- Я выдвигаюсь, - сказала она, выходя из номера в коридор гостиницы.
- Мы уже в такси. Точнее говоря в двух. Какие будут приказы для Инги и Лары?
- Держать под наблюдением группу Флэйрти, пока я не скажу чего-то иного.
- Ты не сможешь связаться с ними, когда мы будем на орбите.
Танди уже обдумывала эту проблему, двигаясь по коридору с максимальной скоростью, которая ещё не выдавала бы её спешку. К счастью, с её длинными ногами бодрый шаг покрывал расстояние достаточно быстро.
- Знаю. Придётся действовать по обстоятельствам. Пока не будем уверены, что остальные покидают планету, я не хочу спешить с какими-либо действиями.
- Понятно. Инга и Лара будут ворчать.
- Пусть ворчат сколько хотят, только делают что приказано.
- Не волнуйся. Лара говорит, что её рука ещё болит, хотя доктор клянётся, что кость срослась.
- Я сломала её довольно качественно. Она меня довела.
В этот момент Танди выходила из дверей гостиницы, взмахом руки подзывая одно из такси, выстроившихся вдоль бордюра. Нетерпеливый жест, вкупе с улыбкой на лице, вызвали немедленную реакцию.
Жест был вызван нетерпеливостью. Улыбка же ответом Анны.
- Ты - большая кайя. Приказ будет исполнен.
Хоть этого-то она добилась. Благодаря их происхождению, и специфической субкультуре, сложившейся у них на протяжении многих веков после Последней Войны, у кощеев не было ничего, напоминавшего бы нормальные человеческие семьи. Их социальная организация скорее напоминала неких стайных хищников. Термин "кайя" был сленговым, и трудным для буквального перевода. В нём было что-то от "матери", хотя больше даже от "старшей сестры". Но на взгляд Танди ближайшим эквивалентом, скорее всего, был статус самой крупной, самой сильной, самой жестокой волчицы в стае.
Большой альфа-самки, так сказать.
- Приказ будет исполнен, - пробормотала она.
Танди забыла о микрофонах переговорного устройства такси. Водитель бросил на неё обиженный взгляд в зеркало заднего вида.
- Я слышал вас и в первый раз, леди. Я и так двигаюсь с максимальной разрешённой экспрессу скоростью. Ещё чуть быстрее и центр управления движением нас остановит, - он ткнул пальцем в указатель скорости. - Сделают это в мгновение ока, даже не сомневайтесь.
- Простите. Я не вам.
Слегка нахмурившись, Танди принялась обдумывать одну из мелких тайн мироздания. Как так вышло, что на заселённой гангстерами планете самые строгие во всей населённой части галактики правила дорожного движения?
На полпути к шаттлпорту она кое-что вспомнила.
"Чёрт. Я ведь ждала этого с нетерпением".
Протянув руку, она отключила переговорное устройство такси, чтобы обеспечить себе уединение. Затем быстро назвала необходимый ей контакт. Секунду спустя у неё в ухе зазвучал приятный мужской голос.
- Виктор Каша слушает. Полагаю это ты, Танди. Не знаю больше никого, кто настолько нервно относится к безопасности, чтобы блокировать определение номера.
- Прости. Я просто не подумала, что антиопределитель включен. Это настройка по умолчанию. Послушай, Виктор, я не смогу прийти на обед. Кое-что затевается.
Приятный голос слегка потускнел.
- То есть вы тоже заметили перемещения Темплтона, а? Я бы спросил, почему это вынуждает тебя торопиться, но… неважно. Я могу сделать как минимум три предположения, и из любого следует, что мы встретимся на "Цене греха". Возможно поужинаем, как?
Полёт мысли Каша оставил Танди в недоумении.
- Почему на "Цене греха"? Всё что я знаю…
Она поколебалась, но потом решила, что играя в шпионские игры с Виктором Каша слишком уж напоминает мышь, пытающуюся поиграть в пятнашки с кошкой.
- О'кей, оставим. Да, я следую за Темплтоном. Но всё что я знаю - и это только догадки - это что он и его команда двигаются в шаттлпорт. Я предполагала, что они скорее всего направляются к себе на корабль. С чего бы религиозным фанатикам посещать место вроде "Цены греха"?
Тут ей в голову пришёл очевидный вариант.
- О, Господи. Ты же не думаешь…
- Нет, не думаю. Беспорядочный террор против первых попавшихся грешников не в стиле Темплтона. У него есть конкретная цель.
- Кто?
- Ты знаешь что-нибудь о королевской семье Мантикоры?
Ошарашенная Танди уставилась в окно. Они покинули пределы Мэйтага, и внизу под ними проносилась сельская местность Эревона. На малой высоте, предписанной законом для такси, ландшафт сливался от скорости в неразборчивую мешанину. Мысли её сейчас представляли собой нечто подобное.
- Не особенно. У них конституционная монархия, и сейчас королевой Елизавета с каким-то там номером.
Как и большинство граждан Лиги, Танди мало обращала внимание на политические выкрутасы множества миниатюрных звёздных наций галактики. Только специалисты стали бы пытаться вникать в такие мелкие детали, как королевское семейство "звёздного королевства", в составе которого не более горстки планет. В Солнечной Лиге было куда больше двух тысяч звёздных систем, если считать те сотни, что фактически находились под владычеством Лиги как протектораты.
Затем, внезапно, она вспомнила передачу, которую видела несколькими днями ранее. "Антон Зилвицкий и некая…"
- Ты о "принцессе Руфи"? На кой чёрт она сдалась Темплтону?
- Она ему сестра. Точнее, у них один отец. И в его глазах она отступница, изменница и шлюха. А она и её спутники - дочь Антона Зилвицкого и профессор Дю Гавел - как раз прошлым вечером отправились на "Цену греха". Вскоре после того, как сам Зилвицкий отбыл с Эревона в неизвестном направлении.
- О, чёрт.
- Именно "о, чёрт". В том смысле, что чертям скоро станет жарко. Увидимся там, Танди.
- Что ты собираешься делать?
- Действовать по обстоятельствам, разумеется. Что же ещё? Но я просто чувствую запах удачи.
Он отключился. Танди фыркнула. Лично она не чувствовала ничего, кроме запаха старой обивки, регулярно подвергающейся чистке в соответствии с фанатично строгими санитарными правилами Эревона.
- Замечательно, - буркнула она. - Мне предстоит ввязаться в трёхстороннюю перестрелку с кучей психов и главным Юным Супершпионом галактики. И всё это под носом записавшихся в святые гангстеров, которые к нарушению законов относятся со всем пылом новообращённых.
Она снова включила переговорное устройство.
- Чисто из любопытства, у вас на Эревоне есть смертная казнь?
Таксист ответил ей крайне оскорблённым взглядом.
- Разумеется нет, леди! Эревон, знаете ли, цивилизованная планета.
Она было расслабилась, но таксист развил тему.
- Худшее, что можно заработать, это пожизненное заключение без права помилования. В одиночной камере. Для по-настоящему скверных случаев добавляется ещё "сенсорное голодание". Это значит, что камера будет примерно два на три метра, без окон, и единственная доступная разминка в массажной машине.
По всей видимости, эта тема его увлекала.
- Ага. Никакого солнечного света для самых опасных преступников. Можете не сомневаться, у нас на Эревоне уголовникам приходится несладко. Ни единого солнечного луча на протяжении всего остатка их вонючего существования. Пусть живут как вампиры. Мало того…