Все более важную роль в экономике страны начинает играть морская торговля. До положения владычицы морей Англии еще очень далеко, но уже в XV в. становится понятно, что могущество островного государства зависит именно от этого. Начиная с 1389 г. ряд законодательных актов предписывает купцам Англии для перевозки товаров пользоваться только кораблями своей страны.
В общем можно сказать, что английская внешняя политика все более определяется интересами купечества.
Социальная структура общества размывается. Конечно, грань между феодалами и зажиточным крестьянством не стирается, зато создается мощная прослойка нового дворянства: так называемые джентри, позднее эсквайры или сквайры (буквально – оруженосцы). Ее составляют много людей, имеющих право на рыцарское звание, но не получающих его по каким-либо причинам, в том числе по собственному нежеланию. Их не привлекает обязательная в этом случае военная служба, и они предпочитают жизнь сельских помещиков военной карьере.
В то же время выделяется слой могущественной знати, все более отчетливо создающей группировки – своего рода коалиции и кланы, что подрывает внутреннюю стабильность государства. Нередко они становятся прямой угрозой королевской власти, прежде всего на местах, в графствах, оттесняя шерифов от реального управления.
Раньше, чем это произошло во Франции, завершается здесь и процесс национального объединения. Проблема заключалась в языковой и культурной пропасти, разделившей страну социально. Она появилась с XI в.: верхи общества следовали франкоязычной культуре, основные массы населения – традиционной англосаксонской. Хотя в целом этот раскол удалось преодолеть уже в XIII в., окончательное сложение единой английской национальной культуры и единого литературного языка относится также к XV в.
Завершение Столетней войны обернулось для англичан тяжелым кризисом, известным как война Алой и Белой Розы.
Борьба феодальных клик в конце XIV в. обостряется до предела, подстегиваемая неудачами в сражениях с Францией. После внезапной смерти Генриха V (1413–1422 гг.) ему наследовал годовалый сын Генрих VI (1422–1461 гг.). В условиях регентства битвы за власть достигли апогея.
Потеря всех территорий на континенте, фактический проигрыш Столетней войны, анархия вызвали всеобщее недовольство династией Ланкастеров и желание справедливой власти. Многие связывали эти надежды с Йорками – один из них, герцог Генрих, пользовался любовью как способный полководец, прославившийся в сражениях с французами. Его отзыв из армии вследствие интриг расценивали одной из причин поражения в войне. В результате Йорки постепенно стали лидерами массовой оппозиции, а конфликт дал о себе знать сполна.
В 1455 г. стороны начали боевые действия. Поскольку в гербе Ланкастеров была алая роза, а в гербе Йорков – белая, то и название соответствующее: война Алой и Белой розы. Через пять лет герцог Йоркский предъявил права на английский престол, но вскоре после этого погиб в сражении.
Несмотря на то что в рядах противников были люди самого разного происхождения, оплотом Ланкастеров оставался Север страны, а Йорков – более экономически развитый Юг. Купечество и рыцарство в основном выступили за Йорков, а Ланкастеры объединили вокруг себя крупнейших магнатов государства, которые боялись утратить власть, присвоенную в предшествующие десятилетия. Однако и на той, и на другой стороне была масса людей, сражавшихся за собственные интересы. Они неоднократно переходили из стана в стан, что обеспечило войне затяжной характер.
Сын Генриха Эдуард проявил себя талантливым руководителем и полководцем и в 1461 г. занял Лондон, где и короновался под именем Эдуарда IV (1461–1483 гг.). Престол перешел к Йоркам, начались преследования ланкастерцев.
Король желал проводить самостоятельную политику и не особо считался со своими соратниками, надеявшимися заместить ланкастерцев при дворе. Возглавивший уже внутреннюю оппозицию граф Варвик отстранил Эдуарда и вновь возвел на престол свергнутого и сидевшего в крепости Тауэр Генриха VI. Отставленный от дел монарх бежал во Францию, однако вскоре вернулся к власти. Варвик погиб в сражении, а Генрих VI был казнен.
В войне наступило затишье, вызванное истощением сил. В течение почти двух десятилетий Англия залечивала раны. Эдуард IV активно вмешивался в финансовую жизнь страны, сделав одной из главных своих задач материальную независимость короны. В частности, король сам занялся морской торговлей и получал от этого немалый доход. Не случайно за англичанами прочно закрепилась репутация нации лавочников. Он даже демонстративно напал на Францию в 1475 г., вероятно рассчитывая на поживу. Война не состоялась, так как Людовик XI откупился от английского монарха и даже впоследствии выплачивал ему пенсию.
Царствование короля-купца было достаточно долгим по средневековым меркам. После смерти Эдуарда престол занял его двенадцатилетний сын Эдуард V. Однако его дядя, герцог Ричард Глостерский, ставший регентом, отстранил племянника от власти и заключил его вместе с юным братом в Тауэр, где дети вскоре были убиты. Ричард занял трон под именем Ричарда III. Удачный полководец, лидер, он был жестоким правителем и оттолкнул от себя многих сторонников.
Династическая коллизия спровоцировала новый виток войны. Оппозицию возглавил Генрих Тюдор, граф Ричмонд, дальний наследник дома Ланкастеров. К ней примкнули и многие сторонники Йорков. В битве при Босуорте 22 августа 1485 г. войска Ричарда были разбиты, а сам он погиб. Генрих Тюдор стал королем Англии и, женившись на дочери Эдуарда IV, основал новую династию Тюдоров, занимавшую британский трон до начала XVII в.
Война завершилась. Корона, как обычно бывает, досталась в итоге третьей стороне. Однако стабильный экономический рост и социальные сдвиги становящегося все более буржуазным общества заложили основы нового периода английской истории. Переболев раздорами, смутой и борьбой за власть, общество укрепилось. Именно при Тюдорах Англия вступает в эпоху абсолютизма, в общих чертах напоминающего французский, но с поправкой на специфику английской социальной структуры.
Святой престол у руля Европы
Христианская религия в своем католическом варианте на протяжении всего периода Средневековья оказывала определяющее воздействие на общественную, политическую и частную жизнь всех регионов Западной Европы. Причиной, во-первых, было то, что в традиционных обществах роль религии в духовной жизни оказывается доминирующей. Во-вторых, в поздней Империи христианство служило господствующей идеологией, а Европа была в значительной мере уже крещена – по крайней мере, на подконтрольных Империи территориях.
Христианская церковь не только имела в своем арсенале сложившуюся и вполне каноничную идеологию, которая к V в., после вселенских соборов, приобрела законченные очертания. Еще более важным фактором было наличие достаточно мощного, иерархичного и управляемого аппарата. Он обеспечивал – в отличие от государственных и военных институтов – жизнеспособность и функциональность церковной системы. Когда рухнула Империя, она осталась единственной, которая уцелела в хаосе варварских завоеваний. Это обстоятельство обеспечило христианской церкви наиболее выгодные стартовые позиции на заре Средневековья.
Кроме того, неспокойная атмосфера Темных веков, с их войнами, смутами и насилием, усилила значимость христианства как утешения и успокоения. Идея же всеобщего равенства перед лицом Господа помогла германским народам воспринять перестройку социума, стремительно терявшего прежние основания равенства людей.
В Средние века христианская идеология превратилась в неотъемлемую часть системы феодальных отношений. Более того, повсюду – и на Западе, и в Византии, и в Восточной Европе – церковная организация выступала важнейшей составляющей административного и государственного аппарата.
Уже к моменту заката Рима христианство обрело несколько иные формы. Решающую роль сыграли идейное переосмысление позднеантичной философии (в особенности неоплатонизма и стоицизма) и превращение его в официальную государственную религию.