О воздействии смертельного яда Марина узнала от самого Кароля. И, как ни странно, немного успокоилась — все-таки её труды не пропали напрасно. Это хоть как-то компенсировало полнейший прокол с воротами.
Что же касается ворот, то дело разрешилось самым прозаическим образом. В десять утра приехал «рафик» с тремя умельцами, которые размонтировали и сняли старое устройство, словно его и не было, зато появилось новое, безо всяких направляющих. Тем самым испорченный пульт утратил всякое значение.
К определённому результату привели и размышления Марины на тему убийства мужа собственными руками.
На частное охранное агентство требовательная клиентка опять свалилась как снег на голову. Взбалмошная бабёнка, но уж очень хорошо платила, так что терпели.
Богатая клиентка пожелала, как всегда, конфиденциального разговора с шефом.
— Я ничего особого не требую, но хотела бы знать, — начала она в своей обычной манере. — Проше пана, так, на всякий случай… И зачем мне такие муки, уже нет сил волноваться, а ведь можно и по-умному все организовать. И пусть только пан мне не говорит — никогда в жизни! Об этом только все и пишут, и толкуют, и по телевизору показывают. Ведь вот вы поставляете частных охранников, но ведь можно нанять людей, чтобы морду набить кому следует. Молчите, знаю! А то и для чего похуже. Ведь он, может, последняя сволочь, зачем же его жалеть? А обо мне он и знать не будет. Так как насчёт этого?
— Насчёт чего? — пролепетал совсем обалдевший шеф.
— Да насчёт наёмных убийц, киллеров по-вашему. Или, скажете, таких не существует?
— Почему же не существует? Только у моего агентства другие задачи, охранные… Мне очень жаль, проше пани…
— Ах, какие церемонии, скажите пожалуйста! А может, вы боитесь, что все раскроется? Мне не доверяете? Или у вас тут прослушивают? Так я же теоретически интересуюсь, просто так, на всякий случай.
Директор агентства с чистой совестью заверил клиентку — никто их не подслушивает. Он не стал распространяться о том, что иной раз сам устанавливает подслушивающее устройство для собственной безопасности, поскольку от этих сумасшедших клиентов всего можно ожидать. А что касается киллеров, то попросил дать ему время подумать, столь ответственное дело с бухты-барахты не решается. При этом в ходе дальнейшей беседы сумел гораздо больше узнать от клиентки, чем она от него. И в конечном итоге так заморочил голову бабе, что она вышла от него с весьма туманными представлениями о рынке платных убийц, но в твёрдой уверенности, что узнала все необходимое.
Сразу после её ухода встревоженный шеф вызвал к себе Конрада Гжесицкого.
— Что там у них происходит, холера? Похоже на то, что баба собирается прикончить или мужа, или его любовницу. Полагаю, не мешало бы нам проявить особую бдительность.
Конрад к этому времени успел весьма плодотворно пообщаться с Юстиной.
— Любовница исключается, — категорически возразил он. — Нет у Вольского ни одной. И у меня тоже получается, что баба имеет зуб на супруга, потому и откалывает все эти странные штучки. Не нравится мне все это.
— А ты знаешь, что сейчас она ищет платного убийцу?
— И легко найдёт.
— Не думаю, что легко, сразу видно — глупа как пень. Но сдаётся мне, что в конце концов нам и в самом деле придётся охранять этого Вольского, но теперь уже от собственной жены. Прошу вас учитывать данное обстоятельство, поскольку не испытываю ни малейшего желания оказаться причастным к идиотскому преступлению. Я дорожу своей репутацией.
Агент Гжесицкий задал шефу глупый вопрос:
— А она ещё нам платит?
Шеф даже не соизволил ответить, бросив лишь на подчинённого снисходительный взгляд. Подчинённый успокоился.
— Порядок, раз платит, остаётся нашей клиенткой. Что ж, учтём новые обстоятельства.
Прямо из частного охранного агентства Марина отправилась на один из столичных базаров.
Поскольку после разговора с шефом агентства полной ясности относительно киллера не было, женщина решила взять дело в собственные руки. Киллер может оказаться таким же безнадёжным тупицей, неумёхой или просто лентяем, как и угонщики. А даже если ей и подберут настоящего специалиста, тот будет наверняка жутко дорогим, ещё неизвестно, удастся ли ей получить такую сумму от Кароля. Нет, на других нельзя полагаться, надо на всякий случай и самой кое-что предпринять. Для начала хотя бы приобрести огнестрельное оружие. Незарегистрированное. Нелегальное.
К источникам огнестрельного оружия она добралась без особого труда. Это даже удивило Марину. По её представлениям, все это должно делаться в большой тайне, а выяснилось — продавцы смертельного оружия даже не скрываются. Перед покупательницей предстал большой выбор, но поразили слишком высокие, на её взгляд, цены. Она предпочла бы за те же деньги купить себе меховую накидку, но из накидки Кароля не застрелишь. Капризно тыкала она пальцем то в один экземпляр, то в другой, то в большие, то в маленькие экспонаты, причём маленькие зачастую оказывались почему-то дороже больших. И наконец ей попалось нечто совсем уж чудовищных размеров и на редкость дешёвое. Дешёвое, разумеется, лишь по сравнению с прочими. Поскольку Марина твёрдо усвоила: дешёвое — значит, плохое, она поинтересовалась, чем этот хуже других.
На простой вопрос она получила простой же и понятный ответ: данное оружие одноразового употребления. То есть из него можно сделать лишь один выстрел, ну, от силы, ещё вторую попытку, а потом пушку требуется снова заряжать.
Для Марины одноразовость не была недостатком, она вовсе не собиралась перестрелять весь город. А этот даже заряжать не будет, уже из заряженного выстрелит в упор и убежит. По крайней мере, не очень потратится.
— Вот его вы мне и зарядите, — важно потребовала она. — И покажите, что и где тут надо нажимать.
Требование покупателя поспешили выполнить. Марина велела продавцу отойти с этой штуковиной подальше, она немного боялась смотреть, как заряжают оружие. Продавец послушно скрылся за своим пикапом, там произвёл необходимые манипуляции, после чего торжественно вручил Марине пушку, попросив обратить внимание всего на две вещи.
— Вот это предохранитель, — снисходительно пояснил он. — Да-да, именно это, видите, пани? Сначала снимаете с предохранителя… — И в ответ на бараний взгляд покупательницы сказал по-простому:
— Вот так отодвигаете его. А это — спусковой крючок. На него надо нажать. Вот так. И все. Снять и нажать.
— И выстрелит? — усомнилась Марина.
— Как холера! Гарантирую. Тысяча двести.
Сумма немалая, но, в конце концов, тысячу двести за Кароля не жалко.
В принципе, сделка совершалась в камерном порядке, и все же какие-то типы крутились поблизости, наверное конкуренты. Почему-то все они очень странно поглядывали на Марину, а уж продавец внимательно изучил её с головы до ног, чего она даже не заметила.
Вернувшись домой и пользуясь тем, что в доме была одна Хелена, Марина спрятала покупку в глубине шкафа одной из гостевых комнат, сунув её на дно картонки с ёлочными украшениями. До Рождества никто к ним не притронется.
Поэтому теперь, когда Кароль упомянул об эпидемии среди его подчинённых, Марина испытала глубочайшее удовлетворение. Ворота исправили, черт с ними, несчастные угонщики лишились всех шансов, но сами виноваты, прошляпили оказию. Яд этого подлеца не брал, надо же, все сотрудники пострадали, а он как огурчик. Правильно она, значит, поступила, запасшись оружием пострашнее.
О непонятной эпидемии Кароль Вольский рассказал не жене, ясное дело. И не Юстине, её не было дома. На сей раз хозяин обратился к кухарке, логично полагая, что кое в чем она может его просветить.
Разговор он начал со своего обычного вопроса:
— Что это там у вас так вкусно пахнет?
— Желудочки куриные, — отвечала довольная Хелена, входя с блюдом салата из кукурузы.
Кароль уже опускался на своё место за столом, однако услышав слово «желудочки», замер в очень неудобном положении, зависнув над стулом.