Лидия Чарская
Полное собрание сочинений
Том четырнадцатый
![Том 14. Первые товарищи pic_2.png](https://litlife.club/books/122240/read/images/pic_2.png)
Повести для детей среднего и старшего возраста
С рисунками
Первые товарищи
![Том 14. Первые товарищи pic_4.png](https://litlife.club/books/122240/read/images/pic_4.png)
Глава 1
![Том 14. Первые товарищи pic_5.png](https://litlife.club/books/122240/read/images/pic_5.png)
Яркое солнышко заглянуло в окошко и разбудило Сережу.
Сережа протер сонные глаза и уже снова было прикорнул на подушку, как вдруг, что-то вспомнив, быстро приподнялся и громко произнес:
— Надо вставать! Ведь сегодня я поступаю в пансион.
Сережа проворно натянул чулки и башмаки и крикнул няню, чтобы она дала ему умыться. Вошла няня, полная, добродушная женщина, Домна Исаевна, бывшая кормилица Сережи, которую и он, и его шестилетняя сестричка Людочка любили, точно родную.
— Что в такую рань поднялся? — шутливо заворчала Домна Исаевна.
— Няня! — сказал Сережа, — разве ты забыла, что я еду сегодня в пансион?
Мама решила отдать Сережу в учебное заведение г-жи Власьевой полным пансионером.
Сережа целую неделю должен был проводить в пансионе и только по праздникам мог приходить в отпуск домой. Поступление в пансион составляло большое событие не только для самого Сережи, но и для всех домашних.
И няня Домна Исаевна, перестав ворчать на своего любимца, начала поливать из большого кувшина на руки Сережи холодную свежую воду.
Едва Сережа успел умыться, как вбежала его сестра Людочка и повисла у него на шее. Малютка рассказала брату о том, каких потешных маленьких человечков видела она во сне, потом — что Арапка, их большая комнатная собака, пришла ее будить рано утром и как няня рассердилась и прогнала Арапку. И Людочка, вспомнив, как потешно няня сердилась и гнала Арапку, рассмеялась.
Но Сереже было не до смеха. Он был очень озабочен предстоящим сегодня поступлением в пансион.
Он только улыбнулся в ответ и, помолившись Богу, пошел в столовую.
Мама была уже там.
— Здравствуй, пансионер! — ласково улыбнулась она мальчику и подала ему большую чашку с дымящимся кофе.
Сережа пил кофе, ел сдобные булочки и все время думал, как бы ему не опоздать в пансион.
Когда на больших столовых часах пробило девять, мама сказала:
— Ну, Сергунчик, собирайся, пора!
Он быстро оделся, поцеловал Домну Исаевну, погладил Арапку и вышел на лестницу в сопровождении мамы.
В ту минуту, когда няня Домна Исаевна собиралась закрыть входную дверь, послышался звонкий голосок Людочки:
— Подожди, Сергунчик, я хочу тебе что-то подарить.
Мама и Сережа молча переглянулись, а она уже стояла на площадке лестницы, примыкавшей к их квартире, и протягивала брату что-то тщательно завернутое в бумажку.
Сережа развернул бумажку и увидел однорукую маленькую куколку Людочки, ее любимицу Стешу.
— Зачем же ты мне ее даешь, Людочка? — удивился Сережа и хотел возвратить сестре куколку, но та возразила:
— Нет, нет, оставь, я тебе ее дарю. С ней тебе не будет так скучно в пансионе. Когда тебе станет скучно, ты с ней поиграешь.
— Да ты сама по ней соскучишься, Людочка, — пробовал Сережа уговорить сестренку.
— Нет, нет, — говорила Людочка и даже слезки навернулись на ее длинные ресницы, — я не соскучусь, ведь я останусь дома с мамой, Домной Исаевной и Арапкой, а ты один, среди чужих мальчиков, проведешь всю эту неделю. Так пускай с тобой будет хоть Стеша! Пожалуйста, Сергушек!
Сергушек взглянул на ее полные слез голубые глаза и вдруг крепко обнял сестрицу.
Кукла Стеша осталась у него.
Сережа старался быть спокойным, чтобы не огорчать маму, но во время пути от их дома, вплоть до самых дверей пансиона, сердце его щемило от страха.
![Том 14. Первые товарищи pic_6.png](https://litlife.club/books/122240/read/images/pic_6.png)
Когда, в прихожей пансиона, седой сторож Вавилыч снял с Сережи пальто и пригласил последовать за ним, он совсем оробел и сконфузился.
Они прошли целый ряд больших и красиво убранных комнат, пока в одной из них не увидели невысокую полную даму, приветливо ответившую на поклон Сережиной мамы.
Это и была г-жа Власьева, начальница пансиона, в который поступил Сережа.
— Привезли сынка? — обратилась Власьева к маме. — Вот и отлично. Мальчик большой, пора учиться. Не хотите ли проводить его в класс?
Мама охотно согласилась на предложение начальницы, и они втроем пошли на ту половину, где помещались классы.
Длинный коридор очень понравился Сереже. "Здесь отлично можно бегать и играть в лошадки", — подумал он и пожалел, что Людочка не может бегать с ним вместе.
— Вот твои новые товарищи! — сказала начальница, обращаясь к Сереже, когда они вошли в класс, где сидели на скамейках за длинными столиками мальчики.
Отдельно, посреди класса, за маленьким столиком, сидел учитель, очень строгий на вид, с синими очками на носу.
Сережа с любопытством оглядывал класс, а мальчики, вставшие со своих мест при входе начальницы, в свою очередь разглядывали его.
Сереже стало неловко и грустно — ему нужно было прощаться с мамой, которую он уже не увидит целую неделю, до субботы, когда их на двухдневный отпуск распустят по домам.
Мама точно поняла, что происходило в душе мальчика. Она крепко обняла Сережу, перекрестила его несколько раз и нежно шепнула ему на ушко:
— Не скучай, мой мальчик. В субботу увидимся. Мне пора домой.
Сережа считал себя «молодцом» и всеми силами старался удержать набегавшие на глаза непрошеные слезы.
Он крепко поцеловал маму и обещал ей не скучать, быть умным мальчиком и прилежно учиться.
Когда мама в сопровождении начальницы вышла из класса, Сережа почувствовал себя ужасно одиноким.
Чтобы как-нибудь успокоить себя, Сережа стал разглядывать своих соседей. Некоторые из мальчиков были старше его, другие моложе.
Особенно привлек внимание Сережи рыжий мальчик, сидевший с ним на одной скамейке. Это был большой шалун и проказник. Как только отворачивался учитель, рыжий мальчик делал такие смешные рожицы, что, как ни грустно было на душе у Сережи, он едва мог удержаться от улыбки.
— Как тебя зовут? — спросил Рыжий.
— Сережа!
— Ну вот и соврал, — тихо, чтобы не слышал учитель, рассмеялся мальчик.
— Нет, не соврал, — даже немножко обиделся Сережа, — меня зовут так.
— А фамилия твоя как? — не унимался рыжий.
— Фамилия Горин.
— Ну, значит, тебя зовут Сергей Горин, а вовсе не Сережа! — захихикал Рыжий и добавил так, чтобы слышали сидящие кругом них мальчишки: — Ах ты, мартышка!
Сережа обиделся на данное ему прозвище; дома его называли Сереженькой, Сергунчиком, Сергушком, и слово «мартышка» ему очень не понравилось.
— Я вовсе не мартышка, — обидчиво возразил он рыжему. — Мартышки сидят в клетках в Зоологическом саду, а я просто Сережа.
— Нет, мартышка, — не унимался рыжий. — Скажите, пожалуйста, обижаться еще вздумал… Ах ты, гоголь-моголь ты эдакий!
— Грушин! — вдруг сказал учитель, — ты сам не слушаешь и другим мешаешь. Ступай в угол и стой, пока не окончится урок.
— Виноват, Алексей Иванович, — взмолился Грушин, — я больше не буду!