Оказывается, Цекомп не так давно связался с Адамсом и рассказал ему о том, что произошло сегодня на острове Флетчера. О возвращении охотницы Аны, которая якобы видела в селении чернокожих Эрритена, целого и невредимого. О гибели еще одной жительницы города, Найлы. И о сомнениях, связанных с этой гибелью, которые беспокоили Лумпи, юношу из отряда Антара. Цекомп утверждал, что этот молодой человек обладает обостренной интуицией (<<Он меня в «Охоту на снарка»

обыграл! Меня, можете себе представить?»), и считал, что ни в коем случае нельзя просто взять и отмахнуться от его опасений, пусть и не слишком убедительно обоснованных с логической точки зрения. Цекомп предложил отправить на остров Флетчера Пао, чтобы тот скрытно понаблюдал, не случится ли там этой ночью еще какого-нибудь необъяснимого «утопления». Или вообще чего-нибудь необычного.

Себя Цекомп тоже предлагал в наблюдатели, через «глазки», которые должен был активировать Пао.

Поначалу Цекомп хотел, чтобы на остров Флетчера Пао отправился вместе с Лумпи, но по зрелом размышлении пришел к выводу, что они не имеют морального права подвергать молодого человека опасности и что лучше обойтись без его помощи. Дескать, он сам и Пао, разве этого недостаточно, самоуверенно заявил Цекомп?

Все это Адамс наскоро рассказал Дереку после того, как вызвал его под предлогом необходимости срочно «проконсультироваться». Выслушав его и чувствуя, что напряжение в эмоциональном блоке нарастает, Дерек вернулся к Марте. Убедился, что она спит, порадовался этому обстоятельству и пошел обратно на наблюдательный пункт. Адамс за время его отсутствия успел вызвать туда Пао и ввести его в курс дела.

Пао не так давно прилетел на остров Разочарования, чтобы проведать Кристу, несколько часов назад перенесшую операцию. Он привез ей очередной букет чудесных горных цветов, который она пока еще не видела, потому что спала, и сидел у ее постели, когда за ним пришел Адамс.

После короткого обсуждения на том и порешили: на остров Флетчера летит один Пао, а Цекомп с помощью «глазок» будет следить за тем, как развиваются события, и поддерживать постоянную связь с Дереком и Адамсом. Если ночь пройдет спокойно

– слава богу, а если нет…

– Ох, не понравится Антару, что мы без его ведома вмешиваемся в то, что происходит на острове Флетчера, – сказал Дерек, удрученно покачивая головой.

– Да уж. Можно не сомневаться, он будет не в восторге, – тут же отозвался Цекомп, который, естественно, принимал участие в обсуждении. – Но ничего, я сделаю голозапись, и, если понадобится, мы представим ее Антару. Никто не собирается ничего от него скрывать.

– В данном случае, я полагаю, нам меньше всего следует думать о таких пустяках. Продолжающаяся гибель людей и возможное присутствие в городе Эрритена или кого-то из его «марионеток» несравненно серьезнее, чем все переживания по поводу того, будет Антар доволен нашими действиями или нет, – как всегда, серьезно и веско заявил Адамс.

– В случае чего, мы можем апеллировать непосредственно к господину Аликорну. Он, по-моему, человек разумный. И уравновешенный, в отличие от Антара.

– Неужели и впрямь никакого перемирия не было? – не удержался от риторического вопроса Дерек. – Жаль, если так. Марта огорчится.

– Подожди каркать, – нахмурившись, прервал его Адамс и продолжал, обращаясь к Пао. – Значит, так. Никакой самодеятельности, понимаешь? – тот молча кивнул. – Посадишь «стрекозу» на скале Эй, Постой-ка и будешь оттуда наблюдать за городом. Что бы ни случилось, сначала обсуди все с Цекомпом и только после этого действуй. Будь осторожен. Не нравится мне эта история, по правде говоря. Какая-то она такая… с душком.

– Мне тоже, – коротко согласился Дерек. После чего и он, и Адамс, не сговариваясь, вопросительно посмотрели на Пао.

Гладкое, желтоватое лицо киборга, как обычно, ничего не выражало. Но в темных, прежде каких-то «пустых» глазах за последние дни появился намек на живой блеск – как будто приоткрылась до сих пор наглухо запертая дверь его души. Совсем чуть-чуть, но все же вполне достаточно, чтобы можно было разглядеть отблески того, что он чувствовал.

Пао перевел вопросительный взгляд с Адамса на Дерека.

– Вы хотите знать… мое мнение? – спросил он.

– Да, – ответили они почти в унисон и с улыбкой посмотрели друг на друга.

– Ты у нас телепат, что наверняка способствует более обостренному восприятию. Какое у тебя ощущение, людям угрожает реальная опасность, или нам все это только кажется? – пояснил Адамс.

Пао задумался.

– У меня есть некоторые основания думать, что прошлой ночью на острове Флетчера и в самом деле произошло что-то необычное, – сказал он в конце концов. – Я был среди тех, кто охранял город, и в какой-то момент почувствовал, как содрогается земля, – Адамс и Дерек во все глаза уставились на него. – Одновременно вот тут, – Пао коснулся пальцем лба, – возникла вспышка, и на некоторое время я как бы ослеп. Это длилось совсем недолго, и остальные, по-моему, ничего не заметили.

– Что же ты раньше молчал? – спросил Адамс.

– Тогда я подумал, что это просто еще один, в общем-то совсем небольшой толчок землетрясения. И только сейчас, после того, что я услышал от Цекомпа, мне пришло в голову, что тут, возможно, было что-то совсем другое. Такое странное возникло тогда… чувство. Не знаю, как это объяснить, – Пао развел руками.

– Ладно, не напрягайся, – нарочито грубовато сказал Адамс и встал. – Может быть, сегодня у тебя появится новая возможность проанализировать свои ощущения. Хотя, конечно, я предпочел бы обойтись без этого. Не забудь взять экранирующий шлем. И еще раз прошу тебя – будь осторожен.

ЧАСТЬ 4

-1-
ПАО

Он стоял на краю площадки, с которой открывался вид на весь город. Стоял уже два… нет, почти три часа. Далеко внизу и слева вдоль почти расчищенной просеки горели сторожевые костры, вокруг которых сидели люди; несмотря на перемирие, Аликорн решил, что излишняя предосторожность никогда не помешает.

Видимость была отвратительная. Как назло, небо затянули плотные тучи, время от времени принимался моросить мелкий дождь, и в довершение всего между темными домами рваными белесыми полотнищами стлался туман. Дул довольно сильный ветер, и огромная, темная масса океана тяжело вздыхала, ворочалась в неверном, рассеянном лунном свете, лишь изредка и с трудом пробивающемся сквозь завесу облаков.

Пао обладал превосходным зрением, намного превосходящем обычные человеческие возможности, и все же разглядеть что-либо толком в сложившейся обстановке было крайне затруднительно. Да он, по правде говоря, и не пытался. Его внимание было целиком и полностью нацелено на одно – на то, чтобы не упустить из вида любые признаки движения внизу. Уже несколько раз он настораживался, когда замечал что-то похожее, но до сих пор тревога неизменно оказывалась ложной. То это было просто белье, которое колыхалось на ветру, то крыс, под покровом ночи пробирающийся куда-то по своим делам.

Цекомп, который видел и слышал ровно столько, сколько сам Пао, болтал, почти не переставая – рассуждал, комментировал, строил догадки, высказывал предположения, с каждой спокойной минутой становившиеся все более оптимистическими

– но Пао, целиком сосредоточившись на выполнении своей задачи, слушал его вполуха. Вернее, ровно в той степени, в какой это было необходимо, чтобы не пропустить, если вдруг, в виде исключения, Цекомп скажет что-нибудь действительно важное.

И вдруг Цекомп замолчал. Пао мгновенно насторожился. Его взгляд заскользил по раскинувшейся внизу панораме города, почти ощупывая каждый выхваченный из темноты, еле различимый силуэт дома, дерева, куста, каждую выбоину или камень на чуть более светлых лентах улиц.