Мальчик сидит в углу, сосредоточившись на белой поверхности перед собой. Мысленно он уносится из комнаты к воде среди деревьев. Впитывает в себя эту картину и превращает в белое облако, украшенное веточками кипариса с блестками водяных капель.
— Взгляните, — говорит мальчик.
— Неплохо, Корит, очень неплохо, — отвечает мужской голос.
Сотворенная вода едва не замочила, ее блеск слепил глаза, и Керрис жмурился. Открыв глаза, он потер щеку. Ручей как прежде бежал среди травы.
— Получилось?
— Да, ты сумел, — Кел улыбнулся.
К братьям кто-то приближался, мелькая между деревьями. Мужчина был строен, ростом примерно с Кела. Светлые волосы перехватывала голубая лента, коричневое одеяние тоже отделано голубым. Керрис сразу узнал эти зеленые глаза, приветливо обратившиеся на Кела. Сефер и Кел обнялись, и Керрис был представлен.
— Я рад нашей встрече, — сказал Сефер.
Это был голос, хваливший Корита. Наставник заглянул в глаза Керриса, и юношу прохватила дрожь. Он попятился под всепроникающим взглядом неподвижных зеленых глаз.
— Остановись, Сеф. Он к этому не готов, — одернул приятеля Кел.
Они стали целоваться. Слились страстно, как языки пламени в холодном сумраке. Они любовники, заключил Керрис и отвернулся.
— Как хорошо, что ты опять здесь, дорогой, — сказал наконец Сефер.
— И сказать нельзя, — Кел поиграл рукоятью кинжала. — Клео сказала о войне.
— Нет, это еще не война. Пока.
— За рощей остались мои спутники. Ты можешь сейчас оставить Танджо?
— Не собирался… Но там останется Тамарис, думаю, мне простят отлучку.
Разрумянившийся Кел погладил бледную руку любовника. На опушку они возвращались, взявшись под руку. Керрис шел позади, у него сводило спину.
Их появление было встречено весьма рискованными шуточками Эрилларда и Элли. Кел подозвал Риньярда.
— Приятно познакомиться, — любезно сказал Сефер. Рыжий в замешательстве что-то сердито буркнул в ответ.
Шири пошли в город пешком, ведя лошадей в поводу. Прямо у дороги располагалась тренировочная площадка. Женщины упражнялись наравне с мужчинами. Кела и спутников узнали и, оставив на время занятия, подошли поздороваться.
У дверей конюшни шири удостоились новой порции приветствий, а на пороге их поджидал старший конюх-крупный темноволосый бородач с руками, похожими на лопаты.
— Здравствуй, Кел. Рад тебя видеть, — щербатый рот расплылся в улыбке. — Слыхал, мы тут воевали.
— Кое-что. Не мешает еще послушать.
— О, это было, как в былые времена. Лали, Соша!
На крик с сеновала скатились смуглые, как Айлин, мальчуган и девочка.
— Примите коней да хорошенько о них позаботьтесь, а то медведям скормлю.
Эта ужасная перспектива не опечалила детей. Девочка даже показала язык толстому бородачу и схватила повод Каллито.
— Это твой, Кел? А у меня есть жеребец, который запросто его обскачет. Слышишь меня?
Кел усмехнулся.
— Позволь не поверить.
— Что! — Конюшня содрогнулась. — Назначь день, и мы увидим. Я докажу. — Таким голосом можно было и замок развалить.
— Не теперь, Тек.
Сефер привел их в серебристый домик, крытый черепицей, похожий на стоящие по соседству. Перед комнатой в нем было отгорожено крохотное помещение для переобувания. Полы в просторной комнате устилали тростниковые циновки. По ним были разбросаны красные подушки. Драпировки из мягкой шерстяной ткани покрывали стены. Ваза, полная свежих цветов, стояла на низеньком столике. В углу на резной подставке помещался красный таз для умывания, а рядом несколько ночных горшков.
— Располагайтесь как дома. — Учтивый Сефер не забыл предложить и ужин.
Дженси с облегчением освободилась от дорожного костюма и, забросив рулон с одеялом в угол, повисла на Риньярде.
— Как мило здесь, а я уж и забыла…
Кел улыбнулся вопросу о еде.
— Милый, ты лучше не спрашивай об угощении. Шири голодны всегда.
— Сейчас. — Сефер исчез за дверью и вернулся с громадным подносом, уставленным снедью. Там нашлось место и для целого блюда стеблей фетака, и для кувшина вина.
— Рассаживайтесь. — Оставив поднос на столе, он снова вышел. — Айлин здесь? — донеслось из-за двери.
— Айлин дома, решила проведать семью, — крикнул Кел.
— Значит, вас шестеро. — Сефер появился со стопкой медных бокалов в руках. — Ах, нет, — он улыбнулся Керрису. — Все-таки семеро.
Элли взяла себе кубок и, вертя в луче закатного света, принялась разглядывать. Медь покрывал чеканный узор, со стенки бокала глядела лошадиная морда.
— Работа напоминает азешскую.
— Ты угадала, — Сефер оценил наблюдательность девушки.
Эриллард стал рассказывать о встрече с азешскими торговцами на дороге под Тезерой.
— Мы не воюем с Азешем, — сказал зеленоглазый, протягивая чашу с вином Келу.
Керрис оглядывался. Полосы ткани на стенах напоминали о торнорских гобеленах. Плетеный тростник циновки легонько хрустнул под пальцами. В таком же доме в этом городе он появился на свет. И ничего не сохранилось в памяти. Только суровый север, холод, камни и лед. Не осталось в памяти ни южного солнца, ни гостеприимных серебристых домиков, ни ярких птичек…
Сефер оделял вином Калвина.
— Расскажи, что у вас произошло, — попросил Кел.
Никаких подробностей шири так и не узнали. Набег состоялся три ночи назад. Нападавшие появились в полночь. Вот и все, что мог сообщить Сефер. Окончив недолгий рассказ, он налил кубок Эрилларда, помрачневшего от разговоров о войне.
Неожиданно Керрис увидел, как в мирно спящие улицы врывается толпа с факелами. Пахнет горелой смолой, ржут кони, пылает и рушится сухое дерево… Прикосновение холодного металла вернуло его к действительности. Сефер вложил бокал в руку.
— Они хотели спровоцировать войну? — спросил Эриллард.
— У них было оружие, но нападавшие им не пользовались.
— Что это может означать? — недоумевал Калвин.
— Им не нужны наши жизни, они хотят держать город в страхе.
— Тия, тем не менее, убит, — возразил Кел. — Эмет нам сказал.
— Тия погиб случайно. Их интересовал, конечно, не он.
— Кто же мог атаковать город?
Сефер смаковал вино.
— Мы не знаем.
— И ты не знаешь?
— Известно только, что они из азешских племен. В сознание этих разбойников не удалось проникнуть. Они умеют его защищать, как и мы.
— Что же, они колдуны?
На этот вопрос Сефер только утвердительно кивнул, но зеленые глаза смотрели загадочно.
— Полагаешь, они безвредны для нас? — спросила Элли.
— Я так не говорю.
И Сефер стал шептаться с Келом, а потом кивнул. Из всего разговора Керрис уловил только имя-Терезия.
— Где она? — спросил брат в голос.
— Несет караул.
— Нам говорили о войне и Клео, и Эмет, и Тек с конюшни… — угрюмо бросил Эриллард.
Сефер вертел в пальцах пустой бокал.
— Так многие считают. Наши гонцы побывали на юге и на западе. Ни в одном селении не было ничего необычного, только Илат подвергся нападению.
— Ну и что? — упорствовал Эриллард. — Какая разница, сколько было набегов?
— Но был всего один.
— К черту Азеш со всеми его племенами, — вскричал Кел и обнял Сефера, увлекая на циновки. — Я вернулся домой не для разговоров о войне. — Лаская бедра любовника, Кел целовал его шею.
Керрису стало душно, он уставился в пол. Кто-то тронул за колено. Увидев его лицо, Элли рассмеялась.
— Милый, — громко шептал Кел. — Если этой шайке что-нибудь нужно, они явятся снова. Тогда все и выясним.
— Может, нужна помощь? — спросил Эриллард. — Мы можем пригодиться. Займем посты на дорогах…
— Раздавим их! — Риньярд грохнул кубком о поднос, но тут же сник под взглядом Кела и смиренно положил руки на колени. — Не смотри так. Я больше не буду. — Он деланно рассмеялся.
Кел не сводил глаз с рыжего.
— Мы-шири. Значит, не убийцы.
— Я не это имел в виду.