— Твою Ленку!? Твою Ленку?! Володя, ты херню то не гони! Ленка была и есть только моя. Она моя, понимаешь! То, что ты с ней живешь под одной крышей, и она носит твою фамилию, это все фигня, это все до времени. Я только поманю ее пальцем, и она снова будет моя.
— Нет, — Бегма отрицательно замотал головой, — она уже не та. Мы прожили уже столько лет вместе. Она все про тебя поняла, ты ей не нужен. У нас семья, у нас есть общая дочь.
Сашка засмеялся своим характерным, открытым смехом.
— Володя, ты слишком много о себе мнишь. Ты для нее — никто! Если хочешь знать, я уже уговорил ее бросить тебя. Послезавтра, утром, я приеду, и заберу их к себе, всех. И Игорька, и Ленку, и Валю. Все решено, Володя! Все ре-ше-но!
— Врешь!
Сашка издевательски развел руки.
— Не веришь — не надо! Жди тогда до понедельника.
— Врешь! — снова повторил Бегма, но Сашка только усмехнулся, щелкнул зажигалкой. Прикурить он не успел, сильный удар в челюсть у Володьки не получился, помешали как раз поднятые руки Серова, но он выбил из его зубов сигарету, а из рук зажигалку. Сашка отшатнулся назад, ушел от удара с левой, поднырнул под Володькину руку, и со всей силы ударил его правой рукой в живот. Бегма согнулся от боли, и Сашка ударил его в лицо правым коленом. Тот вцепился в его рубаху руками, Сашка еще несколько раз попробовал ударить его ногой, но это у него уже не получилось, и они несколько секунд топтались на одном месте, как два пацана, с пыхтением и сопением. В это время очнулся опешивший Глебов, он подбежал к дерущимся, но Серов успел заметить новую угрозу, и, отшвырнул Бегму в сторону, так, что тот упал на асфальт тротуара. Встав в стойку, Сашка приготовился встретить нападение сержанта. Но тот, увидев это, встал как вкопанный. Что-то подсказывало Глебову, что с этим парнем ему лучше не связываться. Поняв, что все закончилось, Сашка расслабился, и начал рассматривать свою рубашку и джинсы.
— О, Володька, сколько ж крови из тебя вылилась, как из зарезанного поросенка, — усмехнулся он.
Бегма тем временем перевернулся на живот, встал на четвереньки. С лица его что-то капало, и, вытерев его рукой, он понял что, это действительно кровь из его разбитого носа. Еще под его руку попало что-то твердое, круглое, то, что он машинально сжал в руках. Уже поднимаясь на ноги, Бегма понял, что это какая-то железяка, обрезок трубы.
— Правду Ленка говорила, что ты слаб стал на кровь, — продолжал рассуждать Серов, — ни трахнуть толком не можешь, ни чего, — он нагнулся, пытаясь рассмотреть в скудном свете фар упавшую зажигалку. — Кстати, ты сильно обольщаешься, когда думаешь, что Валя твоя дочь. Понимаешь, ты тогда лежал в больнице, кажется с аппендицитом, а мне что-то сгрустнулось в Железногорске, вспомнилась Ленка. Ну, я тогда и мотнулся в Кривов. Хорошая тогда была ночь, в лесопосадке, в джипе. Да где же она!..
Договорить он не успел, свет фар заслонила темная фигура Бегмы, Сашка поднял вверх лицо. Он еще видел, как сверкнула в свете фар полированное железо, но что это, уже понять не успел. Труба со свистом опустилась на его голову. Бегма ударил его только раз, но вложив в этот удар всю свою накопившуюся злобу…
— Это было примерно так, — сказал в заключении Астафьев, — из этого же вытекает и мотив убийства Глебова. Тот просто стал шантажировать Бегму. На днях тот снял с книжки и отдал ему десять тысяч рублей, якобы на ремонт крыши. Очевидно, сержант зарвался, и у Володьки кончилось терпение. Вот он в ярости его и расстрелял.
— Почему вы думаете, что он был в ярости? — своим привычным, резким тоном, спросила Василевская.
— Ну, а в каком состоянии должен быть человек, чтобы выпустить в своего лучшего друга всю обойму? Сначала, я думаю, он выстрелил ему в лицо, а потом уже, когда тот упал, стрелял в затылок. В любом случае, нужно снять отпечатки пальцев Глебова.
— Зачем? — удивился Попов.
— На той трубе, которой убили Серова, есть один отпечаток, чей — не понятно. Он даже не Бегмы, я проверял.
— Откуда у вас его отпечатки? — удивился прокурор.
— Их брали у всех, кто отправлялся в Чечню, — напомнил Юрий.
— Это следственное действие не было отражено в деле! — вспыхнула гневом Ольга.
— Сравнительный анализ был проведен только вчера, по моей личной просьбе, — пояснил Астафьев, покосившись в сторону как раз появившегося на косогоре Сычева.
— Если вы правы, то сейчас меня волнует совсем другое, где сейчас Бегма, и что он собирается делать? — спросил прокурор.
Все переглянулись, и первый высказался Астафьев.
— С час, может два, он приходил в себя, наверняка пошел куда глаза глядят.
— Почему вы так думаете? — спросила Ольга.
— Иначе бы он уплыл на лодке.
— Да, они приплыли сюда на лодке, — пробормотал Попов, — но почему он не уплыл на ней же? Может, у них тут была машина?
— Нет, машины у них не было, мы уже проверяли, — сказал Рязанов. — Соседи не слышали звука мотора, да и следов протектора нет.
— Да нет, но на этой деревяшке до Кривова не доплывешь, где-то они должны были оставить свою машину. Тут где-то должен быть хутор, не помню его названия, — сморщился, припоминая, Курюдюмов.
— Петькин хутор? — спросил Попов.
— Может быть, — согласился прокурор, — я еще плохо знаю луга.
— Кто у нас тут есть из охотников или рыбаков? — Попов с задумчивым видом осмотрел своих подчиненных. — Денисов, кажется, охотиться. Сергей, Денисов, иди сюда! — крикнул он.
Денисов быстро взобрался на косогор.
— Сергей, слушай, ты эти места хорошо знаешь? — обратился к нему Попов.
— Да, есть немного.
— У кого и где они могли взять эту лодку, и оставить там свою машину?
— Ну, на Петькином хуторе, где еще то. Больше тут жилья нет.
— Что за Петька то? — не удержался, и спросил Курдюмов.
— Да хрен его знает, никакого Петьки там давно нет, деревня там так называется, домов десять, — пояснил Денисов. — Вот, там все останавливаются, и рыбаки, и охотники. Лодок там море, даешь полтинник, и она твоя. Удобно, и машина под присмотром, и лодку с собой таскать не надо. А отсюда по протокам в любой конец лугов доберешься. Здесь на Круглом такой карась!..
— Это далеко отсюда? — спросил Юрий.
— Круглое?
— Да нет, этот хутор, — отмахнулся Астафьев.
— Да нет, по прямой, если пешком, пара километров, не больше. На машине, конечно, дальше.
— Тогда, Сергей, возьми гэнээрщиков, и лети туда, — приказал Попов, — там попробуй найти Владимира Бегму. У нас есть большое опасение, что это он убил Глебова.
— Володька!? — поразился Денисов. — Да с чего это он? Он мужик, такой вроде, спокойный, неплохой парень, я с ним пару раз был на открытии сезона. Да и рыбачили как-то рядом. Чего это он?
— Долго рассказывать. Собственно, ты немного в курсе. Сергей, похоже, это он убил и Серова. Из ревности, — пояснил Юрий.
— Ах, вот оно что! — пробормотал Денисов.
— А Глебов его шантажировал, — продолжил Астафьев. — Учти, если даже он сорвался, то это страшено. Теперь он пойдет до конца и будет непредсказуем. Будь осторожен.
— Хорошо.
Денисов с группой немедленного реагирования отбыл, все как-то расслабились. Юрий же, отойдя в сторону, и закурив, начал думать о том, куда мог податься после убийства Бегма. И тут ему пришла в голову самая простая, и одновременно ужасная мысль. Он нервно оглянулся по сторонам, и подбежал к Попову.
— Игорь Дмитриевич, мне срочно нужна машина. Мне кажется, что Сергей не успеет его перехватить, слишком много прошло времени. Тогда Бегма прорвется в город, и может убить свою семью.
Попов понял его мгновенно.
— Бери «шестерку» на которой ты приехал. Хотя, я и думаю, что он наоборот, должен сейчас лечь на дно, — предположил Попов, — но кто знает, вдруг ты прав. Ты этого парня знаешь лучше всех.
— Я с вами, — заявила Василевская, — я не очень верю в вашу версию, и хочу все проверить сама.
— Хорошо, поехали, — согласился Юрий, и направился к машине. Он привычно уселся спереди, и лишь захлопнув дверцу, понял, что на это место претендовала Василевская. Та осталась стоять около закрытой дверцы с недовольным лицом. Но что делать, ей пришлось довольствоваться тем, что осталось.