Один из сыновей Соне прикоснулся к Орму.
— Расстояние большое,— прошептал он,— и лунный свет обманчив для прицеливания, но нам кажется мы сможем попасть в него, если ты этого хочешь.
Орм колебался, затем сказал, что не собирается начинать военных действий.
Всадник на холме засвистел, как чибис, и рядом с ним возник еще один. Первый протянул руку и что-то сказал. После этого оба тихо сидели несколько секунд, затем неожиданно пришпорили коней и скрылись из виду.
— Это, наверное, патцинаки,— сказал Орм.— Сейчас дела пойдут хуже, потому что они несомненно заметили нас.
— Мы дошли уже до пятого порога,— сказал Олоф,— жалко возвращаться, когда зашли так далеко
— Мало радости драться с конными,— сказал Орм,— особенно, когда их больше.
— Может быть, они подождут, пока не рассветет, и только потом нападут на нас,— сказал Споф.— Они любят лунный свет не больше нашего.
— Продолжим путь,— сказал Орм.
Они пошли со всей возможной скоростью, и когда прошли седьмой порог, Орм стал осматриваться.
— Самые остроглазые из вас должны мне помочь,— сказал он,— в воде должна быть скала с тремя розовыми кустами на вершине, хотя в это время года на них не может быть цветов.
— Вижу скалу с кустами,— сказал Черноволосый,— но розы ли это, не могу сказать.
Они подошли к воде и оттуда смогли различить три скалы. Но эти все были голые. Тогда Орм нашел углубление в скале, где вода шумела и бурлила, и рассказывал Аре.
— Если сейчас мы сможем найти холм, который называется могильником патцинаков,— сказал он,— мы будем недалеки от того места, куда шли.
Вскоре они нашли его, потому что почти сразу же Споф указал на высокий холм недалеко от реки.
— Они захоронили там своего вождя,— сказал ой,— помню, мне говорили об этом. И всегда, когда они дерутся здесь, вблизи порогов, они, согласно своему обычаю, втыкают головы убитых врагов на высокие шесты и ставят на его могиле.
— Тогда надо спешить,— казал Орм,— чтобы они и наши тут не поставили.
Они дошли до того места, которое лежало прямо напротив скалы с кустами и холма.
— Наверное, здесь,— сказал он.— Теперь узнаем, не окажется ли весь наш путь напрасным.
Все были сильно возбуждены. При помощи копья они измерили глубину воды в расселине.
— Чтобы поймать эту рыбу, нужны высокие люди,— сказал Орм,— но я чувствую кучу камней у основания скалы, так и должно быть.
Два брата из команды Олофа, по имени Длинная Палка и Скуле, халландцы по происхождению, были самыми высокими людьми в отряде. Они вызвались пойти в воду и постараться найти там что-нибудь. Когда они стояли на дне, вода доходила им до шеи, и Орм приказал им нагнуться в воду и посмотреть, а затем поднять все камни из кучи один за одним. Они стали поднимать большие камни, это продолжалось довольно долго. Вдруг Скуле сказал, что пальцы его нащупали что-то, что не было камнем, но что он не может вытащить это.
— Будь осторожен с этим,— сказал Орм,— и сначала убери все камни.
— Вот еще что-то непохожее на камень,— сказал Длинная Палка, поднимая предмет из-под воды. Это был мешок, который, несомненно, содержал что-то тяжелое, так что ему пришлось ухватиться за него как следует. Когда он поднял его до половины, мешок лопнул посередине, потому что шкуры, из которых он Был сшит, сгнили, и широкий ручей серебряных монет посыпался в воду. При виде этого, громкий крик страхна и злости раздался с берега, Длинная Палка старался остановить поток монет своими руками и ртом, алюди бросились спасать мешок и то, что в нем еще осталось. Но несмотря на их усилия, большая часть содержимого упала в воду.
— Хорошенькое начало,— горько сказал Орм__
Это так-то ты обращаешься с серебром? Сколько же мне останется, если ты будешь продолжать в том же духе? Однако,— добавил он уже спокойнее,— теперь мы по крайней мере знаем, что нашли то самое место и что здесь никто до нас не побывал. Но будь осторожнее с остальными, халландец. Должно быть еще четыре мешка.
Все сердито ворчали на Длинную Палку, так что он стал тоже злиться и сказал, что больше не останется в воде. Не его вина, сказал он, что мешок был гнилой, если бы у него было столько серебра, и он хотел бы его спрятать, то потрудился бы найти мешок покрепче. Пусть другие займут, его место и сделают лучше.
Но Орм и Олоф сказали, что все произошло не по его вине. Это подбодрило его, и он продолжал более спокойно.
— Вот еще что-то,— сказал Скуле, вытаскивая какой-то предмет,— и это тяжелее, чем камень.
Это был маленький медный сундучок, очень зеленый и тяжелый, обвязанный красивыми красными веревками, которые были опечатаны.
— О да, сундуки,— сказал Орм,— я и позабыл про них. Таких сундучков должно быть четыре. Там безделушки для женщин. Все серебро в мешках.
С другими мешками им повезло больше, их достали на скалу целыми. Когда появлялся каждый новый мешок, настроение у всех поднималось, теперь они уже не думали о патцинаках и о том, что время проходит. Им пришлось долго искать, пока они не нашли два последних сундука, потому что они глубоко вошли в дно, но наконец они и их нашли и сложили все в фургон.
К этому времени прошла уже почти вся ночь, и как только они отправились в обратный путь, их страх по патцинакам становился все больше.
— Они придут, как только станет светло,— сказал Споф.
— Орму везет больше, чем большинству людей,— сказал Олоф Синица,— да и я тоже не самый невезучий. Может быть, вместе мы сможем избежать этих патцинаков. Ведь прошло уже много времени послетого, как те двое видели нас, а после этого мы никого не видели. Это может означать, что патцинаки поджидают нас ниже последнего порога, где кончается волок, ведь они не могли знать, что мы дойдем только до середины, а потом повернем назад. Они станут нас преследовать, пока не поймут, что ошиблись, и если все пойдет, как надо, мы к тому времени уже благополучно достигнем корабля.
Но в этом он оказался плохим пророком, хотя всегда его слова сбывались, потому что вскоре после рассвета, когда им оставалось уже не далеко от корабля, они услышали громкий топот копыт позади себя, И обернувшись, увидели патцинаков, летящих на них, как буря Одина.
Орм приказал своим людям остановиться и занять позицию у фургона, держа луки наготове. Люди были в самом прекрасном настроении и готовы были драться за свое серебро со всеми патцинаками Востока.
— Ни один чужак не прикоснется к этому фургону, пока будет хоть четыре-пять человек, готовых защищать его,— говорили они твердо.
Но патцинаки были хитры, в них трудно было попасть, потому что вместо того, чтобы мчаться прямо на норманнов, они на всем скаку промчались мимо них на расстоянии выстрела из лука, стреляя на ходу. Затем они перегруппировались и, после небольшой паузы, проскакали в обратном направлении. Большинство людей Орма были умелыми охотниками, хорошо обращались с луком, так что могли показать себя, и громкие крики радости раздавались каждый раз, когда один из врагов падал с лошади. Но иногда и стрела патцинака тоже находила свою цель, и через некоторое время Орм и Олоф согласились с тем, что если дело так пойдет и дальше, то долго им не продержаться.
В перерыве между двумя атаками Орм, подозвал Черноволосого и Радостного Ульфа к себе. Они оба были слегка ранены стрелами, но были в хорошем настроении, и каждый похвалился, что убил врага. Им повезло, что в месте, где они остановились, к реке спускался крутой обрыв, так что с этой стороны они были защищены от нападения. Орм приказал мальчикам спуститься к реке и бежать изо всех сил к тому месту, где на якоре стоял корабль. Там они должны были позвать Токе и сказать ему, чтобы немедленно шел им на помощь со всеми своими людьми.
— Закончится ли все предприятие успешно, зависит от вас,— сказал он,— у нас надолго стрел не хватит.
Гордые порученным важным заданием, мальчики послушались и быстро стали спускаться по скале Вскоре патцинаки атаковали вновь, и в ходе этой атаки Олоф Синица упал, получив стрелу в грудь. Она пробила кольчугу, и вонзилась в тело.