиться ли с таким договориться, может лучше поискать удачу в другом месте?
Моё представления о баронских пирах, было разрушено. Нет, внешне все соответствовало, обильный стол, море выпивки, рыцари все это поглощающие в безмерных количествах. Но никаких шутов, музыкантов, даже дам не было. И в зале было на удивление чисто, собаки не грызлись за объедки под креслами, а мирно и флегматично млели у камина. Слуги больше напоминали, вышколенных официантов дорого ресторана. А главное, никакой ругани и мата. Может просто не успели напиться?
Чужаком в трапезной был только я. Из-за чего был усажен на почетное место, от барона меня отделял только один рыцарь.
– Не говорите чепухи, – что бы слышать Гурнара, не обязательно сидеть рядом, думаю его голос различим далеко за пределами залы. – Эльфы никудышные воины! Тому кто вам это сказал, смело плюньте, прямо в его наглую морду! – Барон прервал спор молодых ратников, бахвалившихся своими подвигами и рассказами о том как они всех победят.
– Что может сделать их легкая пехота, против атаки тяжелой конницы? – решил отстоять свое мнение один из них.
– Молодежжж! – когда-нибудь, в очень скором времени стол придется менять, уж больно жалобно тот хрустит, под стукнувшей его ладонью. – Наивные! Когда-то, когда я был таким же молокососом, и только принял правление замком, – почему он не сделает себе кубки на заказ? Ведь стандартного ему хватает на один глоток, бедный слуга уже замучился подливать, стоит потеет. – На моем счету уже было много славных побед. – В это легко поверить, оценив габариты рассказчика. – И думал как вы. – Куриное крылышко, размолото мощными челюстями, вместе с костями. – Собрал я верных людей, с целью проверить байки о эльфах. До Великого Леса мы не дошли, встретили нас на границе Аурната. – Юность у него была видимо бурная. – И такую трепку нам задали, что многие рыцари бежали сверкая пятками, – вскинутая ладонь, прерывает начавшиеся крики, о том, что рыцари не трусят. – А я сам провел три месяца пленником. И надо отдать должное их командиру, он выставил ровно такое же количество воинов, что было в моем отряде. Так что оставьте байки менестрелям. А мы лучше… Эй, все наполните кубки! – приказ выполняется мгновенно, зал замолкает, ожидая тост. – За благородного Еарна Ист Уал! – с грохотом сталкиваются бокалы.
– Вы знакомы с знаменитым полковником? – я удивлен.
– Он меня разгромил, взял в плен. И стал моим наставником и другом! – ачуметь с чего такая доброта со стороны ушастого? – И если кто-то скажет дурное слово о этой белокурой бестии, то…! – Серебряный кубок, сминается в кулаке, наглядно.