Кристина, два дня назад потихоньку оформившая наконец свои отношения с Хенриком Карпинским, сконфузилась.
— Нет, конечно, не всегда, — поправилась она, вынимая из банки консервированные огурчики. — Особенно если выходить за Тадика, такой порядочный юноша… Дети, разумеется, могут отравить жизнь, но, во-первых, не обязательно их сразу же заводить.
А во-вторых, располагая таким состоянием… Нет, я не права и беру свои слова обратно.
Полностью удовлетворённая Эльжбета успокоилась и вернулась к последним событиям:
— Да, про рыбалку забыла! Вроде бы Тадик решил отцовские удочки держать не у нас, как они первоначально намеревались со Стасем, а у того дружка Стася, с которым мальчишка ходит на речку. Нас может не оказаться дома, когда они захотят порыбачить, а так — в любое удобное для пацанов время. И Стась после всего этого прямо влюбился в Тадика, впрочем, и к нашему шурину парень тоже испытывает тёплые чувства, не прочь его иметь отчимом. Тут прямая выгода — ведь Клепа занимает все помыслы пани Богуславы и все её время, так что мать теперь не контролирует детей, Стась может хоть каждый день бегать на реку. Да и Агатка уже не столь рьяно доносит матери на брата, потому что та перестала на доносы реагировать. А я провела с девчонкой воспитательную работу, посоветовала ей не ябедничать на брата по пустякам и вообще держаться с ним заодно, а то и он станет ябедничать матери, когда она сама начнёт бегать на свидания с мальчиками.
— И что? Убедила? — поинтересовалась Кристина.
— Кажется, да. Девочка она неглупая, сразу задумалась, надеюсь, сделает правильные выводы.
— Из всего этого следует, что мы теперь располагаем колоссальными возможностями влиять на развитие событий. И с чего начнём?
Заглядывая в холодильник, Эльжбета вскользь заметила:
— Я-то на тебя рассчитывала. Думала, что-нибудь умное посоветуешь. Майонеза не осталось, только хрен.
— Прекрасно, от майонеза толстеют. А насчёт чего я могу умное посоветовать?
— Ну как же, насчёт моей свадьбы. В принципе я ничего не имею против, но мне не хотелось бы жить со всеми в одной куче. Отец, кажется, что-то поговаривал о покупке дома… Как думаешь, это нам по средствам?
— Полагаю, что после недавней операции с земельными участками нам по средствам приобрести не один дом, но ведь такие вещи требуют времени, за день оформления не провернёшь. Если тебя интересует моё мнение, то я считаю — лучше всего вам сыграть свадьбу ближе к Рождеству и поселиться отдельно. И меня это бы устроило, потому что я намерена в ближайшее время завести ребёнка. Ты как к этому относишься? Не против?
— Положительно, заводи пожалуйста. Я не против, — рассеянно разрешила Эльжбета. — Так вы из-за этого спешили с оформлением брака?
— В том числе и из-за этого.
— Надо же, столько свадеб сразу, прямо эпидемия какая-то, — заметила девушка. — Так ты говоришь, где-то ближе к Рождеству? У меня-то возражений нет, но боюсь, Клепу это не устроит. Слушай, мне знаешь что пришло в голову?
— Что такое? — встревожилась Кристина, извлекая из кипятка сосиски.
— А вдруг Клепа примется за старое и станет у нас красть, не дожидаясь отъезда? И уносить в дом Хлюпихи. Лучшей малины не найти, там ведь без счета всяких тайников, куда не ступала нога человека. Слона можно спрятать! Ну если не слона, то уж крокодила наверняка.
И она принялась снимать целлофан с сосиски, — Так у нас же нет крокодила! — успокоила её Кристина, накладывая себе хрен.
Сосиски с огурчиками и хреном заменяли им обед, ведь не было смысла его готовить, Карпинский с работы вернётся лишь вечером. А пока можно перекусить на скорую руку здесь, в кухне, не тратя времени на капитальную стряпню и накрывание стола в гостиной.
— Нет, я серьёзно, — настаивала на своих опасениях Эльжбета. — Начнёт тащить все, что под руку подвернётся. Прекрасный способ, чтобы подтолкнуть нас к принятию радикального решения. У него мозгов хватит. Думаешь, не знает, что мы мечтаем избавиться от него? Для нас тогда единственный выход — подкинуть его Богусе. Слушай, а вдруг он уже не один день этим занимается?
— Вечно ты меня нервируешь! — разволновалась Кристина. — Только немного успокоюсь, только жизнь начнёт налаживаться, бац — и снова нервотрёпка. Такое ощущение, что живёшь на действующем вулкане.
Обе замолчали, удручённые новыми заботами. К тому же хрен оказался свежим и чересчур крепким, даже слезы выступили на глазах, пришлось сидеть разинув рты. И в наступившей тишине обе женщины явственно услышали лёгкий скрежет ключа в замке входной двери, а затем лёгкие, быстрые шаги по коридору.
Переглянувшись, Эльжбета с Кристиной ни слова не говоря встали и на цыпочках подкрались к двери гостиной.
Клепа увлечённо копался в кассетах, что лежали на тумбочке у телевизора, отбирая лучшие и складывая в большую полиэтиленовую сумку. Затем, отступив на шаг, окинул взглядом полки вдоль стены комнаты, внимательно изучил самую верхнюю и, приподнявшись на цыпочки, дотянулся до стоявшего там янтарного деревца счастья. Сунув и его в сумку, он заботливо передвинул остальные предметы на полке так, чтобы не бросалось в глаза пустое место.
Обе дамы с порога наблюдали за действиями жулика. В Кристине все так и кипело.
— Гляди, по-твоему вышло! — прошептала она Эльжбете. — Просто накаркала… Нет, я не выдержу! Ради бога, женитесь вы с Тадиком поскорее и пусть он сюда переедет. Или вовсе без всякой свадьбы пусть у нас поселится…
От этих слов девушка тихо ахнула. Клепа обернулся на звук и приветливо улыбнулся, явно собираясь мило поздороваться с хозяйками.
Эльжбета его опередила.
— Есть хочешь? — спросила она. — Мы тут как раз обедаем, можем и тебя сосисками угостить.
Немного подумав — на обед у Богуси сегодня он не мог рассчитывать, она шла на работу к двум и возвращалась поздно, так что и ужин сомнителен, — Клепа согласился.
— С удовольствием! — весело произнёс он. — Впрочем, я так и думал, что вы дома и у вас найдётся что-нибудь перекусить.
Кристина с Эльжбетой всегда понимали друг дружку с полуслова, вот и теперь хватило взгляда и нескольких жестов, чтобы выработать тактику поведения. Кристина, правда, позволила себе тихонько заскрежетать зубами, но взяла себя в руки и с радушной улыбкой принялась обслуживать шурина в кухне.
Эльжбета наскоро проглотила вторую сосиску и поспешила в гостиную. Поскольку в кухню жулик пришёл с пустыми руками, сумка его должна была остаться там. Но где же она?
Отыскалась сумка на самой нижней полке, прикрытая чем-то непонятным. Не сразу в этом непонятном Эльжбета узнала свой школьный ранец. И была потрясена. Каким чудом проклятый ворюга сумел у них на глазах в мгновение ока так ловко скрыть свои трофеи и откуда он извлёк её школьный ранец, наверняка долгие годы пылившийся где-то на антресолях? Фантастика какая-то… Ведь они с Кристиной глаз с него не сводили, он не копался ни в чем, не наклонялся, не заталкивал ворованное под кресла или диван, не делал попытки незаметно спрятать сумку в коридоре по дороге в кухню. Ничего этого не было, а ведь просто гениально скрыл награбленное.
Оценив Клепину гениальность, Эльжбета извлекла из его сумки кассеты и деревце счастья и мстительно заполнила воровскую торбу другими предметами. Сунула в неё лопнувший цветочный горшок с засохшей альпийской фиалкой, горсть одноразовых использованных зажигалок и парочку старых кассет, на которых уже ничего нельзя было записать. Взвесив сумку на руке и подумав, добавила отвратительный железный подсвечник, от которого давно мечтала избавиться.
В кухню она вернулась в тот момент, когда Клепа развлекал Кристину жуткой историей о каком-то брачном аферисте. Причём с такими леденящими кровь подробностями, что не узнай Кристина об Агаткиных откровениях, непременно решила бы, что шурин свихнулся на матримониальной почве.
— Все о'кей, спокойно! — удержала Эльжбета мачеху, когда та рванулась было к шурину, увидев, как он безмятежно покидает их квартиру с невесть откуда появившейся своей сумкой в руках. — Пусть забирает. Насколько мне известно, у Хлюпихи тоже имеются мусорные баки.