Последний раз виделись с сыном в ноябре 1999 года. Говорили и не могли наговориться. О гибели «Курска» узнала только в понедельник 14-го числа на работе по радио. Прибежала домой, начала звонить в Видяево. Сначала мне ответили, что никого на месте нет, все ушли на ужин. Просили перезвонить через час. Перезвонила. Никто не берет трубку. Но я все же дозвонилась. Тогда мне и ответили: «Да, ваш сын на этой лодке!» Мне сразу стало так плохо. Вызвали скорую помощь. Увезли в больницу, где я пролежала полтора месяца. Но какая больница может залечить такую рану? В Видяево ездил поэтому отец. Руслан был у нас единственным сыном. Я его так любила, так любила...»
Руслан Тряничев был потомственным сталеваром. Из прокатанного им металла еще будут создаваться новые подводные лодки. Пусть же их судьба будет более счастливой, чем судьба «Курска»!
Леша Шульгин прожил 19 лет 1 месяц и 12 дней. Именно такой срок был отмерен ему судьбой. Что можно успеть за это время? Леша окончил школу и ПТУ по специальности «электросварщик», одновременно закончил и курсы водителей. Увлекался гирями, рукопашным боем и хоккеем. Вместе с командой ездил на соревнования в Северодвинск и Челябинск. Дружбе был верен. Друзья были еще с детского сада. В горвоенкомате Котласа Алексея приписали в морскую пехоту, но попал он в учебный отряд Северного флота.
Рассказывает мама Алексея: «Алеша у нас очень чуткий, отзывчивый, заботливый сын и брат. Всю тяжелую работу по дому делали с братом, помогал во всем. У меня больное сердце, так каждое утро спросит: «Как ты, мамуля?» А если заболею и надо идти в больницу на прием, а он свободен от учебы, обязательно пойдет со мной. У старшего сына есть ребенок, так Алеша души в нем не чаял, все время таскал его на руках и в каждом письме хоть несколько слов, но напишет для Миши... У Алеши была любимая девушка. Они до армии встречались с ней около трех лет... И когда случилось это горе, Юля поехала с нами в Видяево. Ехали, конечно, к ЖИВОМУ Алеше. У нас даже в мыслях не было, что их не спасут, не поднимут. Алеша очень гордился тем, что служит на флоте...»
Последний раз родители видели Алексея в декабре 1999 года, когда ездили к нему на присягу в Северодвинск. Тогда его отпустили к ним, и они провели два последних счастливых дня вместе с сыном. Последнюю ночь перед расставанием они не спали, а проговорили, будто чувствуя, что видятся в последний раз.
Из писем Алеши домой:
«Со дня на день нам дадут бланки с зачетами, так что буду учить и сдавать их, чем быстрее, тем лучше. Как только сдам зачеты, получу допуск на корабль и буду нести вахту. А когда несешь вахту, то время летит побыстрее, а чем время идет быстрее, тем к дому ближе...»
«Скоро я буду полноправным членом экипажа, а служу я на АПРК «Курск». Это именной корабль города Курска, и к нам должна приехать делегация из Курска. Мамуля, ты не волнуйся. Никто меня не обижает. Пацаны все нормальные. Год пролетит быстро, а там и отпуск...»
«Может быть, пойдем в Североморск на парад по случаю Дня ВМФ. Так что смотри ТВ, если увидишь лодку с гербом на рубке, то это моя лодка. Вот помнишь, мама, ты говорила, что везет тем пацанам, которые попадают куда-то нормально служить, а я думаю, что мне всех больше повезло...»
А вот последнее письмо домой:
«Мы грузимся, чтобы идти на 3-ю задачу. В Видяево придем примерно 17 — 18 августа, рассчитывай примерно, чтобы посылка пришла к этому времени... Насчет дачи. Приеду, все выкопаю. Это, конечно, мечтать не вредно, но может быть?.. Пишите. Крепко обнимаю и целую. Матрос Шульгин».
16 августа мама Алексея получила сразу три письма от сына. Будто он хотел в последний раз выговорится перед ней...
Рассказывает Лешина мама: «Я каждый день молила Бога, чтобы все было хорошо. И когда в понедельник после работы я пришла домой и включила телевизор, чтобы послушать новости, там передали, что затонула подводная лодка «Курск». Я почувствовала, что Алеша на лодке. Сразу же стала звонить в военкомат. Там ничего вразумительного не ответили. Дозвонились до Видяево... Когда ехали, думали, что поднимут и спасут наших детей, что после перенесенного им нужна будет наша любовь, наше присутствие. Но нашим мечтам не суждено было сбыться. С тех пор в нашей жизни черная пустота, а мои глаза не просыхают от слез...»
А еще Алешина мама вспоминает, что после учений Алеша собирался в автономку, а потому верит, что он не погиб, а просто ушел в долгую-долгую автономку. Но автономки, как бы длинны они ни были, обязательно когда-нибудь заканчиваются, а значит, ее Алеша обязательно вернется домой. Наши мамы умеют ждать своих сыновей, пусть даже целую жизнь...
Главный старшина Ришат Зубайдулин. В девять неполных лет, работая вместе с дедом на сенокосе, он уже с гордостью говорил: «Я — настоящий мужик!» Он и был настоящим, надежным мужиком для всех, кто его знал.
Вспоминает двоюродная сестра Ришата Г. Смагина: «Ришат родился под знаком Водолея — 8 февраля 1979 года. Его всегда, помню, тянуло в море, мечтал он о морских просторах. Он как две капли воды похож на своего отца. Те же грустные, задумчивые глаза, тот же лоб. Его удивительная скромность и не по возрасту рассудительность и спокойствие, несуетливость вызывали у нас восхищение и удивление. Вспоминаю, как Ришат с мамой приезжали к нам в Верхнеуральск. Как-то остались ночевать. Видимо, он тогда подумал, что у нас не хватит подушек, и решил категорически спать без них, заметив: «Я готовлюсь стать солдатом, надо привыкать к любым условиям...»
Жизнь не баловала этого молчаливого, немного замкнутого парнишку. Умер отец, мама работала каменщиком на стройке, подрастала сестра. Приходилось нянчиться с маленькой Гузелью, ухаживать за скотиной, копать огород. Все в своей недолгой жизни он делал основательно — если работать, то работать, если отдыхать, то отдыхать, если заниматься спортом, то быть первым! Передо мной целая стопка спортивных грамот Ришата: первое место в районных соревнованиях по боксу, признание лучшим футболистом школы, лучшим нападающим турнира «Золотая шайба"...
Мама Ришата Ханифа Ахатовна рассказала мне, что сын всегда мечтал о флотской службе. Очевидно, не последнюю роль в этом сыграл его дядя, служивший в свое время на флоте. Еще будучи мальчишкой, Ришат всегда с радостью примерял на себя его форму.
Из воспоминаний Ханифы Ахатовны о сыне: «Когда пришла пора ему идти в армию, я хотела, чтобы он служил где-нибудь поблизости в Челябинской области, но он был непреклонен: «Хочу только в Морфлот!» Мечта его сбылась, и первые письма были радостные и счастливые. Однажды даже написал, что хочет служить на флоте до пенсии. После двух лет срочной службы остался на своем «Курске» по контракту на один год, потом продлил его еще на три года. Последний приезд домой в отпуск был очень странным. Ришат был очень задумчив. Его зовешь, а он не слышит. Думаю, что-то его все время тревожило. Проводили мы его в Видяеве 13 июня. Когда провожали, он был очень веселый, все время шутил. Обнимая меня, сказал: «Ждите, через два месяца обязательно приеду!» А ровно через два месяца день в день мы узнали о трагедии в Баренцевом море. Родня узнала о беде в первый же день, но мне не говорили, надеялись, что моряков спасут. Я узнала о беде лишь 1б-го числа на работе и сразу же собралась ехать. Встал вопрос: где взять столько денег? Первыми на помощь пришли ко мне работники Уральского горно-обогатительного комбината, где я работаю каменщиком, очень помог начальник СМУ Узельского рудника Николай Михайлович Сидурин. Билеты на самолет купил нам бывший военный летчик Владимир Иванович Васенин. Мир не без добрых людей! Хочу всех поблагодарить и за материальную, и за душевную поддержку в те страшные для нас дни. Я так благодарна всем, но сыночка этим все равно не вернешь. Я потеряла самое дорогое, что у меня было...»